Из тумана показалась белая лошадиная морда, и Павел отчетливо услышал:

— Добрый вечер!

— Э-э-э, здравствуйте, — ответил Павел, лихорадочно вспоминая рассказы людей о симптомах белой горячки.

— Вы откуда? — вежливо спросила лошадь.

— Из Медведково, — ответил Павел и начал ощупывать карманы на предмет сигарет, спичек, зажигалки и все прочего, что требуется иметь при себе, когда у вас ночью в парке спрашивают, откуда вы.

— Хм-мм-м, а вы, случайно, не пьяны? — усомнилась лошадь, принюхавшись и фыркнув.

— Совсем нет! — храбро соврал Паша, надеясь, что запах перегара тут же сгинет в густом тумане.

— Ну, тогда извините... А у вас деньги на такси есть, а то, может, подвезти?

— Нет, не надо, — с достоинством ответил

Павел, и сообразив, что это невежливо, добавил, — Я сегодня зарплату получил.

— До свидания, молодой человек, — сказала лошадь и, медленно повернувшись, ушла в туман.

— До свидания, Белая Лошадь, — с облегчением вздохнул Паша. ..

Ответом ему был дружный хохот патруля конной полиции.

Когда мэр моего родного Челябинска во время отчета перед городской думой хвастался, что в 2025 году в городе-миллионнике было отремонтировано около 20 км дорог, а в 2026 году будет подлатано еще почти 13 км, где-то в голос ржали китайцы...

Средние века. По дороге идeт священник - торговец индульгенциями.

К нему подъезжает на коне богато одетый рыцарь.

— Слушай, отпусти мне грех, просит рыцарь.

— Десять золотых монет, — невозмутимо произносит священник.

— Но это тяжкий грех! — говорит рыцарь.

— Двадцать монет, — тут же отвечает священник.

— Но мне этот грех только предстоит совершить! — вздыхает рыцарь.

— Пятьдесят монет, — поправляется священник.

Рыцарь отсчитывает деньги, священник прячет их в сумку, выдаeт запись об отпущении греха, а потом спрашивает:

— Сын мой, а что же это за грех такой, за который ты готов выложить пятьдесят золотых монет?

— Ограбление торговца индульгенциями!

Стесняюсь спросить... А кто-нибудь перед голосованием проверяет депутатов на знание тех законов, по которым они сейчас будут нажимать кнопку? Или джентльменам верят на слово?