|
Однажды старый кот повстречал молодого котёнка. Тот бегал по кругу и пытался поймать свой хвост. Старый кот стоял и смотрел, а молодой котёнок всё крутился, падал, вставал и опять гонялся за хвостом.
— Почему ты гоняешься за своим хвостом? — спросил старый кот. — Мне сказали — ответил котёнок — что мой хвост, это моё счастье, вот я и пытаюсь его поймать. Старый кот улыбнулся и сказал: — Когда я был молодым, мне тоже сказали, что в моём хвосте моё счастье. Я много дней бегал за своим хвостом и пытался схватить его. Я не ел, не пил, а только бегал за хвостом. Я падал без сил, вставал и опять пытался поймать свой хвост. В какой-то момент я отчаялся и пошёл. Просто пошёл куда глаза глядят. И знаешь, что я вдруг заметил? — Что? — с удивлением спросил котёнок. — Я заметил, что куда бы я не шёл, мой хвост везде идёт со мной. |
| 08 Nov 2017 |   |
| - вверх - | << | Д А Л Е Е! | >> | 15 сразу |
— Ты вчера напился.
— Да, я это отчетливо чувствую сегодня. Будет скандал?
— Нет, был вчера.
— Напомни вкратце.
— Ну, я в жесткой форме рассказывала тебе о культуре потребления алкоголя.
— А я?
— А ты слушал, молчал, курил, а потом сказал: "Дорогая, я не первый раз женат и, судя по твоему тону, явно не последний".
— Хыыыы... А ты?
— А что я... заткнулась...
Школьный учебник по зоологии, в котором говорилось, что волки кушают овец, признан экстремистским материалом, разжигающим рознь и возбуждающим ненависть к волкам как к биологическому виду.
— Нашёл в кладовке клёвую барсетку, которую купил ещё в нулевые годы про запас и забыл про неё, но радость была недолгой, мой современный смартфон даже не влез в неё, ведь тогда мобильники были компактные.
— Если прогресс продолжиться в том же стиле, то в будущем люди будут катить за собой тележку со смартфоном.
Однажды во время выступления одна журналистка спросила политика:
– Неужели Вам не приятно сознавать, что каждый раз, когда Вы выступаете с речью, зал забит битком?
На что Уинстон Черчилль ответил:
– Приятно, и даже очень, но каждый раз, когда я вижу полный зал, я не могу не думать о том, что, если бы я не произносил речь, а поднимался на эшафот, зрителей собралось бы вдвое больше.