Казалось бы, в той грандиозной битве, что шла на подступах к столице зимой 1941, исследована каждая деталь и все давно известно, однако..

Мало кто знает, что на одном из участков фронта решающую роль сыграли русские пушки, изготовленные на Императорском орудийном заводе в Перми еще в 1877 году. А было это в районе Солнечногорск — Красная Поляна, где сражалась обескровленная долгими боями 16-я армия под командованием

Константина Рокоссовского.

К. К. Рокоссовский обратился к Г. К. Жукову с просьбой о срочной помощи противотанковой артиллерией. Однако ее у командующего фронтом в резерве уже не было. Запрос дошел до Верховного Главнокомандующего. Реакция

Сталина была незамедлительной: "У меня тоже нет резервов противотанковой артиллерии. Но в Москве есть Военная артиллерийская академия имени Ф. Э.

Дзержинского. Там много опытных артиллеристов. Пусть они подумают и в течение суток доложат о возможном решении проблемы".

Действительно, еще в 1938 году из Ленинграда в Москву была переведена артиллерийская академия, основанная в 1820 году. Но в октябре 1941 года она в основном была эвакуирована в Самарканд. В Москве осталось около сотни офицеров и служащих. Учебная артиллерия также была вывезена в

Самарканд. Но приказ требовалось выполнить.

Помог счастливый случай. В академии работал пожилой человек, который хорошо знал местоположения артиллерийских арсеналов в Москве и в ближайшем Подмосковье, где были законсервированы изношенные и очень старые артиллерийские системы, снаряды и снаряжение к ним. Можно только сожалеть, что время не сохранило имя этого человека и имена всех других сотрудников академии, которые в течение суток выполнили приказ и сформировали несколько огневых батарей противотанковой обороны большой мощности.

Для борьбы с германскими средними танками подобрали старые осадные орудия калибра 6 дюймов, которые использовались еще при освобождении

Болгарии от турецкого ига, а позже в русско-японской войне 1904-1905 гг.

После окончания ее по причине сильной изношенности стволов орудия эти доставили на Мытищинский арсенал, где они хранились в законсервированном виде. Стрельба из них была не безопасна, но 5-7 выстрелов они еще могли выдержать.

Что касается снарядов, то на Сокольническом артиллерийском складе имелись в большом количестве трофейные английские осколочно-фугасные снаряды фирмы "Виккерс" калибра 6 дюймов и массой 100 футов, то есть чуть более 40 килограммов. Там же были капсюли и пороховые заряды, отбитые в гражданскую войну у американцев. Все это имущество хранилось с

1919 года настолько аккуратно, что вполне могло использоваться по прямому назначению.

Вскоре сформировали несколько огневых батарей тяжелой противотанковой артиллерии. Командирами стали слушатели академии и офицеры, присланные из военкоматов, а прислугой красноармейцы и ученики 8-10-х классов московских специальных артиллерийских школ. Орудия не имели прицелов, поэтому было решено стрелять только прямой наводкой, наводя их на цель через ствол. Для удобства стрельбы орудия врыли в землю по ступицы деревянных колес.

Германские танки появились внезапно. Первые выстрелы орудийные расчеты сделали с дистанции 500-600 м. Германские танкисты вначале приняли разрывы снарядов за действие противотанковых мин. Судя по всему, "мины" обладали очень большой силой. В случае разрыва 40-килограммового снаряда вблизи танка последний переворачивался набок или становился на попа. Но вскоре стало ясно, что в упор бьют из пушек. Попадание снаряда в башню срывало ее и отбрасывало на десятки метров в сторону. А если 6-дюймовый снаряд осадной пушки попадал в лоб корпуса, то он проходил танк насквозь, круша все на своем пути.

Немецкие танкисты пришли в ужас — подобного они не ожидали. Потеряв роту, танковый батальон отступил. Германское командование посчитало происшествие случайностью и направило другой батальон иным путем, где он также напоролся на противотанковую засаду. Немцы решили, что русские применяют какое- то новое противотанковое оружие невиданной ранее мощи.

Наступление противника было приостановлено, наверное, для уточнения обстановки.

В конечном итоге армия Рокоссовского выиграла на этом участке фронта несколько суток, в течение которых прибыло пополнение, и фронт стабилизировался. 5 декабря 1941 года наши войска перешли в контрнаступление и погнали фашистов на Запад. Получается, что Победа

45-го года хоть в малой степени, но ковалась русскими оружейных дел мастерами еще в XIX веке.

Обустроил один мой знакомый во дворе дома теплицу. Исключительно для того, чтобы жена поменьше донимала всякими хитроумными вопросами типа — где опять был и с кем пил? Однажды поздно ночью, находясь в изрядном подпитии, остро захотел мужик огурчиков собственных отведать. Добрался с грехом пополам до теплички и рухнул там, как подкошенный. Поднялся, опять упал. Чувствует: плохо дело — притяжение земли сегодня аномально сильное. Но законы гравитации отступают перед настойчивостью. Встал человек на колени и пооткусывал тех огурцов, до которых мог ртом дотянуться, прямо с кустов — отвёл душу.

Утром его разбудили громкие причитания жены:

— Ох, что же это в мире делается! Не зайцы, а звери какие-то! Пробрались ночью в теплицу: всё, что могли — поломали, а что не поломали, то надкусали.

Навеяло новеллами предыдущего дня про профессионализм…

Перебираем на участке универсальное приспособление, которое давно не использовалось.

Все комплектно, только одна шпилька длиной миллиметров двести с резьбой М24 на концах погнута прилично. Пытаемся отрихтовать, но кривизна не дает скрутить две части приспособления, несоосность.

— Да что мы мучаемся, в лаборатории есть токарь. Проще новую шпильку сделать, пруток тридцатый у нас есть.

Берем пруток на заготовку, шпильку как образец идем на поклон.

— Сделай нам точно такую же.

Ветеран производства соглашается:

— Хорошо, только время уже почти обед, приходите забирать через часок.

Через указанное время идем забирать.

Лежат у станка две шпильки, старая и новая абсолютно одинаковые, даже изогнуты под одним углом, градусов на семь… Как просили.

— Фима, шо вы будете пить?

— Если есть выбор, то коньяк.

— А если выбора нет?

— Тада, шо нальете.

— Сонечка, налей Фиме чай.

— Фима, вы будете чай без молока или без сахара?

— Мммм… тада лучше без молока.

— Фима, обоснуйте.

— Так будет больше похоже на

Был на исходе советских времен в харьковской 6-й спортшколе незаурядный дедуган, заслуженный тренер по борьбе, которого звали просто и незатейливо — Палыч. На вид был до смешного похож на Луи де Фюнеса, только что крайне редко улыбался и бесконечно матерился. В свои "далеко за 60" был необычайно бодр и агрессивен. Молодые ученики-борцы