Истории о армии #друг

улыбнувшись спросил:

— А кто имеет хоть какое-то отношение к железной дороге?

Мы все дружно шагнули вперёд и рявкнули «Я». Ну, поскольку в армию нас всех привезли железнодорожными эшелонами.

— Отставить, — последовала команда, — я имею в виду, кто учился или работал?

Поскольку сменить рутинную обстановку части — мечта всякого солдата, я сделал шаг вперёд и громко якнул. Ну, какая разница, что учился в железнодорожном ВУЗе на промышленно-гражданского строителя?

— Нашему батальону командованием части предоставлена высокая честь! Мы должны построить железную дорогу для вагонеток-мишеней на танковом стрельбище нашего полка! И он назначается начальником этой стройки века! — кивнул комбат на меня. — Всем заниматься согласно расписанию, а мы на стрельбище на рекогносцировку…

Приехали на стрельбище, начальник повёл комбата и меня показывать место.

— А где рельсы, где шпалы, инструменты и комплектующие? — спросил я.

— Боец, в институтах этому не учат, но если солдату поставлена боевая задача, он должен руководствоваться принципом «найди — укради — сам роди»! — был получен ответ, — а вот сами тележки для мишеней свалены там…

Как ни странно, но тележки были в наличии, и даже не разукомплектованы, что для армии было настоящим чудом!

За рельсами, накладками и костылями на станцию отрядили взвод солдат с машиной. Что-то они там не то разгружали, не то строили-ремонтировали, но к вечеру они привезли на стрельбище всё необходимое. Я просил ещё креозот для пропитки шпал, но креозот им не дали. К этому времени другой взвод напилил в лесу деревьев на шпалы и более или менее придал шпалам нужную форму.

— Ведь через год-два эти шпалы без пропитки сгниют, — говорю командиру.

— Ну, и х…сним, — отвечает командир, через год-два нас тут никого не будет! А новое стрельбище к концу месяца кровь из носу должно быть готово!

…А какое счастье для солдата оказаться за пределами части без распорядка дня и командиров! Это ж рай на земле! Поставили палатки, продукты привезли из части, картошку накопали в лесу на огородах, грибов набрали, вода чистая в лесном ручье… Курорт!

Однако, с утра пораньше надо железку строить! Мерного инструмента — ноль. Срезал ветку, ей замерил ширину колеи у тележки. Выкопали бороздки, бросили в них шпалы, побили-потрамбовали их другой шпалой, уложили по моей мерке первые рельсы, закрепили накладками и костылями — и потянулась по стрельбищу железка… Работали ударно весь световой день. На утро продолжили. И снова световой день!

Таскать инструмент туда и обратно стало тяжело. Решили поставить на рельсы тележку и возить туда-сюда всё нужное на ней. Вроде, хорошо пошла тележка, но чем дальше — тем труднее, пока совсем не встала. Что такое, в чём дело? Всё ж по моему прутику-мерке крепили! Приложил прутик к колёсам тележки — а он короче гораздо! Усох на жаре! Пришлось рельсы раздвигать… Но теперь прутик стал не нужен: сама тележка стала мерным инструментом! . .

Вот так мы из ничего и построили железную дорогу. Правда, когда сами стрельбы потом начались, ночью танкист потерял ориентиры и вместо мишени влупил болванку (снаряд, но хорошо, без взрывчатки) не в мишень, а в наблюдательную башню, откуда командиры стрельбами руководили. Но это — совсем другая история, к нашей железке отношения не имеющая…

третий час, поэтому все они были ХОРОШИЕ.

И вдруг, ВНЕЗАПНО! , один из гостей обнаруживает, что у него пропала ДОРОГАЯ кожаная куртка, да еще и с документами, деньгами и ключами от машины. Паника, крики, взаимные обвинения ни к чему не привели, куртка не нашлась. Гости начинают вспоминать и таки вспоминают, что да, терся какой-то подозрительный субъект в бороде и валенках возле вешалок. Однако лица его никто не запомнил, а кто запомнил - описать не смог по причине полного отрыва от реальности.

Потерпевший идет в милицию (или тогда уже полиция была? ) и пишет заявление. Дежурный следователь качает головой, мол, бесперспективное дело - ни описания, ни внятных следов преступника нет.

Тут на сцену выступает ваш покорный слуга, который после начала всей бучи потихоньку, но очень быстро свалил домой, скинул видео свадьбы на компьютер и нашел фрагмент, на котором субъект запечатлен крупным планом. Дальше дело техники - стоп-кадры в разных ракурсах, печать фотографий и предъявление их следователю.

Секунд 15 следак и эксперт смотрели на фото, потом глубокомысленно кивнули друг другу и вызвали дежурный наряд.

К утру преступник уже сидел в КПЗ и давал показания. Взяли его теплым - куртка, документы, ключи при нем были, только денежек немного потратил - на водочку. Кстати, оказался он рецидивистом - за месяц до этого освободился после отсидки за кражу, поэтому и портрет его был органам знаком.

Мораль искать не будем, но закончим словами фильма: "Тебя посодют, а ты не воруй! "

в Питере)!!! Как водится взяли пива, стоим пьем! Ну, и соответственно, через некоторое время - "приспичило до ветру сходить"!!! :)))

Как "законопослушные" граждане - пошли до туалета, а он ЗАКРЫТ!!! (Ну, вышла "вахтерша" куда-то). А расслабиться НАДО!!!

Делать нечего - побежали за метро! Стоим (трое нас было - "туристов"), и, хорошо так, расслабляемся! Но!!! На наши головы "свалился" патруль!

Надо сказать, что мы не могли убежать, т.к. у одного из нас была травма ноги (ну, не мог он бегать)! :))))

"Повязяли" нас, в метро повели, вызвали наряд.

Приехал наряд! Запихнули нас в "козелок" - неудобно там - места мало! А чтобы было понятней опишу внешность "хулиганов": двое под 190 (худые), но в кожаных пилотах и один (я) 175, но.... короче борец (не худой, не полный, но в кожаной куртке весьма объемный)!

Привезли в отделение и говорят типа: денег надо! А мы все деньги перед "походом" одногруппникам "слили". Говорим - нету! А они - ну, типа, есть два варианта: Ждем утра и по протоколу со всеми исходящими последствиями.... или снег убирать!!!

Как вы думаете, что мы выбрали? :)))

В общем, выдали нам ЛОПАТУ (одну на троих) она мне до пояса не достает, не говоря о тех двух "жердях" им черенок ЛОПАТЫ только до колена доходил!!! :))) Короче, показали нам, где убирать!

Надо заметить, что "доблестные стражи порядка", до нашего приезда, выходили покурить по два человека (помните - мороз был)!!!

Начали уборку - лопата одна, холодно! Что делать? Пока один убирает-греется - другие мерзнут. Началась "драка" за ЛОПАТУ.

Тут-то менты и вывалили, наверное всем отделением, потому что таких клоунов как мы по телеку не показывают! :))) Это надо было видеть - трое идиотов бегают друг за другом (причем "владелец" этого интересного инструмента пытается двигаться очень быстро в позе краба - черенок то...) и гнусно гогоча и ругаясь пытаются отобрать друг у друга ЛОПАТУ!!! :)))

Убрали мы отведенный участок за полчаса, закидав при этом две ментовские машины, и поехали домой!

А мораль такая - сначала найдите место для "расслабления", а потом отдыхайте! :))) Смеяться после слова ЛОПАТА! :)

В общем, считалось, что с русским языком у него проблем нет. А что в армии? Как там общаются? Вот так как мой аварский друг: "Эй, анчутка, захх@ярь это х[ер]ния туда, сибалса бистроплятть, быибунах! " - кто служил, тот знает, что тут все понятно.

Или: "Строицаплять, цука, щапоибалу! " В общем считалось, что наш аварский друг русским владеет в совершенстве - все-таки московский ПТУ - культурррра! .

То, что это не так, выяснилось после года! совместной службы, когда мы сбежали втроем в самоволку, к девчонкам в город. Зная, что наш кавказец матерится на чем свет стоит, предупредили: "Ты, братан, матюги-то фильтруй. Надо девчонкам показать, что мы культурные, а не чё попало".

В общем, пришли к чувихам. Общаемся, смеемся. А аварец наш вообще-то общительный парень. А тут молчит и молчит. Вдруг. . лицо его загорается, он поднимает руку и громко вступает в беседу: "А я. . . А мне. . . Мы. . . ! "

Потом вдруг вспоминает, что матом нельзя и безнадежно машет рукой: "ай сами. . пыздыте, не хачу матэрица, я вэжливий" и замолкает. Тут до нас дошло, что братан наш РУССКОГО НЕ ЗНАЕТ ВООБЩЕ! Ржали мы в тот вечер часа два, и пототм еще месяц.

Раип, тебе привет!

После этого пришлось отдать и сапоги. Больше ничего из одежды грабители взять не захотели и приказали дознавателю убираться. Но он уходить не стал, потому что вспомнил, что захватил с собой служебный пистолет. Вытащив ПМ и пальнув для острастки в воздух, дознаватель перехватил инициативу и уже сам начал отдавать приказы. Построив грабителей друг другу в затылок, он задал им направление движения - к ближайшему отделению милиции. Снова одеваться, а особенно обуваться в их присутствии дознаватель не рискнул, поэтому пришлось идти, как был - без шубы и босиком. Через минуту он почувствовал, что замерзает. Перешли на бег.Согреться не удавалось, поэтому он все ускорял темп, подгоняя конвоируемых матюками и выстрелами.

Прохожие шарахались от такой странной процессии. В отделении также сильно удивились. Больше всех возмущался один из задержанных."Вот и верь после этого людям,- с горечью говорил он. - Мы тебя пожалели, пиджак оставили, а ты вон чего устроил. Но в другой раз буду умнее. " Впрочем, другого раза ему придется ждать как минимум лет пять...

Дней пять пили не просыхая, на шестой день Гапоненко вдруг поднимается в центральный в куртке-канадке и валенках: «Давайте, говорит, всплывайте, покурим». Покурили. Он спустился вниз, осмотрелся: «Чем это вы тут занимаетесь, а? » Говорим, учебные маневры отрабатываем, вот надо скооперироваться с соседней лодкой, 685-й бортовой. Он вдруг сам пролез за пульт, взял микрофон и вышел в эфир. «685-й бортовой, я 681-й бортовой, прошу исполнить „слово“ (а слово на морском языке означает застопорить ход, остановиться)». На другом конце провода раздалось какое-то мычание. А потом: «Я 685-й бортовой, исполнить „слово“ не могу. Приём». Гапоненко начал нервничать: «Приказываю исполнить „слово“ немедленно! » А в ответ ещё более настойчиво: «Повторяю вам, исполнить „слово“ не могу. Приём». Тогда он уже совсем озверел: «Я, б…, приказываю тебе, су…, исполнить „слово“ …! Немедленно, слышишь! Я капитан первого ранга Гапоненко! Ты придёшь в базу, су... , я тебя, бл…, за [п]опу подвешу! . . » Повисла смущённая тишина. Тут радист, полумёртвый от страха, бледнеет ещё сильнее и шепчет: «Товарищ капитан первого ранга, прошу прощения, я ошибся, нам нужен 683-й бортовой, а 685-й бортовой — это самолёт». Гапоненко пульт разбил, выдохнул: «Ну вы и [ч]удаки тут все», — ушёл обратно в каюту и до всплытия больше не появлялся.

еще через час... и так далее, ведь их же нельзя остановить и попросить пройтись для второго дубля.

Одним словом обычная съемочная суета.

Замполит роты Олег – хороший мужик, в очередную смену караула, посмотрел на часы и вдруг говорит:

- Ты сейчас снимай не солдат, а публику, которая будет на них смотреть.

Сними не пожалеешь.

Я удивился, но послушался и не пожалел - это оказался мудрый совет.

Мы с оператором перелезли через ограждение, зашли за Вечный Огонь и начали снимать публику сквозь пламя по переднему плану.

Примаршировала новая смена, вдруг люди пооткрывали рты, как будто они увидели не солдат, а инопланетян...

Я присмотрелся и правда караульные с разводящим шли не то что синхронно, а просто как роботы... и все какие-то неправдоподобно одинаковые.

Пораженные зрители от удивления даже забывали их фотографировать. Только потом я понял, что разводящий и двое караульных были тремя братьями близнецами.

Внутри, за кремлевским забором все эти «киборги» превращались в обычных жизнерадостных мальчишек, даже не верилось, что это те же сверхлюди, которые стоят там, у Вечного Огня...

Рядом крутился мой четырехлетний сынок, он мерил фуражки и хватал всех за карабины, пытаясь примкнуть штык.

Мы брали у солдат маленькие интервью: «Тяжело ли без движения стоять целый час? », «Что ты чувствуешь у вечного огня? », «Какие забавные или не очень случаи происходили на посту? » и т. д.

Каждый очень искренно говорил о себе. Рассказали, как однажды к огню поперлось пьяное мурло, не обращая внимания на окрики. В результате

"мурло" получило от часового - отверстие штыком в области ягодицы, а часовой получил отпуск на родину, так что если кто не в курсе: эти ребята далеко не манекены в военной форме...

Я спросил пацанов:

- А не трудно ли сдерживаться, когда публика пытается вас рассмешить?

Смеяться-то нельзя...

Они наперебой стали рассказывать, какие иезуитские способы бывают у зрителей, лишь бы «расколоть» часового: и рожи корчат, и разные звуки издают, часто травят анекдоты, но стоишь, не подаешь виду, зато в караулке все ржут потом как подорванные. А на посту нет, такого быть не может... Как будто выключателем отключается способность смеяться.

Один парень рассказал, как однажды стоял на посту и тут его из толпы случайно увидела одноклассница, она была в Москве проездом.

Кричит: «Ваня! Ваня! Это ты, или не ты! ? »

Часовой конечно и бровью не повел...

Хорошо, что одноклассница догадалась дождаться до конца часа и пойти за караульными до дверей в стене.

Парень отпросился, вышел и минут двадцать поболтал с девчонкой у ворот.

Мне понравилась эта история, и я попросил пересказать ее еще раз на камеру.

Солдат согласился.

Включилась камера, но парень впал в ступор (такое бывает).

Единственное, что он смог заикаясь из себя выдавить:

- Меня зовут Иван Иванович... эээ...

Все вокруг просто таки упали от смеха, думаю что товарищи его с тех пор только так и называют: Иван Иваныч.

Съемка закончилась, мы попрощались с ребятами и пошли с сыном прогуляться по Александровскому саду: поели мороженого, полюбовались на фонтаны.

Напоследок сынок захотел еще разик посмотреть на смену караула и тогда уже поехать домой.

Я посадил хлопца себе на шею и протиснулся сквозь публику поближе к самому ограждению. Еще семь минут и будет смена.

Ждем.

Вдруг Сынок, сидя на моем загривке, показывает на часового рукой и громко говорит:

- Папа! Папа! Смотри! А вот с ружьем Иван Иваныч!!!

Через секунду часовые синхронно (а они все делают синхронно... ) покраснели и стали медленно опускать головы на грудь пряча лица под фуражками, потом мелко затряслись...

Видимо они переживали, что-то среднее между орг@змом и микро-инсультом...

Я быстро унес своего подстрекателя подальше.

Хорошие они все-таки ребята, с юмором. Не зря каждого из них отбирают одного из двух тысяч.

Вечер. Решили мы сегодня вечерком отметить сдачу очередного экзамена, и по этому поводу купили два литра натурального сока, два батона и три стаканчика. Сели в одной из недавно построенных, беседке. Разлили по стаканам, сидим, наслаждаемся. Я раздаю батон и шутливо так говорю:"Вот представьте, щас менты подойдут, и давай выпытывать что мы пьём". Посмеялись, пьём. И тут я замечаю, что к нам и вправду идут два милиционера, и идут так не спеша, предвкушая, наверное, расправу над нами. Но я, как и остальные двое моих друзей, совершенно игнорируя их приближение, раздаю ломти батона. Вот, наконец, они подходят (я в тот момент даже пожалел, что не включил диктофон, а лучше - камеру) и глаза одного из них немного увеличиваются. И один из них (М) начинает разговор.

М - что, сок пьём?

Мы - да.

М - ваши документики.

Мы, протягивая зачётки - вот, пожалуйста.

М - где живёте?

Мы - рядом, в этом доме.

По ходу разговора другой заглянул в наш пакет, и глаза его действительно начинают всё больше увеличиваться, и это видно даже в полумраке. Ничего не найдя, он начинает заглядывать под стол и смотрит даже в соседнюю урну. Потом многозначительно смотрит на другого, ожидая от него хоть какого-то объяснения того, что здесь происходит.

М - что, экзамены отмечаете?

Мы - да, вот сдали.

М - ну, до свиданья.

И начинают так же медленно удаляться. Мы сидим и, как только они начинают уходить за поворот, просто падаем. Мне даже их жалко стало. Но, как оказалось, это был не конец.

Мы, допив сок, отправились в магазин за шоколадкой (я любитель этого яства). Купив оную, мы выходим из магазина и начинаем её есть потихоньку. И что бы вы думали - нам навстречу - опять те же самые два мента. Тут они то ли нас не узнали, то ли решили, что мы всё таки выпили, подходят снова к нам.

Их ГЛАЗА надо было видеть!!! Таких жутко испуганных и удивлённых ментов я не видел в жизни! Они очень долго стояли и смотрели то на нас, то на шоколадку, то - друг на дружку. На их лице значилось одно - НАРОД ПЕРЕСТАЛ ПИТЬ! КАК ДАЛЬШЕ ЖИТЬ ТО?!

И, отходя, один из произносит:"Ну его нафиг, Санёк, этот район. Если мне начнут попадаться девочки в бантиках вместо наркоманов по вечерам, я сам сопьюсь". Нужно ли рассказывать, как крутило нас. Мы даже подумывали а не встретить ли их ещё разок с чупа-чупсами и в галстуках.

и бежал на узел связи. Однажды, он докладывает, что больше не побежит, так как на него из кустов кто-то наблюдает. Курьер, родом из Сибири, охотник, который утверждал, что взгляд из кустов принадлежал не зверю, а человеку.

Командир части, распорядился выделить двух служивых, для поимки нарушителя. Днем выспались, а вечером дежурный по части, нас вызвал на инструктаж, типа – я понимаю, что курьеру могло показаться! Но, приказ поймать нарушителя есть и его нужно выполнить! Автоматы, ребятки, я вам не дам! А то в лесу еще потеряете! Вот вам штык-ножи и вперед!

Лес! Болотистая местность! Темно! В темноте светятся гнилушки и светлячки, но нам кажется, что курят многочисленные нарушители.

Наши сапоги скрипят, такое впечатление, что наши шаги слышны издалека. Сняли сапоги, наклали в них травы, скрип исчез, теперь мы по лесу передвигались беззвучно. Штык-ножи не внушали нам уверенности в себя, срубили себе по увесистой дубинке. И вот, вокруг узла связи генерального штаба, ходят два воина Советского Союза, в левой руке штык-ножь, а в правой дубинка. Воины ловят нарушителя, который по ночам пробирается к узлу связи. Недалеко от узла связи, перед входом под землю, находится вышка с часовым. Часовой нас окликает по поводу шума в лесу, мы ему сказали, что это мы ломали и вырезали себе дубинки и попросили, в случае чего, прикрыть нас огнем из автомата с вышки.

Обходя очередной раз вокруг узла связи, мы снова подошли к часовому.

Часовой: «Стой, кто идет? »

Мы: «Это мы, ищем нарушителя! »

Часовой: «Нарушитель, за сараем! »

Недалеко от входа в УС ГШ, располагался сарай, в которой находилась, краска, доски, обрывки проводов.

Один из нас, стал обегать сарай с одной стороны, а я с другой. В одной руке дубинка, в другой штык-нож. Бегу вокруг сарая и понимаю, что через секунду может из-за угла выглянуть нарушитель и убить меня. Чувство реальной смерти было настолько ощутимо, что подобное я не испытывал в последующие годы. Но, я понимал, если я не буду бежать или буду бежать медленно, то погибнет мой товарищ. Обежали сарай, никого нет. Часовой кричит, что нарушитель побежал по поляне, дальше в лес. Поднял дубину повыше и тоже побежал по поляне в лес. Трава по грудь! Желали только одного, не наступить на нарушителя! Он нас видит, а мы его нет! Часовой с вышки докладывает, что нарушитель обнаружен, ребята его преследуют. Караул в ружье!

Мы добежали до кромки леса, дальше бежать в лес не имело смысла. Подошли ко входу к узлу связи, мимо нас, на расстоянии вытянутой руки, пробежал караул, но из-за темноты, нас не заметил. Утром собака взяла след и по лесу довела до дороги, где нарушителя ждала машина. Командир части отругал нас за то, что мы были не в том месте в лесу и не взяли нарушителя!

Часовой, в приватной беседе нам сказал, что он увидел, как от сарая отделилась фигура и направилась в сторону вышки. Часовой был уверен, что нарушитель держит его на мушке и боялся пошевелится! Часовой переставил автомат и от звука переставляемого автомата, нарушитель прыгнул за сарай. А после, появились мы и часовой уже сверху координировал наше преследование. Что я хотел сказать этой историей? В жизни каждого человека были или будут моменты, когда на кон будет поставлена твоя жизнь! И здесь важно то, могут ли на тебя положиться твои друзья или нет. В дальнейшем был Чернобыль, наезды бандитов, сейчас занимаюсь судебными делами. Но, та ситуация, сорок лет тому назад, позволила мне поверить в себя!

руководителя чего-то там на нашей военной кафедре. Небольшого росточка, похожий на кабанчика, он при ходьбе размахивал руками, а при разговоре издавал звук, похожий на похрюкивание. За глаза его звали - «Олень». Он сам родом с Украины. Уехал оттуда давно, но сохранил своеобразный говор и строй речи, чем потешал студентов университета. Для того чтобы точно понять его мысль, постороннему человеку нужен был переводчик. Или субтитры, как в кино.

Например, останавливал Олень студентов на плацу и давал короткое наставление.

- Шо вы (хрю-хрю) как стадо баранов?!

(Субтитры: Уважаемые товарищи курсанты! Вы должны уметь ходить строем. )

- Война будет. И первымЫ её начнем мы. Хрю!

(Субтитры: Скоро начнется 3-я мировая война, развязанная не нами. Но первыми в бой вступим мы, офицеры военной кафедры университета).

- А когда мы полягем, хто станет за нас? Шайка тунЭядцев?

(Субтитры: Когда мы падём смертью храбрых, вы должны будете занять наше место в строю. )

- И как вы будете воевать? С голымЫ писюнамЫ наперевес?

(Субтитры: Поэтому так важно овладевать воинскими знаниями).

А вот так выглядел «разбор полетов» после стрельб:

- Вчера Посупонько саданул из автомата по мишени и все патроны Богу в яйца… Извиняюсь! . . Пули.

(Субтитры: Вчера курсант Посупонько показал не лучший в своей жизни результат: все патроны полетели мимо цели… Прошу меня извинить! Оговорился. Не патроны, а пули. Патроны в цель не попадают. )

Представляете, как его прямая речь могла выглядеть в версии сурдопереводчика?

Чем мы занимались на сборах? Жили в солдатских казармах поротно. То есть одна рота в одной казарме. Человек по сто. Изучали вооружение армий стран потенциального противника, совершали марш-броски, ездили на стрельбы, учили устав. Помогали местному колхозу в сельхозработах.

Однажды нас отправили на бахчу собирать арбузы. В конце дня колхоз расплатился частью урожая. Привезли в казарму целую машину арбузов. Сложили их в одной из учебных комнат и начали их поглощать. Постепенно, но безостановочно.

Днем этот процесс как-то незаметен. Но ночью... Народ просыпался от непрекращающегося шуршания. Картина: «Вот солдаты идут». Идут в туалет. Причем, одна колонна идет туда, а вторая возвращается. Непрерывно.

Когда прибыли в часть, нам выдали обмундирование. И кроме сапог, портянок, пилоток и т. п. , дали тапочки-шлепанцы. Они были пошиты из голенищ старых кирзовых сапог и на один размер. Сорок шесть. Чтобы не промахнуться. Все 46-го размера. Ходить в них можно было только скользя. Как на лыжах.

Представьте себе картину. Ночь. Темная казарма. Только в конце коридора ярко освещена открытая дверь туалета. Свет в конце коридора. И курсанты в полусне, щурясь, вереницей к этой двери. Все в тапочках. Шурш-шурш-шурш. И молча.

Вы документальные фильмы про пингвинов видели? Вот как они ходили. А некоторые двигались, как пингвины, которые яйца высиживали. Они (пингвины) яйцо между ног зажимают и ходят. Иные из нас шли к цели в конце коридора, как пингвины с яйцом. Осторожно. Чтобы не расплескать…

Или, чтобы вам было ещё понятней. Фильмы про зомби помните? Вот так курсанты и ходили. Бессмысленное выражение лица, полуприкрытые веки, чуть на отлёте руки. Покачиваясь. Шурш-шурш-шурш. К свету.

Сборам предшествовал медосмотр в райвоенкомате. Представьте себе вереницу комнат. Трамвайчиком. В каждой сидит по врачу. В первой комнате раздеваешься до трусов и дальше только с больничным листком в руках. От врача к врачу. Каждый ставит свою резолюцию. Шутки, понятное дело, мужские. «Там будет такой кабинет…девушка молодая, хирург. С линейкой. Измеряет. Сначала в спокойном состоянии… Гы-гы-гы». Мужики, когда толпой собираются, быстро скатываются до примитивных и однообразных шуток. Но очень смешных!

На самом же деле девушка молодая и интересная была. Секретарша военкома. Она сидела в первом кабинете, напротив комнаты, где переодевались студенты. Обойдя всех врачей, нужно было вернуться по коридору к своим вещам. Одеться. Войти к ней и отдать свой листок с диагнозами докторов. И всё! Девушка очень возмущалась, если студенты к ней входили неодетыми. Но об этом же никто друг другу не рассказывал. Не предупреждал. Все ждали представления.

Появляется какой-нибудь студент с листком в руке и в трусах: «Пацаны, а куда дальше? » - «Вот», - указывают шутники на дверь. И затаились. Через несколько секунд крик: «Сколько можно? Оденьтесь! » - Все: «Гы-гы-гы! »

Однажды приключилась ещё более интересная история, едва не закончившаяся отчислением.

Подходит студент к группе таких балагуров.

- Куда дальше?

- Туда. Только понимаешь, ей этот стриптиз, эти раздевания надоели. Нужно сразу без трусов входить.

- Да, ладно вам. Умники нашлись.

Что происходит дальше? Это частично слышно и частями видно.

Девушка, поднимая глаза от бумаг на столе:

- Опять в трусах?!

- Извините, - студент рывком опускает трусы до щиколоток.

- Вон!

Распахивается дверь. Спиной, с голой задницей, путаясь в трусах, выскакивает наш сокурсник. За ним вылетает разъярённая секретарша и бежит жаловаться военкому.

Почему такая реакция? Непонятно.

Насколько, всё-таки, разные - мужчины и женщины. Вот, например, вы - юноша… ну, мужчина… сидите в кабинете. Не врач. А к вам студентки. Сто человек. В белье. Ваши действия? А тут…

Виктор Висловский