Розыгрыши и обломы

слесарь поковырялся, ничего не понял - все в порядке, а не включается зараза и все! Почесал репу –надо нести к нему в мастерскую. Мастерская на 2 эт. ниже и по коридорам добрые метров 300. Вызвал помощника и поволокли, нецензурно ругаясь про себя. На следующий день разъяренный слесарь появился на кафедре и без литра спирта центрифугу отдавать отказался.

Что оказалось: между предохранителем и контактом был всунут крохотный кусочек бумажки на котором было написано «Привет, Люска!», причем он прилип к стенке и при смене предохранителя оставался на месте - благо слесарь смекалистый, решил все же почистить контакты.

Вычислили шутника довольно быстро. Им оказался, молодой талантливый, тогда еще профессор (теперь академик).

План беспощадной мести созрел очень быстро. В те годы только начиналась мода на чемоданчики т. н. «дипломаты». А профессор был в Англии с лекциями и привез оттуда шикарный «дипломат» из натуральной кожи. Он страшно им гордился и из рук выпускал чрезвычайно редко. Но все таки такой момент представился….

Когда через неделю профессор пришел и выложил на стол из дипломата две тонкие свинцовые пластины этак килограмма на 3…. Кафедра упала от хохота-сомнений, чья это работа не было ни у кого! Профессор где-то мин. на 10 оставил «дипломат» без надзора и в него под книги были водворены пластины. Вечером после пар чемоданчик показался тяжеловат, но было все списано на усталость, следующим утром на то что еще не достаточно проснулся, а следующим вечером появилась уже привычка. Далеко не каждый день «дипломат» перерывался до самого дна, а когда только через неделю он нашел свинцовые пластины…

Вот так развлекались и, думаю, развлекаются умные образованные люди!!!

раз под обстрел попали, его из-под тел павших бойцов санитары вытащили. И опять он отделался несколькими ранами, да онемел от пережитого. Все три похоронки до сих пор хранятся у моей мамы - его дочери. Прабабушка (дедушкина мама), наотрез отказывалась принимать эти письма, чувствовала, что он жив, но почтальон сберегла их и отдала после войны. Сказала, что чудо это - три раза смерть обмануть, пусть на память останется.

Но, рассказать я хочу не об этом. После войны, спустя несколько лет, дедушка устроился работать конструктором на Ташкентский Авиационный завод (точно название не помню). И кто-то из сослуживцев рассказал ему, что во время командировки (опять же не помню город) узнал, что там есть... дедушкина могила. Ну, не прям персональная, а братская, на которой были написаны фамилии бойцов, которые в ней похоронены. Через пару месяцев дед поехал туда, тоже в командировку. Ну, и решил заскочить на кладбище, где была эта могила. Зашел к кладбищенскому сторожу, говорит, где, мол, такой-то похоронен? Ну, сторож и спрашивает, сам-то кто будешь? Тут дед и сказал, что пришел посмотреть, как его похоронили. Красивое ли место, кто соседи. Всегда, мол, любопытно было. Сторож обалдел, но до могилы проводил. Дед показал ему свою фамилию на могиле, показал свой паспорт. А когда собрался уходить, сторож чуть ли не силком затащил его к себе в сторожку, позвал друзей и накрыл стол. Сказал, что не каждый день к нему покойники в гости приходят.

я был свободен от вахты,я устроился с фотокамерой Зенит у иллюминатора и от нечего делать стал снимать провожающую толпу.Затем раздалась команда:"Отдать швартовы",три длинных гудка и вскоре силуэт родного города исчез за горизонтом.В каюте вместе со мною оказался 4-ый помощник капитана,молодой штурман Жора,только что закончивший училище и успевший жениться.Согласно морским правилам я занимал нижнюю койку,а Жора верхнюю(салага).Вахту Жора стоял вместе со старпомом с четырех до восьми утра и с 16 до 20.Как-то в середине

рейса я решил проявить фотопленку из Зенита и отпечатать фотографии. Необходимое для этого оборудование имелось на каждом судне.Среди прочих фото я увидел два снимка,на которых была запечтлена грустная сцена расставания Жоры с его молодой женой.Снимки различались лишь тем,что на одном жена смотрела на Жору влюбленными глазами а на другом отвернулась от него в сторону(видать кто-то окликнул ее в тот момент).Позиция Жоры оставалась неизменной.Предполагая приятный сюрприз Жоре,я повесил первую фото над изголовьем его койки. Вернувшись с вахты Жора позвонил мне на мостик и горячо поблагодарил.

Через два-три дня черт меня дернул заменить первую фото на вторую.

Жора что-то заподозрил,но ничего никому не сказал.Я снова заменил фото на первую,потом наоборот.Через пару недель старпом заметил что его помощник не в себе.После вахты в каюту не идет,болтается на штурманском мостике.Короче,доложил он старпому,что его жена на фотографии крутит головой.Тот,морской волк,не поверил.Через несколько дней(я продолжал менять фотографии)старпом и четвертый помощник уже оба старались после вахты оставаться на людях.Этой чисто морской шутке положил конце замполит,который догадался пометить фломастером одну из фото с обратной стороны.Мы с Жорой давно стали капитанами дальнего плавания и неразлучными друзьями.

Едем. Бабулька говорит:

- Сынок, а можно здесь налево немножко, тут близко дачка моя.

Можно! Какие вопросы. Уважаем старость...

- А тут направо немножко... и т. д. Ночью прошол дождичек, так немножко... Сынок а можно сюда!!!???

Немножко грязновато, да и спуск такой непонятный но... но. Уважая старость... поперся В общем с горки по грязище юзая как червяк, не вписываюсь в очередной поворот и уезжаю по колее в один из дачных проулков, почти сажусь на мост... "Останови здеся сынок мне тута недалеко". Ушла.

Сижу в полной жопе, под колесами чавкаем, машина почти на пузе. До ближайшей дороги километров 5. Подкатил беленькие брючки вышел из машины прошел вперед минут этак 10-15, там в балке ваще полный копец. Путь только один - назад! , Снял беленькую рубашечку и часа 2 юзал на месте разворачиваясь. Снял беленькие брючки... Камней, досок, бревен, веток перетаскал немеряно, кое-как развернул машину умостил себе гать почти готов дергать отсель. Т. к. туфельки не предназначены для дачных прогулок то накрылись они еще на первом часе моего траходрома. Усаживаюсь задницей в машину начинаю счищать грязь с босых ног. почти готов ехать.

Поднимаю глаза и офигеваю. Чопает моя бабулька с ведерком полным груш...

- Сынок ты меня ждешь, вот какой человек сердечный!!!

В калошах на которых грязи больше чем на колесах моей машины устраивается рядом... Пытается угостить меня грушками... Еще час выползаю по этому киселю до асфальта. Грязная машина это не про мою. Внешний вид описать невозможно, а в салоне... Босиком, в трусах, грязный как свинья высаживаю бабульку на первой автобусной остановке. Срочно на мойку.

Подьезжаю, захожу... Когда ржать перестали, то сначала обмыли меня, полотенце даже дали. Машину мыли минут 40. В багажнике валялись старые туфлята после ремонта. Одеваюсь, обуваюсь и на работу. Время 12-30. Баланс:

Ведро груш стоит 30 рублей.

Туфли 3000 рублей

Мойка меня и машины 300 рублей

Носки 25 руб.

Бензин ...

Опоздал на работу на почти 5 часов. Рассказал как было. Шеф чуть не уссался.

Груши есть никогда не буду.

Пацанам канеш раздолье и приключения, лично я знал два прохода по которым можно было покинуть часть под землей и выйти уже за колючкой. В общем в очередной раз решили мы новый проход обследовать с товарищем, залезли прошли метров 50 тут бетонный коридор расширяется и помещение большое и в высоту огромное мы заходим фонариками светить начинаем и херакс солдат повешенный. Ужас как мы побежали обратно, очень страшно, че там нам лет то было. Короче вылетели пулей, стоим на улице, дрожим и очкуем, дело то нешутейное, думаем, что дальше делать. Варианта то два промолчать или бежать родителям рассказать и соответственно люлей знатных получить. Короче уговорил я компаньона все рассказать, он сыкун промолчать хотел, но решил я еще раз на повешенного взглянуть, еле еле, чувака уболтал еще раз спустится, один бы я конечно не полез, мы пока снова шли, товарищ мой, аж расплакался. В общем заходим мы опять в тот зал, солдатик весит никуда не делся, у товарища моего прям истерика уже, я поближе подошел, посветил на повешенного поближе и просто в осадок выпал. Хорошо сделанное чучело.

Я так понимаю солдаты ради шутки сделали и подвесили, времени у них видать много свободного было. Бушлат, штаны, сапоги все на нем было, мы потом туда других сопляков водили на экскурсию, не предупреждая естественно, эффект был каждый раз потрясающий. "

компьютера юная энергия шла на битьё витрин, лазанье по баррикадам и устройство фанатских бунтов, а ещё раньше были кружки по интересам типа «СС» и «Гитлерюгенда». Поэтому я рад, что теперь мужские позывы пустить ближнему кровь отчасти сублимируются безобидным расстрелом монстров на мониторе.

Ещё все парни хоть раз в жизни должны сделать какую-нибудь смелую глупость на «слабо». Во всех мировых универах и вузах есть студенческие клубы, куда не войдёшь без ритуала посвящения. А все эти ритуалы основаны на «слабо».

Есть такой клуб, куда очень почётно быть принятым, и в Сеченовке. Это клуб старост, принимают туда только парней, и притом самых отчаянных – в общем, настоящих лидеров. Существует этот клуб лет 130. Засада состоит в том, что если провалишь испытание, тебя нарекают «тёткой» - и все старосты зовут тебя «тёткой» до следующего испытания. А испытание – раз в год, на Татьянин День. Так и ходи в «тётках» два семестра.

В прошлом году на Татьянин День пришла очередь войти в клуб старост Тёме и Ярику. Был жуткий мороз, и Тёму пожалели: большинство испытаний так или иначе связано с раздеванием (или в прорубь нырнуть, или станцевать голым на проезжей части), но Тёме сделали послабление. Совершенно одетый, он прошёл на руках полсотни метров по льду Москвы-реки – перед девушками, которые на мосту хохотали и аплодировали.

Ярику повезло меньше. Оценив его богатырскую комплекцию, старшекурсники решили, что «этому простуда не грозит». И повели Ярика к культовому месту – на Потешную улицу.

- Вот это, Яр, бывшее общежитие медицинского факультета МГУ. По преданию, сам Сеченов однажды ночью, в сильный мороз, вылез из окна и в одном исподнем побежал к своей любовнице – она жила вооон в том доме, по ту сторону улицы, - пояснил один из старшекурсников, указывая на здание за кирпичным забором. – Тебе придётся даже проще, чем Сеченову. Он-то бежал два раза – туда и обратно – а тебе только и надо, что перелезть через забор, сделать круг вокруг дома и вернуться. Так что не трусь!

Ярик кивнул и стал раздеваться. Оставшись в одних трусах и ботинках, он похлопал себя по бокам:

- Бррр, холодно!

- Ничего, это недолго. Пошёл!

Только одну вещь утаили от Ярика старшекурсники – бывшее общежитие МГУ на Потешной давно стало седьмой градской психиатрической больницей.

Кое-как перебравшись через высокую кирпичную ограду, Яр спрыгнул во двор больницы и не спеша побежал. Не спеша – чтобы не слишком обдувало ледяным воздухом.

Через минуту глазам дежурного врача предстала любопытная картина – мимо главного входа больницы бежал лунатически-медленно молодой здоровяк, в трусах и ботинках, с улыбкой на лице.

А надо сказать, что время от времени больным действительно удаётся обмануть бдительность врачей (перед изощрённой фантазией безумца пасует любая разумная предусмотрительность) и сбежать, поэтому рука дежурного тут же нащупала кнопку вызова санитаров.

- Псих, стой! Стой, тебе говорю! – заорал врач, выбежав во двор.

Через полминуты Ярика окружили семеро дюжих санитаров.

- Вы ч-ч-чего? – клацая зубами от страха и холода, спросил Яр. – Я такой же, как вы! Я будущий хирург!

- О, хирург! Мужики, осторожнее – этот буйный.

- Да никакой я не буйный. Вот, видите, даже руки за голову уберу, - обиженно сказал Яр. И едва он поднял руки, сзади коршуном налетел санитар и молниеносным движением сделал укол снотворного.

…Вытащили Ярика из психушки быстро. Уже минут через пятнадцать целая делегация старшекурсников стояла в регистратуре, требуя выдать тело павшего товарища. Да санитары и сами успели убедиться, что среди постояльцев больницы беглецов нет. Тем не менее, Яру ввиду невменяемого состояния пришлось остаться в больнице до вечера. Пока он приходил в себя, санитары поили его чаем и травили байки про будни дурдома.

Да, и самое главное – Ярик был принят в клуб старост. С большим студенческим почётом.