палочку, хотя врачи предупреждали, что без нее он ходить не сможет. Его все-таки приняли на второй курс.
В первый же день занятий его поразили однокурсницы: нарядные, красивые, ухоженные. Он стеснялся их, сам себе казался нескладным и слишком простым. Только одна девушка, Надежда, каждый день приходила на занятия в военной гимнастерке и кирзовых солдатских сапогах. Как-то Анатолий подсел к ней и спросил, была ли она на фронте. Оказалось, что Надежда два года ухаживала за ранеными, ездила в составе санитарного поезда и на линии фронта бывала не раз. Ей было всего 17, когда началась война.
Анатолий оживился, когда понял, что Надя служила и тут же объявил, что наконец ему будет с кем поговорить. И они говорили. О войне и о фронтовых товарищах, о будущей мирной жизни, о своей профессии. Оказалось, что они живут недалеко друг от друга, даже в институт едут на одном и том же маршруте трамвая.
Они стали вместе приезжать на учебу и вместе уходить после занятий. Он очень нравился ей, этот талантливый и застенчивый молодой человек. Шаг за шагом Анатолий и Надежда становились ближе друг другу. А когда 9 мая 1945 года все праздновали День Победы на Красной площади, он посередине ликующей толпы вдруг сказал, что им нужно расписаться. Ведь он любит ее, а она – его, это знали все. Они подали заявление в ЗАГС в этот же день, а 20 мая Анатолий и Надежда стали мужем и женой.
Молодая семья разместилась в комнате в коммуналке, разделенной фанеркой на две половинки. В одной обитали молодожены, а в другой – родители Нади. Тесно, но дружно.
Анатолий окончил институт с отличием, его пригласили на работу сразу три столичных театра. Но его любимую Наденьку по распределению направили в Клайпеду. И Папанов отказался от всех предложений, чтобы поехать вслед за женой. Они бывали в Москве теперь наездами. Проведывали родителей, гуляли по знакомым московским улочкам. В один из приездов случайно встретили Андрея Гончарова, молодого режиссера, с которым были знакомы еще со студенческих времен. Он пригласил Папанова в свой Театр сатиры. Надежде удалось уговорить мужа принять предложение.
Они очень скучали в разлуке, созванивались каждый день, но им было этого мало. К счастью, вскоре театр в Клайпеде расформировали, Надежда тоже вернулась в Москву. В 1954 году на свет появилась маленькая Леночка, счастье и надежда семьи. А вскоре ему предложили серьезную роль в театральной постановке, и он искренне считал, что удачу ему принесла именно дочка. Вскоре им дали комнатку в общежитии, а потом семья Папановых перебралась в собственную отдельную квартиру.
В Театре сатиры супруги проработали сорок лет. Анатолий Папанов искренне считал, что театр должен быть один, как и жена — одна. Анатолий Дмитриевич много снимался в кино, участвовал в спектаклях, озвучивал мультфильмы. Но он точно знал, что дома его всегда ждут и любят. Он был глубоко порядочным, очень скромным, добрым и очень преданным человеком. У Надежды Юрьевны за всю жизнь не было повода ревновать мужа к многочисленным поклонницам. Она была уверена в нем, точно так же, как он был уверен в том, что его Наденька не предаст никогда. Он не умел говорить громких слов о любви. Он просто заботился о своей семье и делал все, чтоб они были счастливы. Они все делили пополам, Анатолий и его верная Надежда...
Думаю у каждого из нас есть по-крайней мере одна своя "мечта идиота".
И дело не в том, что ее трудно взять и осуществить. И даже не в том, что всегда жалко денег на ее осуществление. Мечта продолжает оставаться мечтой, потому что элементарно, либо нет времени, либо руки не доходят, либо деньги тратятся на что-то полезное, не идиотское.
Так вот, одна из моих "мечт идиота" всегда была — купить хорошую радиоуправляемую машинку. Но как-то так сложилось, что я сменил уже несколько автомобилей, а радиоуправляемой машинки так и не приобрел. Скорее всего потому, что я хотел качественный, и соответственно дорогой товар. А не то китайское гуано, которым наполнены сегодня полки супермаркетов.
И вот вчера моя "мечта идиота" все таки сбылась! Причем, сбылась тоже... эээ... скажем, несколько оригинально. Внимание! Приготовились?
В троллейбусе я ехал, утром на работу собрался себе и ехал. Попутно делал расчеты по работе, записывая на листок данные, чтоб представить их на сегодняшнем внеплановом собрании перед генеральным. Я сидел весь в своих мыслях, не замечая никого вокруг. А пропустить свою остановку не боялся, поскольку ехал до конечной, главное- успеть закончить. После часа напряженной работы почти все было готово, и вдруг прозвучало: "Давай уже, мне выходить", какая-то рука выхватила у меня лист. Я поднял глаза- некая девушка быстро выпорхнула из вагона, забрав с собой весь мой труд. Транспорт тронулся, я вскочил, но было поздно- она стояла на остановке, удивленно уставившись в мои записи. Со следующей остановки я рванул обратно, но девушки уже не было. “Промышленный шпионыж”- подумалось мне, и тут же я увидел свои записи на лавочке поодаль. Ничего, главно, не пропало. В полдень успешно отчитался на собрании, вечером же рассказал об этом происшествии Лизе, а она говорит: -Где это было?
Но лошадь взмолилась: « Помилуй, Боже! 40 лет с ярмом на шее ходить, за собой плуг да воз таскать, да еще и кнутом получать! Мне и 20 хватит... Отдай оставшиеся человеку, ему нужнее»...
Бог дал добро и *позвал корову... * На том же основании, что и лошади, дал ей 40 лет жизни.
Но корова отказалась: « Упаси, Боже! 40 лет за вымя меня дергать будут! Мне и 20 хватит, а оставшиеся годы отдай человеку, ему они нужнее»... Согласился Бог....
*Позвал собаку: * « Тебе, собака, 30 лет назначаю! » А собака: « Господи, помилуй! Ну куда мне 30 лет на цепи сидеть, гавкать на каждого да кость грызть...
Давай мне 15, а остальные человеку отдай»...
А Богу что? Отдал еще 15 лет человеку, *позвал кота* и предложил ему 20 лет жизни...
Но кот подумал: как это 20 лет мышатину есть, да и отказался от 10 лет жизни тоже подарил их человеку...
*С тех пор так и живет человек... *
Сначала 20 лет свои проживает забот и горя не знает...
Потом наступают 20 лет лошадиных: работает человек как лошадь, тянет на себе воз работа, дом, семья...
Следующие 20 лет те, что корова подарила:
« доят» человека дети, внуки... Кто на дачу, кто на машину...
А потом собачьи 15 лет живет: дома сидит, дом сторожит, за внуками присматривает да на улицу поглядывает...
А вот у меня с животными не всегда все весело было. Поехала как-то на дачу, мне тогда лет пятнадцать было. С поезда сошла в двенадцатом часу ночи и бреду себе тихонечко по деревне – до моей дачи километра два. Ну, как водится, все окрестные псины не преминули со мною поздороваться. Иду, вокруг на разные голоса лохматые заливаются, а я на них внимания не обращаю.
Все бы хорошо, да вдруг из-под одного забора вылезает здоровая такая псина и, оскалив морду, продемонстрировала мне свои клыки, которые даже в темноте были хорошо различимы. Но самое главное, что я никогда не забуду, это глаза, которые почему-то отсвечивали красным…
Решив, что этого аргумента достаточно для того, чтобы как можно быстрее ретироваться, медленно обошла собаку и продолжила двигаться по тропинке. Пройдя метров сто и уже порядком расслабившись – тем более, что собаки притихли, весело так сумкой помахиваю. Дикая боль в миг вернула меня на землю – нечто вцепилось в мою ногу, да с такой звериной силой, что вырваться с целой ногой невозможно! Еще пару минут я боролась с этой тварью, которая явно превышала меня по весу раза в полтора и, наконец, высвободившись, ломонулась к дороге – метрах в 500 виднелся пост ГАИ (единственный раз, когда я готова была полностью отдаться в руки нашей милиции). Что интересно – понатыканные вдоль дороги фонари НЕ ГОРЕЛИ! В абсолютной темноте я неслась по кювету и слышала за собой тяжелые прыжки зверя, нашедшего себе вертлявую игрушку. Честно говоря, я в тот момент не представляла как я буду вылезать на дорогу – ведь для этого пришлось бы остановиться. Помню свои ощущения: на крыше поста был установлен огромный прожектор, разрезавший дорогу резким лучом света и деливший для меня мир на две половины. Он-то меня и спас. Поравнявшись с постом, зверюга сверкнула еще раз из темноты на меня своими глазами, развернулась, прям перед лучом и ушла…
Дальше я все помню очень смутно, в основном со слов храбрых милиционеров. Видимо, почуяв свои преимущества и, набравшись храбрости я начала орать в темноту всякую нецензурщину, на которую и прибежал мент, державший наготове автомат. Он же вытащил меня из кювета, всю в крови, в слезах, с растерзанными ботинками и бьющуюся в истерике. Дотащил до поста, где осмотрев, тут же стал вызывать скорую. А вот его последние фразы, сказанные тихо в трубку я запомнила навсегда: "Да и, поскорее пожалуйста, собака, кажется, бешенная была, потому что девочка уже бредит… А? Как бредит?... Вы знаете, она обещала вернуться и ПОКУСАТЬ СОБАКУ!!!"
У Кио был такой номер: Он выходил в манеж с неким ящиком. Ящик был отделан зеркалами и имел лампочку. Подходил Кио (Эмиль, патриарх) к партеру, или ложам сразу за партером, вспыхивала лампочка и Кио тут же выдавал портрет зрителей. Напоминаю, никаких кодаков тогда и в помине
не было, мгновенная фотография = чудо, великий фокус.
Поднаготная же фокуса состояла в том, что Кио выступал во втором отделении, а в первом из проходов незаметно фотографировались зрители на заданных местах, эту пленку за кулисами быстро проявляли и печатали портреты. На все про все требовалось около часа, что само по себе в то время было удивительно (хороший фотограф работал на Кио и все растворы для проявки-закрепления он делал на спирте, чтобы пленки и фото быстрее сохли).
Отец мой, администратор цирка, знал эти места и несколько раз сажал меня, маму и братика на них. Я тоже знал секрет фокуса – не только потому что папа администратор цирка, но и дед мой был фотографом высшего класса. Я знал когда нас будут тайно фотографировать. Мне очень хотелось подсмотреть, уловить этот момент. Ни разу не получалось...
Дело в том, что тайное фотографирование делалось во время номера: заканчивался номер с лошадьми, наездник демонстрировал чудеса джигитовки и в конце спрашивал: — Есть ли в зале желающие повторить один из трюков?
Из зала выходил придурковатый селянин, который говорил что имеет опыт обращения с лошадьми в колхозе и что он тоже может. Он залезал на лошадь и падал, потом садился задом наперед, потом его привязывали лонжей и он летал над лошадью и все это с совершенно серьезным видом. Кончалось тем, что у него лопались брюки, а жена выходила из зала и давала ему пощечину. Ничего особо замысловатого. Да?
Этим подсадным был Юрий Никулин. И я, и мама, и брат смотрели эту клоунаду раз пять. Мы знали, что в это время нас должны сфоткать и мы хотели уловить этот момент. И не смогли ни разу – так заразительно играл свою роль Никулин.
у них любовь к знаниям и снисходительно относился к проделкам — при Фёдоре Евстафьевиче кадетов не наказывали розгами.
Ангальт имел обыкновение приезжать в корпус рано и лично будить воспитанников, ласково приговаривая: "Bonjour, mes enfants, il est temps de se lever!". Кадеты ругались спросонья, а прилично выучившийся по-русски Фёдор Евстафьевич делал вид, что их не понимает. Фон Ангальт одевался на прусский манер и носил длинную косу. Шкодливые кадеты однажды нарисовали на стене карикатуру на чудаковатого директора и с замиранием сердца ждали, что же будет.
Граф Ангальт, проходя мимо карикатуры, сразу же её заметил, остановился и стал разглядывать. Дурацкая фигурка с красным носом и длинной косой не оставляла сомнений, кто послужил для неё моделью. Дежурный офицер с побагровевшим от гнева лицом приказал принести тряпку... Но Ангальт неожиданно сказал сопровождавшим его преподавателям: "Меня так любят кадеты, что даже нарисовали мой портрет. Мне это очень приятно, пожалуйста, не стирайте!".
Я гулял с моим сыном Дэвидом. Когда мы приблизились к мосту я сделал ему следующее предложение: каждый раз, когда перейдет мост и вернется обратно, я буду удваивать деньги, находящиеся в его кармане, однако после этого я буду забирать у него из кармана $24. Дэвид с энтузиазмом согласился. Я думал, что он хочет заработать, однако на самом деле через три круга у него не осталось денег.
Сколько денег было у Дэвида в кармане в самом начале. (Каждый раз я забирал у него ровно $24)
