Детские истории #девочка

Ранил!

- Б 6

- Убил!

- Ставлю Лелека и Болека против Дональда!

Это ее одноклассники пришли после школы в гости и жестоко рубились в Морской бой на фантики.

Мода тогда у них была такая. В карты в третьем классе, вроде бы еще рано, в шахматы – скучно, а в Морской бой – самое оно.

Я не препятствовал - дело молодое, только иногда просовывал строгое лицо в дверь и просил вести себя потише, карапузы сдавленно хихикали, но на некоторое время затихали.

Вдруг, ни с того ни с сего, в мою комнату вошла Нина вся в слезах и вздрагивая от всхлипываний, сбивчиво рассказала:

- Я проиграла все свои девять фантиков, потом хотела отыграться, поставила твою «Катю» и опять проигра-а-а-а-л-а-а-а…

От злости, я чуть магнитофон об пол не разбил. «Катя», была гордостью моей коллекции, почти новенькая, дореволюционная сотня с портретом Екатерины, Вообще-то, если честно, у меня их было две, но ведь это не повод брать чужое без спроса, да еще и проигрывать своим паршивым пионерам…

В бешенстве, я вбежал в подпольное «игорное заведение», но увидев вусмерть перепуганные лица детишек, несколько подостыл, даже свою «Катю» отбирать не стал.

Выигрыш – есть выигрыш, святое дело…

Разогнав игроков поганой метлой по домам, я закрылся у себя в комнате и загрустил.

Через пару часов, сестра выждала подходящий момент, виновато подошла ко мне и с энтузиазмом заговорила:

- Пожалуйста, дай мне вторую «Катю», я с ней завтра в школе обязательно отыграюсь, вот увидишь. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста...

Я посмотрел на Нину и мне стало ее дико жаль. Жаль от того, что эту маленькую наивную девочку в розовых очечках, мне придется сейчас окунуть в паскудную взрослую жизнь, с ее непионерским коварством и обманом, но уж очень мне хотелось вернуть назад свою «Катеньку».

Вручил сестре оставшуюся реликвию и в двух словах объяснил, как нужно играть в Морской бой, чтобы гарантированно выигрывать.

Бедная моя пионерка от этих объяснений испытала настоящий культурный шок и после этого полночи не спала - все размышляла над беспредельностью человеческой подлости. После такого и в Деда Мороза запросто верить перестанешь…

Это же уму не постижимо, как это можно – НЕ РИСОВАТЬ СВОИ КОРАБЛИ! ?

На следующий день сестра пришла из школы позже обычного и в каком-то странном возбуждении, в одной руке, портфель, а в другой, почему-то, книжки и тетрадки.

С порога она торжественно вручила двух моих «Катенек» и я зачем-то спросил:

- Нина, а почему учебники и тетради у тебя в руках, а не в портфеле?

Нина отложила горку книг, открыла свой портфель и из него, как из детского рога изобилия, на пол посыпались сотни и сотни разноцветных фантиков, открыток и календариков, всех видов и размеров…

Я потихоньку вышел из ступора и сказал:

- Завтра же пойдешь и раздашь обратно все выигранные фантики и больше никогда в жизни в Морской бой не играй, а то я схожу в школу и расскажу – как ты все это выиграла

…С тех пор сестра и вправду забросила азартные игры, а в Деда Мороза, по-моему, верить так и не перестала...

то ли какой-то вечерней школы мастеров, но не суть важно. Главное по мне было ее привычка курить какие-то дорогие сигареты, занятость на работе и ее библиотека. Я понимал, что без курева, а я грешил им с шести лет, не останусь. А вечером мне будет чем заняться.

В школу она отвела меня новую, сданную года два-три до моего приезда. Огромное, по моим поселковым меркам, трехэтажное здание. С большими светлыми классами. И какими-то уж очень опрятными учениками. В общем все да ничего. После того как меня представили классу, я первые два урока с интересом рассматривал их упакованные в обложки учебники и тетради на соседних партах. И подсадили меня к какой-то девочке с огромным бантами, которые постоянно отвлекали мое внимание от ожидание большой перемены. А именно на ней я планировал пойти добить «бычок» умыкнутый у тетки из пепельницы. И вот наконец и она и я ломанулся на улицу не запомнив расположение класса. За углом школы, как и везде, курили. Затянулся и я. Теткины сигареты явно превосходили батин Беломор. Добив «бычок» стал думать как найти класс. Пошел по самому легкому пути попутно заглядывая во все двери кабинетов, ища эти надоедливые банты. Где-то к середине урока мои потуги увенчались успехом. Не успев получить согласие учителя и усевшись за парту услышал из-за бантов истошный крик: «я не буду с ним сидеть, от него пахнет табаком». Я даже не успел спросить не охренела ли она, как был пересажен учителем куда-то на «камчатку» и стал рассматривать свои художественные шедевры на обложке учебника.

Следующая перемена была короткой, я никуда не уходил и стал свидетелем как весь класс делил не доделенную на большой перемене жвачку. Ее принес какой-то сынок чей папа ходил в «загранку», вы же помните, что город был портовый. Мне конечно тоже хотелось этого заморского лакомства, но я был не у дел. Да и бегать выпрашивая кусочек как они это делали было не по моим понятиям и мысль, что надо этот контингент бить подкралась сама и незаметно. И на следующий день этот повод нашелся.

Как всегда слово за слово и на большой перемене вместо того чтобы идти курить мы и сцепились. Нет, все были не против меня, некоторые были даже за, но кто участвовал в групповых драках знает, там некогда разбираться кто за кто против. А еще в ней есть большие плюсы, куда бы ты не махнул, обязательно попадешь. Поэтому я и попадал. И ничего, что потом некоторые личности предъявляли мне претензии, мол, за тебя ведь вступился, а ты мне по-хлебалу.

В общем к концу перемены класс был нормализован, в смысле все выглядели не такими уж и опрятными. Но зато никто и никогда больше не предъявлял мне претензий насчет «пахнет табаком». И дележ чего либо начинали именно с предложенья мне.

молотком для отбивания мяса (хорошо, что только по ноге - но все равно приятного мало); потом перебила все рюмки («какие-то маленькие»); сломала санки(!) из-за того, что никто не хотел с ней гулять - катать на санках; потом пыталась кому-то сделать прическу с помощью МИКСЕРА; нарисовала маме бороду пеной для мытья стекол («ой, мама, ты такая страшная!»); делала куличики из снега на накрытом столе; запустила кухонной доской в соседку-бабулю, которая пришла занять сахара; требовала, чтобы мы испачкали посуду (ей ее помыть захотелось - а кто же чистую моет?), и в довершение ко всему заплевала весь только что вымытый пол жеванными маслинами (думала, что хоть одна сладкая попадется) - и все это сопровождалось такими дикими воплями, что никто не слышал друг друга. Когда ей захотелось лицезреть Деда Мороза вся деревня искала костюм. Костюм Деда Мороза был у одного мужика, но нашли только бороду - остальное он, видать, пропил (ничего вразумительного от него мы не услышали - уже как-никак 10 часов было). Дед Мороз в черной телогрейке был узнан и жестоко наказан - не только белой ватной бороды, но и половины собственных усов лишился (ЭТО ПАПА-А-А-А-А!!!!!!). В общем обуздать эту чертовку не мог никто - да и не решался (даже мать ее побаивается).

Единственным, кто не обращал никакого внимания на бестию, был один друг семьи. По-моему его Серегой звали. Он весь день сидел в углу, насупившись, и молчал. И был злой он какой-то - как будто весь мир против него. Так как он один был не при деле его попросили нарядить елку. Он отправился в комнату где играла Катенька и они мирно стали наряжать елочку. Когда стараниями Катеньки елочка упала в третий раз (благо почти все игрушки были деревянными или пластмассовыми - а под конец только такие и остались - остальные пришлось подметать с пола), Серега решил елку (а она была не очень большая) установить на подоконнике, куда Катя не достанет и договорились, что Катя будет подавать ему игрушки, а он - вешать. Катя подает игрушку и спрашивает «Кто это?», а Сережа весь в своих мыслях, не задумываясь, повторяет, а вернее ворчит «кто это, кто это? кто это, кто это?». А мы, несколько человек, в это время накрывали на стол в этой же комнате. Вдруг Серега не выдерживает и после очередного вопроса взрывается: «кто-кто - Х[рен] В ПАЛЬТО!!!» и дальше опять тихо - «кто-кто». Больше Катеньку никто в тот вечер не слышал, хоть и сидела она вместе со всеми за столом. Кто бы знал, что все так просто…