Истории о армии #полковник

говорить) с просьбой скосить траву вокруг станции, а сено забрать себе. Как он там оказался, и как гражданские проникали на территорию военной части, я вам сейчас не скажу, в свое время не поинтересовался. Но, по словам отца, это был знакомый латыш. Может, в полку работал, а может пропускной режим в то время не был строгим.

Накосить сено вокруг станции – дело хорошее, но решает такие вопросы не начальник станции, а командир полка, что и было сказано просителю.

Командиром полка был боевой летчик, полковник, орденоносец, настоящий русский богатырь, косая сажень в плечах. На вопрос о сене он только спросил:

- Магарыч будет?

И получив утвердительный ответ, дал добро.

Скоро сено вокруг станции было скошено, просушено и заскирдовано, а на скошенной поляне была расстелена белая скатерть, нарезан хлеб, помидоры, огурцы, лук, поставлены стопки, а посередине бутылка водки.

Когда все было готово, отец передал комполка просьбу придти на магарыч.

Полковник пришел, посмотрел на расстеленную скатерть, взял бутылку водки, открыл ее ударом ладони, в один прием вылил всю бутылку в горло и сказал:

- А сейчас пойдем летать. А вы продолжайте.

командование заставило Шерхорна выйти на связь с немецким командованием и сообщить ему, что группировка из более чем тысячи немецких солдат попала в окружение, но продолжает вести боевые действия в тылу противника. Немцы поверили в эту историю и организовали воздушный мост для снабжения «окружённой группировки». На другом конце моста грузы с готовностью принимали благодарные советские военнослужащие.

В конце концов, нацисты решили, что Шерхорна и его людей необходимо спасать. Они собрали команду из высококвалифицированных оперативников и забросили их к Шерхорну с целью помочь ему вернуться в Германию. Сразу же после высадки диверсанты были захвачены, после чего их заставили связаться по рации и доложить, что высадка прошла успешно, но им нужно ещё подкрепление из наиболее опытных специалистов. Было отправлено ещё три команды, и каждый раз их захватывали сразу же после высадки. В целом немцы совершили 39 авиарейсов и потеряли 22 полевых агента. Шерхорн поддерживал радиосвязь вплоть до самой капитуляции Германии и в начале 1945 года даже был заочно награждён Железным Крестом. Вероятно, глядя на то, как рушится созданная им империя, Гитлер думал: «По крайней мере, у нас до сих пор есть Шерхорн, который отважно сражается».

потанцуем, поиграем (это мы так думали). К тому же обещали "живую музыку".

Сначала все было хорошо. Когда мы пришли, зал еще был почти пустой, танцевал только один мужчина. Ну ладно, нравится ему одному танцевать. При нашем появлении он слегка оживился, мужчины высказали предположение, что ему типа "пара нужна". А у нас из 12 человек только 4 женщины. Он, видимо, это тоже прикинул и стал поглядывать на другой банкетный стол, за которым пока еще никого не было. Пока мы "разминались", он 4 (! ) раза заказывал "Чудную долину" и 3 раза "Белые розы". Мы мужественно терпели, тем более, что музыка была не очень громкой, т. е. мы себя слышали. Где-то через час начал заполняться второй банкетный стол. Сначала пришли 6-8 женщин. Наш танцор слегка оживился. Пошла новая порция "Чудных долин" и "Белых роз". Через некоторое время второй стол заполнился. Наши мужчины глянули в ту сторону - и обалдели. На 35-40 женщин был только один мужчина. Танцор тоже прочно занял диспозицию возле того стола. Нам стало интересно, и мы начали высказывать предположения, что это был за коллектив - парикмахерская, столовая?

Пришел "певец". У них, оказывается, живая музыка - это караоке. Справедливости ради надо сказать, что голос был приятный.

Тут пошли заказы с объявлениями: "Эта песня звучит в честь старшего прапорщика пожарной команды № ХХХ". Это наш танцор "обозначился". Нам и так было весело, но тут мы просто рухнули. Несколько "тетенек" вышли танцевать. Старший прапорщик расцвел. Пошла очередная порция вышеозначенных песен, к тому же к ним прибавились песни из репертуара Стаса Михайлова и Верки Сердючки, которые старший прапорщик заказывал в честь "работниц детского сада № УУУ" - так вот кто они были!

Одурев от напора "музыки", которая к тому же стала ну очень громкой, наши мужики решили немного ее разбавить.

"Для высшего офицерского состава МВД, отдыхающего в нашем кафе звучит эта песня". Заказали Луи Армстронга. Потанцевали мы. Следующим ходом старший прапорщик обозвал себя "младшим офицерским составом пожарной части" и заказал, правильно, "Чудную долину". Но наши мужики уже тоже достаточно выпили, поэтому - "Для высшего офицерского состава ФСБ" - далее по тексту. Ладно, чтобы "детский сад" и "пожарная часть" тоже могли танцевать, заказали нейтральный "Модерн токинг" (простите мой английский! )

Его ход: "младший офицерский состав пожарной части... ".

Наш : "Для высшего офицерского состава военно-морского флота... ".

Он. "младший офицерский состав пожарной части... ".

И апофеоз - мы. "Для бывшей воспитательницы детского сада, а затем старшего опер-уполномоченного, полковника МВД... ".

Певец, утирая слезы смеха, сдался, включил музыку через компьютер, и ушел в подсобку отдышаться.

Ну мы же не виноваты, что в нашей компании трудятся пенсионеры: 5 полковников МВД, подполковник и майор ФСБ, капитана первого ранга ВМФ. Причем один (одна) из полковников действительно сначала работала в детском садике воспитателем, а уж потом пошла работать тогда еще в милицию, ну и дослужилась...

Тетеньки из детского садика стали алчно поглядывать в сторону наших дяденек.

А старший прапорщик пожарной охраны ушел, видимо, обиделся.

Ну, мы еще немного посидели, наконец-то смогли поговорить, а не покричать, и с чувством выполненного долга пошли по домам. Корпоратив, по-моему, удался...

борта и размещении экипажа (если будут ночевать). Служу я, значит, тут мне звонит дежурный штурман (он у нас определял, на какое место стоянки ставить прилетевший самолёт) и сообщает, что к нам сейчас прилетит Ту-134, и его следует поставить на стоянку №2. Лайнер садится, встречаю его на второй стоянке и помогаю сигналами зарулить на эту стоянку. Но на мой сигнал остановиться экипаж что-то сразу не отреагировал и немного ещё проехал, как ему было удобно, и там встал. А встречало на том борту каких-то крупных шишек наше военное начальство в лампасах. После остановки борта подзывает меня к себе это самое начальство взмахами руки. Семеню к нему и думаю, как мне его назвать при представлении (до полковника я погоны выучил, а дальше мне, двугодичнику, было учить влом). Херня, думаю, назову его генералом, а уж он пускай там сам разбирается, кто он там с приставкой какой, лейтенант или майор, это его проблемы. Не успел я подойти к генералу, как на меня обрушилась мощная армейская речь, где слово "самолёт" было одним печатным существительным, а слово "перекрыл" - одним печатным глаголом! И сводилась эта его речь к следующему: по мнению генерала, самолет по стоянке проехал настолько далеко, что случись сейчас война, так наши Ан-12 не смогут в ней героически участвовать по причине того, что не смогут прорулить перед этим самым самолётом.

По мне, так там места оставалось! Разве что не хватило бы, только если наши Ан-12 взлетали бы парами, о чём я ему и доложил.

Генерал встретил каких-то прилетевших шишек и укатил с ними. Наверное, готовиться к войне. Я спросил экипаж, будут ли они ночевать у нас и нужна ли им моя помощь в заправке самолёта? Они мне ответили, что привезли шишек и сейчас подпишут бумаги и улетают восвояси через час. Улетели, и я пошел к себе служить дальше.

Но спокойно мне служить дальше в эту ночь не дали... Пришло откуда-то сверху, от того самого генерала, решение - необходимо срочно переставить самолет: "Перегнать Ту-134 на другую стоянку". А надо сказать, что на этом же самом аэродроме, под названием Терек, базировался приписной Ту-134 для перевозки местных военных шишек. И его экипаж в это время мирно охранял покой нашей Родины у себя дома, еще ничего не подозревая. И к ним срочно были отправлены солдаты-посыльные, чтобы сообщить им эту новость и довести до них срочный приказ генерала.

Экипаж нашей тушки срочно собрался и всю ночь перекатывал свой самолёт с места на место, так и и не определившись, куда всё-таки его нужно поставить. Ведь он стоял там, где и всегда стоял - на приписанной стоянке.

Когда я утром увидел их, утомлённых, в столовой за ранним завтраком и рассказал им о причинах ночной вводной, то потом мы долго не могли решить, кто же всё-таки в авиации идиоты.

на улицах.

Он отсчитал цветки, я присмотрелся и вижу: одни пожухли, другие на скотче держатся, третьи короткие...

Спрашиваю его:

- Что за хрень! ?

Торговец, заговорщицки понизив голос:

- Брат, какая тебе разница? Ты же все равно раздашь их туда, сюда...

Потом, конечно, заменил).

Бродим и с удовольствием чувствуем, что и в этом году, хоть медленно, но все же тает наш букет... Живы еще бравые парни и девчонки!

Идем по Кутузовскому, уже почти все гвоздики розданы, встреченные ветераны поздравлены, смотрим - на нас надвигается необычная троица: два стареньких полковника с палочками - летчики, вся грудь в тяжелых, сверкающих бронежилетах орденов и медалей. Но поразил меня их третий.

Роста небольшого, поджарый, спортивный, молодой, черт возьми! По лицу, конечно, видно, что и ему -далеко за восемьдесят, но шевелюра на голове и походка молодая, не старческая... Как будто это Фантомас надел маску ветерана...

Среди друзей он резко выделялся костюмом. Представьте себе: дорогущий черный костюм, блестящие итальянские туфли и воротник белой рубашки лежит поверх пиджака. Одним словом – Аль Пачино... Сразу видно, что дед этот всегда был франтом и любимцем прекрасных дам. Идет, руки в карманах, и скорость его сдерживают только шаркающие шажочки его боевых друзей...

Сынок вручил всем по цветочку, полковники ответили: «Спасибо деточки», а «Аль Пачино» потрепал дарителя по голове и сказал: «Благодарю, пацан».

Я еще долго тащил сына за этой троицей, не в силах оторваться от них. По обрывкам разговоровж было понятно, что эти трое парней познакомились еще при жизни Гитлера...

И такая белейшая зависть меня взяла к внукам этого франта в шикарном костюме, как же хорошо, когда у вас такой боевой дед – живой и красивый.

И какие молодцы внуки – холят, лелеют и одевают дедушку, как куколку.

Сразу видно – его дома любят и гордятся им.

Свой геройский «бронежилет» из наград, «Аль Пачино» оставил дома, кроме одной единственной награды - на его черном пиджаке одиноко блестела звезда Героя Советского Союза...

значку "мастер спорта", они-то на себя что только не цепляли и "два года под пулями" и "двести метров до границы" и даже "гвардеец пятилетки". Выглядит как звезда героя. Кто был, тот помнит. А Серега носил значок по праву, даже ксива при нем была.

Как-то прапор купил в спорттоварах "иж планету спорт", привез в деревянном ящике, так Сереге повезло, за два дня разобрал, собрал и довел мотык до ума на хоздворе и еще три дня спал, прапор его прикрыл.

В один солнечный денек, Серегу срочно вызвали к командиру бригады, прямо из караула.

Мы видели, как водитель полковника посадил «мотоциклиста» в машину и увез в неизвестном направлении.

Вечером к казарме подъехал злющий полковник, буквально выпихнул Серегу из уазика, с криками: "Ты у меня до дембеля будешь в нарядах гнить!!! Так опозорить меня перед людьми!!! Шарлатан!!! Самозванец!!!"

Машина отъехала, остановилась, из нее выбросили на плац Серегину панаму.

Комбриг уехал.

Мы окружили понурого мотоциклиста:

- Что случилось?

А случилось вот что: Праздновался день города и нашу часть вызвали на спартакиаду. Бег, борьба, штанга, турник и т. п. а на закуску намечался мотокросс. Конечно же, наш комбриг решил всем утереть нос с помощью Сереги-мотоциклиста...

Я успокаиваю:

- Че, Серега, слабовато подтянулся? Не переживай, это же всего лишь спорт.

Серега:

- Да в том-то и дело, я то думал, заставят на турнике крутиться.

Знал бы, что нужно участвовать в мотокроссе, спрятался бы в санчасть.

- Так, а че, проиграл гонку?

- В том-то и дело, что даже не гонялся... Не хотел я вам раньше говорить, но теперь чего уж там. Я вообще не умею водить мотоцикл...

Мы охренели:

- Так с чемпионством, «мастером спорта» и мотогонками, это ты нам все гнал!!! ?

Серега (чуть не плача):

- Клянусь матерью, что все правда! Мы с братом… он на шесть лет старше, так он обещал матери, что не подпустит меня за руль мотоцикла. Гайки крутить, пожалуйста, а за руль нет, а мне как-то и не хотелось, я машины люблю.

Так вот, я на соревнованиях выступал всегда только вместе с братом. ..

Я всего лишь колясочник.

боевиков был очень ценный наемник-китаец! Его надо было взять живым! На мой вопрос: "Почему мы, полковая разведка, а не спецназ? " мне сказали, что из-за бардака и какой-то неразберихи весь спецназ сконцентрирован в соседнем районе, а лагерь брать надо срочно, иначе китаец слиняет.

Честно, не оставив никаких гарантий, что возьмём китайца живым, я отправился вместе со своей группой выполнять задачу. Группа моя состояла из двадцати трёх человек. Все с боевым опытом и ни одного срочника. Все офицеры, прапорщики и контрактники.

Был среди контрактников Максимушка! Это был очень опытный товарищ (воевал в Абхазии на стороне абхазов) и имел зловещую внешность... При двухметровом росте он умудрялся быть полным! Чтобы вы понимали, что такое полный высокий человек - ремень такой длины на талию Максимушки не нашёлся в закромах родины. Не производила оборонка такой длины портупеи. Носил Максимушка две портупеи... Одна пряжка на копчике, другая под пузом. Несмотря на свою грузную внешность, он был очень ловок и подвижен.

Уничтожить лагерь без потерь, честно говоря, нам помогла случайность. С высоты, находящейся над лагерем, ненадолго отлучился боевик по нужде. Видимо, не опытный был, побрезговал гадить под себя.

В общем, сняли мы его без шума и пыли. Дальше дело техники... Перемочили всех, как мишени в тире. Лагерь, с этой точки, как на ладони! Китаец понял все про свою будущую судьбу, когда увидел что в него принципиально никто не стреляет. Он сбросил автомат и сбрую и, поняв что все отходы перекрыты, стал дожидаться нашего приближения. Оказалось, что эта хрень косорылая, шикарно владеет рукопашным боем... Все, кто попытался к нему приблизиться, отлетали как пушинки... Честно сказать и мне этот гад нос сломал. Максимушка получил пяткой в грудь. Пока китаец остальных калечил, Максимушка отдышался, взял кряхтя ПКМ (такой тяжёлый ленточный пулемёт) за ствол, подловил китайца, когда он отвлекся, и со всей дури, вмазал наотмашь прикладом по жёлтой морде! Морда китайца превратилась в сплошное месиво!

Естественно, мы его упаковали, и уселись рядом зализывать раны. Где-то через час появился особист. Посмотрев на морду китайца он спросил:

- Кто его так разрисовал?

Не успел я убрать руку с куском бинта от кровоточащего носа, чтоб доложить о деталях боя, как Максимушка, скорчив мечтательную рожу, зарядил:

- Я - художник! Я так вижу!

Ржали все! И помятые китайцем бойцы, и особист... Мне показалось, что даже китаец пытался скорчить улыбку остатками своей морды!