|
Мой друг входит в ТОП-менеджмент одного банка, уехали в регионы на
проверку филиала. Ну естественно по окончании — баня, стол, девочки.
Делали фотки, но ничего неприличного, но сам факт девиц на фотках был бы для него фатальным в отношениях с женой. Он просит директора филиала не делать ему фотографий где есть хоть одна девица. Возвращается домой, на следующий день вернувшись с работы застает жену в полном гневе. Она ему — был с бабой! Он — да ты что! Она — был! И кидает конверт с фотографиями. Он выхватывает фотки, судорожно перебирает — ни одной девицы, ВООБЩЕ! Он недоуменно — но тут же ни одной девки?! А ты конверт переверни! Он переворачивает конверт и там от руки размашисто написано: "Сюда фото с девочками НЕ КЛАСТЬ!!!" |
| 11 Dec 2005 | ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() |
| - вверх - | << | Д А Л Е Е! | >> | 15 сразу |
Звонила из магазина мужу, когда закупалась к новогоднему столу. Спрашивала, что купить, что бы ему больше хотелось. Тяжело вздохнув, он ответил: "Мой любимый салат хочу, остальное на твое усмотрение". Я улыбнулась, наконец-то он начал оттаивать и хоть немного радоваться Новому году и праздникам в целом.
Когда мы начали встречаться, он ненавидел все праздники, особенно Новый год. Дело в том, что его отец всегда напивался на каждый праздник, плавно уходил в запой и третировал всю семью. Но к Новому году он начинал "готовиться" заранее и пил за неделю до января и первую неделю месяца. Притаскивал домой таких же друзей-пьяниц. Мать, женщина с мягким характером, просто терпела.
Поэтому у мужа Новый год равен одиночеству в запертой комнате, чтобы пьяный отец не добрался, отсутствию подарков и злости, что все рады, а их семье плохо.
Только спустя пару-тройку новогодних ночей со мной муж начал радоваться и чувствовать праздник, наконец-то понял, что можно быть счастливым. Всегда кладу ему сладкий подарок под ёлку "от Деда Мороза". Муж, конечно, не верит, но всегда радуется, как мальчишка.
Три года назад отдыхали в Адлере. Решили съездить на экскурсию в дружественную Абхазию, Нофоафонскую пещеру (рекомендую!). Едем. Раздолбанный "Икарус" (кстати, там до сих пор на всех машинах номера из СССР), за рулем – абориген, скорость – больше 100, на весь автобус орет национальная музыка (для колорита), все форточки открыты, со слов водилы "эта – кандыцыонэр", ощущение, что ты летишь на самолете без крыши. Дорога узкая, две машины еле разъедутся, и есть особенность – отсутствует кювет как таковой, т. е. канав вдоль дороги нет, как будто полоску асфальта положили прямо в поле. И вдруг перед нами – корова! Спокойно лежит посредине дороги. И мы, не снижая скорости, вылетаем в поле, автобус кренится, из сорока глоток — протяжное "А-а-а-а!!!", пла-авно ее объезжаем и так же плавно возвращаемся на дорогу. Летим дальше, как будто ничего не произошло. Приходим в себя, одна тетенька – водиле: "Вы что, не могли остановиться и погудеть??" В ответ: "Э! Зачем гудэть! Зачем животное пугать!"
— "Я, между прочим, тоже испугалась!!"
— "Так ведь я нэ гудэл?!"
Как-то получилось так, что из маленького добродушного щенка-ризеншнауцера выросла злобная лохматая скотина, не признающая никаких авторитетов и стремившаяся вцепиться в горло всем, кроме Юрки и его жены. Звали этого Годзиллу-переростка Тузик. Юрка жил в своем доме в поселке. Тузик жил в вольере, откуда его выпускали глубокой
1981 г. Сосед моего друга (в 24 года) в городке купил очень запущенный дом с ещё более запущенным садом, в котором из-за разных паразитов, кустов и деревьев почти не было видно. Сразу принялся наводить порядок: опрыскал всю территорию каким-то химикатом широкого профиля действия, от которого быстро подохли все "халявщики", уничтожавшие все ягоды-фрукты на


