Эту историю рассказали мне морские пограничники в середине 80-ых годов прошлого века.
Самая северная сухопутная погранзастава тогда еще Советского Союза, а теперь России, расположена в устье реки Ворьема на севере Кольского полуострова. Зимой офицеры этой погранзаставы решили сходить на подледную рыбалку. Встали на лыжи и пошли. Долго ли, коротко ли шли они, история умалчивает, но увидели они озеро и мужичка над лункой. Подошли они к мужичку и спрашивают: "Как рыбалка? ". Мужичок на них дико глянул, надел лыжи и бежать. В итоге задержали их норвежские пограничники за нарушение границы, так как были задержаны на норвежской территории. Конфликт был замят на местном уровне. Вот так наши доблестные стражи рубежей отечества знали свой участок границы, а вы говорите рабочий, которого в нейтральную зону один раз возили!
Как мне довелось побывать негром.
Забайкалье, гарнизон одной из в/ч.
Заступили мы как-то вдвоём с напарником в караул по стоянке АТО
(авиационно-технический отряд) эскадрильи.
Дело было зимой, а забайкальские зимы отличаются суровостью и низкими температурами. К тому времени в караулы у нас
(по-моему, так она обзывалась). Суть её в том, что имея 2 столба (на одном приёмик, на другом передатчик, направленные друг на друга), можно отследить, что этот участок между столбами кто-то пересёк, когда сигнал прервётся, т. е. чьё-то тело на мгновение заслонит сигнал с передатчика и приёмник в это время ничего не будет принимать, подав нам звуковой сигнал в караульном помещении и высветив номер сработавшего участка
(таких участков было вокруг стоянки штук 10).
А отапливался весь домик АТО от своей собственной котельной, простой до безобразия: на крыше домика стоял подвесной топливный бак на 2 тонны керосина, откуда он, керосин то бишь, самотёком по резиновому шлангу перетекал в форсунку печки, находящейся в подвале того же домика.
Температуру регулировали вентелем на форсунке, поэтому периодически
(хотя бы раз в час) необходимо было проверять состояние горения, не перетекает ли керосин, и т. д.
Была уже ночь, что-то около 2-ух, когда я разбудил напарника, оставив его у ТВ, а сам прилёг на топчанчик для законного отдыха.
Проснулся от бешенной тряски меня, любимого, напарником с большими круглыми глазами и криком «вставай, пожар, горим! ». Открываем дверь из караулки – из коридора клубы чёрного дыма и нихрена не видно. Хватаем по баллону-огнетушителю - и ощупью в подвальчик к котлу. Вслепую на последнем дыхании опорожняем наши огнетушители в сторону оного (к слову сказать, огнетушители были хорошие – немецкие порошковые, благодаря им, наверное, всё достаточно удачно и окончилось), и выскакиваем опять же наощупь с двери чёрного хода (одна задвижка типа засов изнутри). И
ДЫШИМ. Долго ДЫШИМ…
Потом – звонок дежурному по полку с докладом о случившемся, приезд командира части (примчался буквально в течении 10 минут). Пистоны нам, конечно вставили потом, куда надо, но первыми словами командира были:
«мужики, спасибо вам, что живы остались! » - и рукопожатие.
Кстати, это всё была преамбула.
Теперь сама амбула, так сказать.
Идём мы с Юркой после всех разборок с части в городок, ох[рен]еваем всё ещё после случившегося и не осознаём пока, как нам крупно повезло, а навстречу – капитан Диденко с нашей эскадрильи, по-простому – Дид.
Фигура очень колоритная тем, что раза три он кодировался, и все разы очень быстро подбирал ключ раскодировки. Ну вот любил он «это дело», бескорыстно и отчаянно.
И идём мы так вот, еле передвигая уставшие ножки после всех приключений, поравнялись с ним, и говорим: «здорово, Дид! » и руки тянем для рукопожатия. А он, значит, присел слегка, челюсть у него отпала, смотрит как-то бешено на нас, и – бочком, бочком, плавно переходя на бег. Мы в непонятках, переглянулись, рукой махнули – и дальше себе пошли.
На следующий день перед построением проржались после рассказа Дида: «иду это я, значит, на построение, с будунища, всего мутит, через переезд перехожу по мостику – а мне навстречу два [мав]ра! Зимой! В Забайкалье!!!
Рожи чёрные и в нашей форме. И всё бы ничего, но они ведь со мной поздоровались!!! Откуда, спрашивается, они меня знают? И кто их вообще в часть пустил?! Я думал, белка стеганула, завязывать пора…»
МУЖЧИНА
«Лицом к лицу
Лица не увидать.
Большое видится на расстояньи…»
(С. Есенин)
Виталика я знаю почти что с самого его рождения, он сын моих старых друзей.
Теперь он уже совсем взрослый стал, двадцать восемь лет, все-таки, но усы еще растут слабовато, да и лицо у Виталика какое-то детское, не серьезное.
На этот раз он заехал ко мне на три дня: по магазинам походить, Красную площадь посетить, мороженого поесть, ну, и вообще, на москвичек полюбоваться. А что, человек неженатый, в отпуске, имеет полное право.
Сегодня я выгуливал Виталика в парке Сокольники, он «зажигал» на роликах взятых напрокат, а я на скейте своего сына.
Виталий пытался выписывать сложные кренделя вокруг пластиковых столбиков, но то и дело сбивал один из них и с виноватой улыбочкой ставил упавший столбик на место.
Местные «профи» снисходительно поглядывали на новичка сверху вниз и показывали свое высокое искусство владения роликами.
А я смотрел на Виталия со стороны и не переставал поражаться. Вроде бы обычный, парень на коньках: роста ниже среднего, немного крашеный чуб, рваные джинсовые шорты, на спине рюкзачок. Ну, ничего выдающегося, в Сокольниках таких пацанят целый парк.
Но если меня вдруг спросят: - Кто из всех, всех, всех, твоих знакомых и друзей, самый, что ни на есть настоящий мужчина с большой буквы?
Я, не задумываясь, отвечу: - Во-о-о-н тот лопоухий, запыхавшийся паренек на роликах, с крашеным чубом и в майке с Микки Маусом. Как по мне, так он не просто настоящий мужик, а эталонно настоящий мужик, и любой мачо в сравнении с ним, превращается в напыщенного детсадовца с пластмассовым пистолетом.
Если бы мимо проезжающие пацаны узнали - кто же такой Виталик на самом деле, они бы от неожиданности потеряли равновесие и посыпались бы как груши на асфальт.
Дело в том, что наш Виталик, самый обычный командир самой обычной подводной лодки. До сих пор в голове не укладывается…
До сих пор в голове не укладывается…
История не смешная, просто интересный факт. Во время Великой отечественной войны бои охватили в основном северо-западные районы Московской области. Юго-восток был в тылах и мало пострадал. Тем не менее фашисты устраивали налеты чтобы держать русских "в тонусе".
Основными целями были оставшиеся промышленные предприятия и транспортная инфраструктура. Однажды бомбардировщик врага смог зайти в тылы и углубиться. Он зашел на юго-восток и смог обнаружить казанское направление РЖД, ведущее на Шатуру и Черусти. Поезд он встретил на 70 км от Москвы между современными станциями Шевлягино и 73 км. Зенитные расчеты отработали, как положено, самолет упал в районе деревни Минино. Тем не менее, он смог сбросить бомбы на железную дорогу. Разрывы нескольких авиабомб образовали огромную воронку на месте железнодорожной насыпи. По этим путям производилась эвакуация гражданского населения и перевозились различные грузы. Рельсы и шпалы были в наличии, проблема была в сыпучих материалах. Местность в тех местах богата суглинками, которые обладают низкой несущей способностью, а подвоз песка или щебня был затруднен. Выход был найден благодаря солдатской смекалке. Один из поездов вез несколько вагонов специй. Бойцы красной армии всю ночь таскали черный и красный перец, заполняя воронку. Было выгружено 3 вагона. К утру были уложены новые рельсы по восстановленной насыпи. Уже более 70 лет поезда передвигаются по перцовой насыпи.
В воскресенье я выпил пивка, а с утра в понедельник, соответственно, за руль. Просыпаюсь и чувствую запашок у меня присутствует, но ехать надо, так что чищу тщательно зубы, покупаю жвачку(знаю, что не помогает, но во рту приятней становится) и сажусь за руль. Только выезжаю из городка, как меня тормозит сотрудник ГИБДД. Я выхожу, стараюсь на него не дышать и отдаю ему документы. Он начинает их расматривать очень внимательно, сначала - права, потом - Свидетельство регистрации, потом - опять права, а лицо - одновременно серьезное и непонимающее. Я начинаю заглядывать и вижу, что документы он смотрит вверх ногами и начинаю смеяться, он поднимает голову и спрашивает, над чем смеюсь, отвечаю, что лучше документы перевернуть, так буквы более знакомыми покажутся. Сначала на его лице появилась улыбка, потом он опять сделал серьезное лицо и отдал мне мои документы. Вот я думаю, что он больше выпил в воскресенье, чем я (может, и не только пиво).
Дню Победы посвящается!!!
Долгое время в начале войны немецкие шифровальщики кололи простенькие коды партизанских радиостанций, как орешки...
Но однажды всё, пришёл конец их спокойной жизни!
А дело в том, что какой-то умный человек в штабе партизанского движения приказал использовать в радиограммах максимально возможное количество орфографических ошибок, а поскольку в немецко-русских словарях слов "овтамат", "сомалет" и "бранетранспонтер" не было, немцы их и не понимали, не говоря уже о том, как такие вариации затрудняли разгадку даже простейшего шифра. Вот так русская смекалка смогла победить дойче орднунг!!!
Рассказывает Александр Ширвиндт...
Первый раз в Израиль мы с Державиным летели из Риги через Симферополь. Прямых рейсов из Москвы ещё не было. Попутчиком оказался израильтянин.
Насмотревшись на пустые полки тогдашних наших магазинов, он говорил мне:
- Как вы тут живёте? Уезжайте в Израиль.
В Симферополе из самолёта не выпускали, так как таможню мы прошли в Риге, тогда ещё советской. А нам с Мишей захотелось коньячка. Мы попросили разрешения постоять вверху на трапе, подышать воздухом. Пограничники нас узнали. Мы попросили достать бутылку коньяка. Кто-то куда-то сбегал и принёс.
Наблюдавший эту сцену израильтянин сказал мне: - Ну, вам пока можно не уезжать.
- Ну, вам пока можно не уезжать.
Ещё в Украинской ССР по долгу службы в головном НИИ автоматизированных систем в строительстве я был главным координатором САПР в республике. Отвечал за работу в этой области более чем 150 проектных и научно исследовательских институтов, вузов и т. п.
В частности, в Днепропетровске у меня было два основных подшефных института - один областной, принадлежал горсовету, другой ведомственный, одного мощного министерства. В обоих институтах было по отделу САПР, численностью примерно по 25 человек.
Они между собой тесно сотрудничали, правда, начальник одного отдела Ещенко каждый мой приезд жаловался на коллегу Гуменюка, что тот некорректно решает проблему дефицита кадров: уводит у него специалистов.
Я как мог увещевал Гуменюка, тот виновато обещал прекратить переманивания. И так повторялось каждый мой приезд, и в очередной раз Ещенко пожаловался, что Гуменюк увёл у него двух программистов.
Я попытался его успокоить:
- В конце концов, ведь не жену увёл!
- И жену увёл!
Я опешил: - В отдел, как специалиста? - Нет, к себе домой. Как женщину.
- В отдел, как специалиста?
- Нет, к себе домой. Как женщину.
Также прелюбопытнейшая история из мемуаров Отто фон Бисмарка, про Россию:
Будучи в Санкт–Петербурге я гулял в парке, где повстречал царя Александра со свитой, тоже прогуливающегося там. В разговоре я обратил внимание русского монарха на странную вещь, замеченную мной немного ранее, когда я случайно забрёл в отдаленный уголок парка — там есть место, где какие–то военные сравнительно большими силами охраняют клочок земли. Я подходил, смотрел — просто земля, вообще ничего. Что они у Вас там охраняют, Александр? Жутко любопытно. Он не знал, но тоже заинтересовался — пошёл выяснять. Выяснить не сумел, потому что опросив военных 4 званий по старшинству внятного ответа получить не удалось. Позже Александр выяснил и сообщил мне ответ — царица Екатерина по всей видимости около 50–70 лет назад обнаружила на этом месте подснежники, после чего приказала поставить охрану, чтобы никто не затоптал приглянувшиеся ей цветы. Приказ охранять никогда отменен не был, а потому военные передавали его дальше новому поколению офицеров.
Случилось это во времена моей службы в армии. Сами знаете, под дембель начинаешь придумывать себе всякие развлечения и способы приятно провести время. Так вот, одним из таких способов было протаскивать в казарму женщин не совсем тяжелого поведения. Так бы все это и продолжалось тихо-мирно, пока однажды нас (дембелей, около 5 человек)не попалил дежурный по бригаде. Ну, он мужик нормальный был, так, для виду повыступал, но предупредил: еще, мол, раз такое увижу - демобилизация может отложиться на пару-тройку месяцев. Далее, в общем, сама история.
Девочек-то охота, а через дверь не проведешь. Ну, придумали сумку - типа "мечта оккупанта": привязывали стропами от парашютов и спускали ее через окно, благо, второй этаж, не высоко. Девочки по одной забирались в сумку, и мы их благополучно поднимали, после - так же спускали вниз. В тот страшный день ответственным по бригаде был злющий майор (жизнь его обидела, подполковника не давали, вот он и ходил злой, как собака). Короче, усек он, как мы девочек поднимаем, подкрался по- тихому, девочек отогнал и залез в сумку. На улице темно, и сверху не видно, кого поднимаешь. Так вот, подняли мы его до уровня нашего окна. Он как заорет на нас. Ну, а мы, как правильные солдаты, встали по стойке смирно. .. Итог: по трое суток гауптвахты на каждого и сломанная нога майора.
Во время службы в Германии.
Где-то на втором году, зимой, в выходной день повел нас (чел.10) старшина в бассейн к немцам, поплавать, лето вспомнить. Предстоящему походу мы все обрадовались. Во-первых – зима и ветер со снегом, во-вторых сам бассейн представлял собой надутый воздухом прозрачный пузырь, внутри которого находились подсобные помещения
Пришли. Перед плаваньем нужно принять душ. А душ общий. Т.е. «М» и «Жо» в одном флаконе. Слегка охренев – пошли. Зрелище для солдат второго года службы – еще то. Многие не хотели выходить – успокаивались.
Повыгоняв нас всех из душа, старшина стал раздавать «плавки». Оказывается, по заведенному правилу, советский солдат в публичном бассейне Германии должен был появляться в плавках, макет которых был разработан НИИ советской армии и представлял собой два белых треугольника с тесемками по краям. Скроены они были по одному лекалу, в один размер. Для пущего порядка изнутри на одном из треугольников методом трафаретной печати черной краской был выбит серп и молот, буквы СА и звезда. Типа это перед.
Стали одевать. Ефрейтору Коле из Томска всю жизнь занимавшемуся гиревым спортом этого треугольника спереди хватило только-только. В то время как казашенок из самой средней Азии запахнулся в эти треугольники как в полотенце после бани. Такой живописной стайкой мы и вышли к бассейну.
Знаете, даже музыка стихла. Кто-то захлопал… «Положив» на всех гордо пошли по вышке и подкидным доскам. ЩА, мол покажем «гансам» как ныряют советские гвардейцы. Первым на доску полез Коля. Разогнался, прыгнул. Под его весом доска угрожающе прогнулась, хрустнула, и вдруг запустила Николая чуть не под самый купол бассейна. Не ожидав такого «винта» Коля огласил бассейн матом, перевернулся в воздухе и всей своей тушей рухнул в воду. Поднявшейся волной смыло в воду один шезлонг с немецкой бабушкой и выкинуло на берег немецкого ребенка с кругом. Мы все попрыгали в воду, как-бы ничего не случилось.
Тут вдруг оказалось, что плавки намокая и прилипая становятся прозрачными, а если бы не серп и молот, то совершенно прозрачными. Стали плавать кругами думая как будем выходить. Тут заметили оставшегося на берегу казаха и позавидовали. Но казах, ничего не зная о подлых плавках, вдруг залез на подкидную доску. Разбежался. Но, подскользнулся и упал. Грудью на край доски. И взлетел. Безобразно раскорячившись в воздухе, он перевернуся, прокричал что-то про казахскую маму и снова встретился с доской самым серпом с молотом, буквами СА и звездой. Страшно закричав он свалился в воду и утонул.
Кинулись спасать однополчанина. Вынули его уже пускающего пузыри и держащегося за серп и молот. Отбуксировали к краю бассейна и стали выходить. Как пингвины из морской пучины, прикрывая филейные места повыскакивали и «испытывая гордость за нашу страну» «свалили». Всё.
Всё.
Призвали в армию (1962г). Распределили в учебку для специалистов ракетных войск. 3000 курсантов по разным специальностям (я радиолокаторщик). Офицерский преподавательский состав. Каждый день занятия по теории и практике. Всё в норме, но имеются и свои "прелести" в виде сержантов, обеспечивающих порядок, строевую, спортивную подготовку
Как я строил железную дорогу (по поводу Дня железнодорожника вспомнилось)
48 лет назад, будучи призван в армию солдатом после окончания железнодорожного ВУЗа, в котором не было военной кафедры, я неожиданно стал руководителем строительства железной дороги. А случилось это так. Командир нашего мотострелкового батальона выстроил нас и загадочно
— А кто имеет хоть какое-то отношение к железной дороге?
Мы все дружно шагнули вперёд и рявкнули «Я». Ну, поскольку в армию нас всех привезли железнодорожными эшелонами.
— Отставить, — последовала команда, — я имею в виду, кто учился или работал?
Поскольку сменить рутинную обстановку части — мечта всякого солдата, я сделал шаг вперёд и громко якнул. Ну, какая разница, что учился в железнодорожном ВУЗе на промышленно-гражданского строителя?
— Нашему батальону командованием части предоставлена высокая честь! Мы должны построить железную дорогу для вагонеток-мишеней на танковом стрельбище нашего полка! И он назначается начальником этой стройки века! — кивнул комбат на меня. — Всем заниматься согласно расписанию, а мы на стрельбище на рекогносцировку…
Приехали на стрельбище, начальник повёл комбата и меня показывать место.
— А где рельсы, где шпалы, инструменты и комплектующие? — спросил я.
— Боец, в институтах этому не учат, но если солдату поставлена боевая задача, он должен руководствоваться принципом «найди — укради — сам роди»! — был получен ответ, — а вот сами тележки для мишеней свалены там…
Как ни странно, но тележки были в наличии, и даже не разукомплектованы, что для армии было настоящим чудом!
За рельсами, накладками и костылями на станцию отрядили взвод солдат с машиной. Что-то они там не то разгружали, не то строили-ремонтировали, но к вечеру они привезли на стрельбище всё необходимое. Я просил ещё креозот для пропитки шпал, но креозот им не дали. К этому времени другой взвод напилил в лесу деревьев на шпалы и более или менее придал шпалам нужную форму.
— Ведь через год-два эти шпалы без пропитки сгниют, — говорю командиру.
— Ну, и х…сним, — отвечает командир, через год-два нас тут никого не будет! А новое стрельбище к концу месяца кровь из носу должно быть готово!
…А какое счастье для солдата оказаться за пределами части без распорядка дня и командиров! Это ж рай на земле! Поставили палатки, продукты привезли из части, картошку накопали в лесу на огородах, грибов набрали, вода чистая в лесном ручье… Курорт!
Однако, с утра пораньше надо железку строить! Мерного инструмента — ноль. Срезал ветку, ей замерил ширину колеи у тележки. Выкопали бороздки, бросили в них шпалы, побили-потрамбовали их другой шпалой, уложили по моей мерке первые рельсы, закрепили накладками и костылями — и потянулась по стрельбищу железка… Работали ударно весь световой день. На утро продолжили. И снова световой день!
Таскать инструмент туда и обратно стало тяжело. Решили поставить на рельсы тележку и возить туда-сюда всё нужное на ней. Вроде, хорошо пошла тележка, но чем дальше — тем труднее, пока совсем не встала. Что такое, в чём дело? Всё ж по моему прутику-мерке крепили! Приложил прутик к колёсам тележки — а он короче гораздо! Усох на жаре! Пришлось рельсы раздвигать… Но теперь прутик стал не нужен: сама тележка стала мерным инструментом! . .
Вот так мы из ничего и построили железную дорогу. Правда, когда сами стрельбы потом начались, ночью танкист потерял ориентиры и вместо мишени влупил болванку (снаряд, но хорошо, без взрывчатки) не в мишень, а в наблюдательную башню, откуда командиры стрельбами руководили. Но это — совсем другая история, к нашей железке отношения не имеющая…
Девяносто третий год, лето, жара страшенная. Жил я тогда в Бескудниково.
А на Дмитровке, по дороге в центр, есть хитрый поворот на Большую Академическую улицу. Он правый на светофоре, так вот ,там периодически вывешивали знак "направо нельзя" и выставляли сборщика в погонах. Вот я и попал на такого. Еду, никого не трогаю, и, поворачивая,
Браток (голосом полного придурка):
- Дя-я... денька милиционер!
Тот поворачивается:
- Чего?
- А у тебя это... (чешет пузо) мососыкл есть?
Народ заинтересованно насторожился, мент недоуменно:
- Нет...
Браток еще более дебильно:
- А расия? ... (рация? )
Мент растерянно:
Браток совершенно спокойно и размеренно:
- А НЕ ПОШЕЛ БЫ ТЫ В ТАКОМ СЛУЧАЕ НА Х[рен], МАКАКА С ПАЛОЧКОЙ! -сплюнул сквозь зубы, сел и уехал.
Немая сцена.
Мент (слегка приходя в себя и сквозь зубы):
- Значит, так. Десять секунд -и все исчезли. .. Мы, само собой, второго приглашения не дожидались
Мы, само собой, второго приглашения не дожидались
НАША ПОЛИЦИЯ НАС БЕРЕЖЁТ
«... после переаттестации, в наших рядах не останется сотрудников порочащих честь правоохранительных органов, по примеру заграничных коллег, наши новые полицейские будут чтить закон, охранять порядок и жизнь граждан... » Министр внутренних дел Р. Нургалиев, газета «Комсомольская правда».
Неделю назад
Минувшим летом поехал на ВВЦ, по работе понадобились кое-какие детали. Закупился, на обратной дороге зашёл в летнюю кафешку выпить стаканчик холодного разливного пива. Верна поговорка «мир тесен». У стойки нос к носу столкнулся со своим бывшим однокурсником Владом. На плече у него висел автомат калашникова. Как вскоре выяснилось, не настоящий, за ним Влад на ВВЦ и приехал. Китайцы потрудились на славу, не отличишь от боевого, даже по весу почти такой же.
За кружкой пива потрепались о жизни, Влад рассказал, что давно увлекается ролевыми играми. Находят какие-нибудь заброшенные деревни, казармы, катакомбы, и играют в «войнушку» для взрослых. Две или более команд стреляют друг в друга пластмассовыми шариками из подобных автоматов и пистолетов. Типа пейнтбола, только если в пейнтболе попадание отмечается краской, здесь игра «под честное слово» - почувствовав попадание, боец бросает оружие и поднимает руки, показывая другим участникам, что на оговоренное время выбывает из игры.
Допили пиво, Влад предложил прокатиться со мной, вместе ехать веселее, благо живём в соседних районах (я в Чертаново Южном, он в Ясенево), заодно решил пройтись по Битцевскому лесу, найти безлюдное место, испытать свою новую игрушку в полевых условиях. Я, было, предложил спрятать автомат в сумку, у меня с собой большая, туристическая была, туда бы влез. Менты увидят – сначала почки отобьют и в обезьянник закроют, а потом уже будут разбираться, настоящий автомат, или нет. Сказался личный опыт, когда какая-то тётка в электричке заметила у меня в руках компьютерный блок питания с кучей разноцветных проводов и на весь вагон подняла панику «А-а-а! Смотрите! У него бомба! Мы все умрём! » Стоявший неподалёку мужик ловко выхватил у меня «бомбу» и выкинул в окно.
Влад сказал: «фигня, так прорвёмся, пошли, сейчас шоу увидишь». Охранники на ВВЦ даже глазом не повели, видать это тут обычное явление. Вход в метро ВДНХ. Заходит человек в армейских ботинках, камуфляжных брюках, чёрной футболке, бандане с изображением осколочной гранаты-лимонки (логотипом их команды), с волосами до плеч, согнутой рукой держа за ствол перекинутый через плечо калаш (на манер терминатора). Типичный вооружённый психопат. Стоявшего на входе сержанта вдруг неожиданно заинтересовала уже давно стоявшая у выхода компания попрошаек, мент развернулся и пошёл в их сторону, сделав вид, что нас не заметил. Вахтёрша на турникетах уткнулась носом в газету. Спускаемся, заходим в вагон. Пассажиры опасливо косятся, но кнопку экстренного вызова никто не нажал. На следующей остановке народу поубавилось. Доехали до Октябрьской, ни на станции, ни в переходе полицаев не было, на нас лишь молча смотрели расположенные на каждом углу камеры наблюдения, изображение с которых наверняка в этот момент кто-нибудь наблюдал на мониторе. Добрынинскую патрулировали три «подментка» - солдаты внутренних войск. Увидев нас, они переглянулись и ушли за колонны противоположной платформы. По дороге до Пражской опять распугали пол-вагона. Какой-то паренёк лет семи спросил: «а он у вас настоящий? » и услышав отрицательный ответ все как-то странно быстро успокоились. На выходе два молодых мента ковырялись с iPad’ом и оживлённо что-то обсуждали, кажется им было пофигу всё, происходящее за пределами экрана. На улице Красного Маяка мимо пару раз проезжал патрульный Форд. Но с этими ясно, их задача – собирать по дворам алкашей, нелегалов, дебоширов. Дошли до поворота, попрощались, я пошёл домой, Влад отправился в лес стрелять по бумажным мишеням.
Этим морозным февралём, катаясь в Битце на лыжах, встретил выгуливающего своего пса Влада. Вспомнили, потрепались, он сказал, что у себя по району тоже без проблем добрался. Рассказал, что как-то почти неделю ходил с кобурой на поясе, пустой, но настоящей, офицерской, и никто из наших доблестных защитников граждан от вооружённых психопатов ни разу не поинтересовался что у него там. Но это уже другая история.
