— Фима! Ах, боже мой! Кто-то храпит под диваном. Наверное, к нам забрался вор...

— Ничего, Софочка, душа моя! Раз уж он заснул, то пусть себе спокойно спит. А утром мы сдерём с него за ночлег.

Мамаши на детской площадке с хищной улыбкой окружают новопоявившуюся и забивают насмерть вопросами типа:

— А сколько вашему?

— Уже пошел? Говорит?

— На горшке сидит?

— Врачу показывали?

В этот раз жертвой стала неизвестная тетенька с забавным рыжим пацаном.

Новенькая стойко выдержала атаку и спокойно сообщила:

— У меня вообще нет ребенка. Это — моя галлюцинация.

А потом — тихо, самой напористой мамаше:

— А что, вы его тоже видите?!

Старушка входит в переполненный ленинградский автобус.

Никто ей не уступает место.

— неужели в Санкт-Петербурге не осталось интеллигенции? Ей отвечает сидящий майор:

— интелихенции, мамаша, до х... я, а вот автобусов мало!

Летит тяжелый транспортный самолет в сопровождении двух истребителей. Лететь долго, и пилотам истребителей стало скучно. Ну и начали они вы[дел]ываться друг перед другом: мертвые петли крутят, виражи, восьмерки. И тут в радиоэфир вклинивается пилот транспортника:

— А спорим, я сейчас сделаю то, чего вы на своих истребителях никогда не сможете.

— Ты? На своем беременном Ил-76, собрался тягаться с нами, лучшими асами страны? Ну давай, удиви нас.

Прошло десять минут, транспортник как летел ровно, так и летит. Истребителям надоело ждать, и они вызывают пилота

Ил-76:

— Ну и? Когда ты начнешь?

— Уже готово.

— И что же ты сделал того, что не можем мы?

— Сходил поссать и выпил кофе.