Вот и понашлось время дорассказать, как посчастливилось встретить одного дедульку где-то в 1994 г. Словоохотливый, простецкий, маленького роста. Работал токарем всю жизнь и не так давно вышел на пенсию. Курил, оказывается, безбожно и всю сознательную жизнь, но в одночасье бросил.

В токарном цехе, когда ещё был развитой социализм в СССР, стояли рядами станки 1930-х годов выпуска и успешно работали. И тот самый дедулька работал там, а ростом был полтора метра с кепкой, и его не было видно из-за станка, хоть и была сколочена деревянная решетка, на которой он стоял у сего станка и трудился на благо СССР. Токарем он был отменным, и нередко его искали, но так как росточком мал, его от входа и не было видно. Зато старожилы знали, что если из-за станка идёт дым, значит, он — на месте. Ведь курить он начал с малолетства и на работу шёл с авоськой папирос Беломор-Канал, и как заканчивалась одна, так он сразу прикуривал новую, и так шла работа до обеда. Он не курил только, когда спал, мылся и кушал. После трудового обеда все повторялось. А после смены он сам выносил ведро с окурками и шёл домой (с папироской в зубах, конечно).

Вот так, в один из дней после обеда, когда народ садится на улице покурить и посудачить, случился разговор о курятине. Не, не той, а в смысле злой привычке курить. И никак нельзя было обойти этот вопрос, не приведя в пример нашего дедульку. Мол, горбатого только могила... Ну и нашёлся чел, который громогласно заявил, что поставит ящик водки, если он бросит курить. Никто и ухом не повёл на сие высказывание, зная, что можно и ящик коньяка поставить, а это — ВСЯ месячная зарплата.

И тут,.. дедулька, докуривая очередную папироску, кладёт пачку Беломора на стол, гасит о край столика чинарик и говорит: "А чего это вы за меня все решаете? "

Кидает бычок в ведро и, в наступившем тишине, обращаясь к оратору, изрекает: "С тебя — ящик водки! "

Сначала никто не понял, а потом все дружно оценили его шутку и начали дико ржать... Ржали минут пять, пока шли в цех и ещё минуту когда он запускал станок. Потом стали переглядываться и подходить к нему лично, чтобы увидеть или не увидеть дымящейся папироски.. Так прошёл остаток рабочего дня в ожидании, когда же он закурит, но увы тщетно. Все сначала были в тревоге, потом в лёгком волнении, сменяющемся восхищением к концу недели. И только один человек был хмур. Нет, не хмур, а МРАЧЕН. Ведь придётся ставить ЯЩИК ВОДКИ....

Нужно отдать должное не только дедульке, который вот так в 5 минут бросил то, без чего нельзя было его представить. Мы говорим Беломор, подразумеваем Дедулю. Мы говорим Дедуля, подразумеваем Беломор. Должное отдали и тому, кто все таки после получки поставил ящик водки.

На мой вопрос, а как перенёс тяготы отсутствия никотина, уши в трубочку не сворачивались?

Нет, — говорит. Тянуло только после водочки, да в компании с курящими. Сказал же, что последнюю выкурил — все, слово держать нужно.

Для меня он долго был примером человека слова.

1981 г. Сосед моего друга (в 24 года) в городке купил очень запущенный дом с ещё более запущенным садом, в котором из-за разных паразитов, кустов и деревьев почти не было видно. Сразу принялся наводить порядок: опрыскал всю территорию каким-то химикатом широкого профиля действия, от которого быстро подохли все "халявщики", уничтожавшие все ягоды-фрукты на

Мой друг входит в ТОП-менеджмент одного банка, уехали в регионы на проверку филиала. Ну естественно по окончании — баня, стол, девочки.

Делали фотки, но ничего неприличного, но сам факт девиц на фотках был бы для него фатальным в отношениях с женой. Он просит директора филиала не делать ему фотографий где есть хоть одна девица. Возвращается домой, на следующий день вернувшись с работы застает жену в полном гневе. Она ему

— был с бабой! Он — да ты что! Она — был! И кидает конверт с фотографиями. Он выхватывает фотки, судорожно перебирает — ни одной девицы, ВООБЩЕ! Он недоуменно — но тут же ни одной девки?! А ты конверт переверни! Он переворачивает конверт и там от руки размашисто написано:

"Сюда фото с девочками НЕ КЛАСТЬ!!!"

Был у меня знакомый — лихач-мотоциклист. Обожал своего железного коня, вкладывал в него, гонял много где, объездил пол-России. Но лихачил страшно. Много раз падал с мотоцикла, ломал руки, рёбра, не раз было сотрясение мозга, куча шрамов на теле. Много раз царапал машины чужие. К счастью, никого не сбил, не покалечил, только финансовые потери приносил. Но поскольку он мог гонять с бешеной скоростью больше 200-250 км/ч точно, то рано или поздно это бы произошло. Он сам признавался, что не раз пугал людей, пока обгонял их, одна машина от испуга съехала в кювет даже. Никто не мог его образумить. Он страшно гордился собой, что такой экстремал, бесстрашный, крутой, может то, чего не могут другие.

И вот он попал в аварию, выехав на встречку на обгон и задев фуру. Чудом выжил, лежал в коме, вышел из неё, остался парализованным, мозговые функции не до конца восстановились. Его выписали домой, но вскоре он снова оказался в больнице, где и умер. На похоронах было полно народу, многие плакали. А я стоял и думал, что, наверное, слава богу, что так вышло, что одним долбое[ж]ом меньше на свете, потому что он представлял опасность для всех.

Я сам не очень давно за рулем, часто езжу по трассе по работе и периодически вижу таких любителей погонять, они подрезают, превышают скорость, выделываются. И я надеюсь, что на скорости 250 километров они отправятся прямо в ад, где им и место.

Попугаев Жако было запрещено ввозить в Советский Союз, однако из Анголы их везли практически все, минуя таможню хитрым образом. Для провоза живого груза необходимо, чтобы этот груз вел себя как мертвый, то есть не трепыхался и вообще прикидывался курой гриль, только маленькой. Потому попугаев просто напаивали аж целой столовой ложечкой медицинского спирта, после чего они минимум на сутки отрубались и представляли собой не более чем бессловесное анатомическое пособие по строению птичьей тушки в состоянии анабиоза. Обычно коматозное животное погружалось в контейнер навроде тубуса для чертежей, в котором просверливались аккуратные дырочки, и в таком состоянии везлось на новое место жительства.

Кто знает, может, в этот раз спирт оказался разбавленный или попугай бывалым, но на таможенном досмотре, когда офицер открыл сумку, тубус для чертежей вдруг затрепыхался и из него вылез взъерошенный попугай.

— Оп-па! – только и смог сказать таможенник, — Что же это вы, товарищ, незаконный груз перевозите?!

Хозяин груза уже собрался, было, оправдываться, но Жако встряхнулся, расправил перышки и заорал на весь аэропорт:

— Я русский! Я ру-у-у-сссский! Русский!!!

Ну и как было не впустить такого товарища на Родину???