в памяти навсегда.

На третий день ударил такой мороз, что замёрзли даже мысли. В нашей палатке, рассчитанной на двоих, оказались трое: я, Юля из сборной по гандболу и Надя, которая обычно смотрела на меня, как сквозь оконное стекло.

Девчонки дрожали, как осиновые листья.

— Ты как печка, — прошептала Надя и прижалась спиной.

— Двигайся, греться будем, — буркнула Юля и устроилась с другой стороны.

Я застыл. В голове пульсировало: "Не дышать. Не шевелиться. Боже, пусть они не почувствуют... "

— Тебе удобно? — вдруг спросила Надя и небрежно закинула ногу поверх моих.

Голос у меня пропал. Я только кивнул, боясь, что если открою рот, выдох превратится в панический визг.

Юля, словно следуя какому-то тайному сговору, сделала то же самое.

"Ёлки-палки! Они что, сговорились?! Или им правда просто холодно?! Может, я уже умер, и это рай?"

Девушки уснули почти сразу, их ровное дыхание щекотало шею. Я же лежал, уставившись в тёмный скат палатки, и пытался:

— сосчитать все дырочки в материале (23);

— вспомнить таблицу Менделеева (свинец — Pb, золото — Au);

— молиться, чтобы это не прекращалось.

Мороз скрипел за стенками, а я ощущал себя, как в сауне...

Утром всё было как обычно: каша с тушёнкой, скрип лыж по насту, Надя снова смотрела сквозь меня. Но когда через полгода мы разъехались кто куда, я понял — той ночью случилось чудо.

Не потому, что "что-то было" (ничего не было). А потому, что в ледяной палатке, между двумя девчонками, я впервые ощутил себя не мальчишкой, а... ну, почти мужчиной.

И пусть они помнили только холод, а я — их тёплое дыхание на своей шее.

армии, заслуживал всяческого уважения. Расскажу один пример того, как человек, который хочет чего-то добиться в жизни, может это сделать. На всю жизнь запомнил один из эпизодов моей армейской жизни. Служил я в 1985-87 годах. Не буду утомлять читателей географичекими подробностями и названием войск, отмечу лишь, что служба была настоящая, с оружием, и с боевыми задачами. Взвод наш был что называется — специального назначения, хотя в доброе застойное время мы наше специальное назначение только в теории изучали. Как говорится — к счастью!. Но рассказ о другом. К слову — дедовщина в нашем подразделений как-то была не в почете, и это понятно — во взвод отбирали только тех претендентов, кто имел соответствующую подготовку, в первую очередь — спортивную. Ну и как прикажете унижать морально и физически молодого, который имеет за плечами как минимум один спортивный разряд по боксу, или там дзюдо, а то и все вместе? Правильный ответ — никак. Кстати — на своем опыте понял одну вешь — по-настоящему сильному человеку не нужно самоутверждаться сомнительными способами — он осознает свое преимущество и не использует его в мелких целях. Главное ведь — уверенность в себе, а нам, бойцам спецназа этого ощущения было не занимать. Поэтому и взаимоотношения во взводе старослужащих с молодыми складывались по принципу паритета — вновь призванные понимали, что им необходимо освоить военную науку, и то, что полы, например, мыть надо. А старики в свою очередь старались лишь добавить жизненного опыта молодым, не более того. А такие вещи, как наприер, стирка портянок дембелю, у нас были табу. Короче — несли мы службу, бегали на учениях, все как положено, и не более того. Я уже полтора года отслужил из двух, и считался дедом, когда с очередным пополнением пришел к нам парень. Мы сразу поняли, что он несколько старше 18-летних молодых, составляющих подавляющую массу пополнения, и наши предположения быстро подтвердились — человеку было в момент призыва 27 лет. Поясню для непонятливых — граничный возраст, еще чуть-чуть, и ему вообще не надо было служить, поскольку призывной возраст ограничивается именно 27-ю годами. Еще один факт, обративший на себя внимание — у нашего призывника на животе "Красовался" грубый крестообразный шрам, в дополнение к которому чел имел полное отсутствие пресса — ну разорваны были у него мышцы живота, и это было видно невооруженным глазом. Инвалид? Но почему к нам — в спецподразделение? Как говорится — на все вопросы найдутся рано или поздно свои ответы. Выяснилось, что призывник наш в молодости попал в аварию, еле выжил, и был освобожден от армии. Рана на животе не заживала, и он даже в какой-то момент решился свести счеты с жизнью, в отчаяннии разорвав шов на животе руками. Спасли, откачали, зашили заново, но мышцы срослись неправилно, результатом чего явилось полное отсутсвие пресса. А потом, по собственному признанию в дружеской беседе, пришло осознание того, чтог жизнь человеку дается не для того, чтобы ей разбрасываться. Начал заниматься карате, тогда еще подпольно, поскольку в советское время этот спорт в союзе был объявлен вне закона, достиг серьезных результатов, но для полного самоутверждения не хватало службы. Многие улыбнутся на этом месте, но поверьте — было время, когда служба в армии являлась подтверждением собственной полноценности, и никак иначе.. Пришел в военкомат и сам попросил отправить его в армию. Просьба была удовлетворена. Так вот — Подьем-переворот на турнике для него был недоступен, но мужчина отличается от сопляка тем, что ищет возможности, а не оправдания, и этот Человек с большой буквы крутил "верушку" так, что противостоять ему не мог никто! К чему все это? Да к тому, что все в этой жизни зависит от нас, и больше ни от кого. Можно совершить ошибку, оказаться не в том месте не в то время, но если в тебе есть стержень — ты сможешь изменить свою жизнь. Никогда не сдавайся! это не просто слова — это принцип, и он может помочь изменить жизнь. Главное — сказать себе — ты можешь!