Идет Хрущев по выставке художников-абстракционстов, ничего ему не нравится, возмущается:

— Что это за сраная дерюга, измазанная желтым и зеленым?

Ему отвечают:

— Это созревающее кукурузное поле.

— А это что за баба голая? С лопатой??

— Это "Женщина с веслом".

— Убрать немедленно!! А это что еще за [п]опа с ушами?

— Эээ... это зеркало, Никита Сергеич. ..

— А-а-а... "Зеркало"... Тарковский... Слышал, слышал...

— Послушайте! Вы мне уже порядком надоели! Все ходите и ходите, и нудите, нудите!..

— А я, может, нудист!

— А чего ж тогда в одежде?

— А я, может, извращенец!

Когда ребёнок вырастает, он получает привилегию: теперь когда ложиться спать (и ложиться ли вообще) решает только он сам, решительно никто другой.

Но за эту вольность он должен работать 10 месяцев в году (5 дней в неделю) до 60 лет.

Вечер. Шикарный бордовый закат, над лазурью моря... По золотому пляжу, не спеша, прогуливается мужик. Вдруг он замечает прекрасную, перламутровую раковину, прикладывает ее к уху, в надежде услышать нежный шум прибоя. Потом резко отрывает ее от себя и недоуменно так:

— То есть, как это — нах[рен]?!