У моих родителей две дочки — я и моя младшая сестра, Аня. Я уже давно замужем, а вот младшая все выбирала достойного кандидата, к неудовольствию мамы. И вот, недавно сестренка сообщила, что приведет своего избранника знакомиться. На "смотрины" пригласили и меня. В означенный день, в означенный час раздался дверной звонок. Когда избранника Ани увидела мама, то была изрядно шокирована. Ибо на пороге стоял... прапорщик Внутренних Войск. А мама наша, имея филологическое и историческое В/О, военных сильно не любит, ВВшников ненавидит как "наследников тварей-НКВДшников и губителей народа", а как к прапорщикам относится — пояснять не надо. Прапорщик, к нашему удивлению, это быстро просек и доказал, что он "атипичный прапорщик" — вежливый, воспитанный и образованный, в общем у мамы случился второй шок за вечер. В разгаре посиделок приспичило нам попить чаю. А раковина уже заполнена грязной посудой. Анька встала и хотела уже наливать чайник чашками — чайник под кран не влезал. Прапорщик встал, перехватил чайник, ушел в ванную, там наполнил чайник и поставил его на плиту. Помедлив, мама изрекла:
— У нас шесть высших на четверых. А нас умыл какой-то прапорщик!
С достоинством, которому позавидовали бы английские лорды, прапорщик, сдерживая улыбку, возразил:
— Не какой-то! А старший прапорщик.
| 10 Jun 2009 |  |
| - вверх - | << | Д А Л Е Е! | >> | 15 сразу |
Один мой приятель некоторое время работал в больнице "Скорой помощи", и вот что там произошло. Ночь. Дежурство. Все уже разошлись дрыхнуть. Время от времени вызывают дежурных принять новых больных, у каждого дежурного своя палата. И вот, наконец дошла очередь и до моего приятеля. "Дима, иди в четвертую, там тебе привезли человека с закрытой
Когда я была маленькой, у нас во дворе жила одна бабушка. Она была совсем одинока, но эта была совсем не та старушка, которая всех обзывала наркоманами и проститутками со своей скамейки. Нет, это был добрейшей души человек. Она всегда выходила во двор с испеченными печеньками и угощала всю детвору. По вечерам она разжигала костер и собирала всех детей и подростков возле него, рассказывая самые необычные и интересные истории из своей далекой молодости. Она всегда с легкостью отзывалась, если кому-то нужна была помощь посидеть с детьми, а все взрослые носили ей гостинцы. Кто-то хлеб, кто-то мясо, так как на одну пенсию бабуле жить было довольно трудно. Но как-то раз к ней в квартиру залезли грабители, к несчастью, тем вечером она была дома и старалась помешать им себя ограбить. Силы были неравные, одним ударом один из грабителей повалил ее на землю, падая, на ударилась головой о край стола и больше не встала. В тот день весь двор скорбел по бабушке Гале, а полиция разводила руками, что разбираться с этим делом не хочет, ведь бабуля мертва, родственников нет, а никаких улик они не нашли. Именно в тот день я поняла, насколько неидеален и несправедлив этот мир.
…И что обидно, даже к королевским гонцам в сапогах-скороходах, не приставали с вопросами:
— Сколько стоят сапожки? Какая скорость? А если упадешь, то умрешь?
Но стоило мне завести себе сапоги-скороходы, дня не проходит, чтобы мне не задали какой-нибудь неоригинальный вопрос. Вначале раздражало, потом немного
В начале XIX века на Пюторлакской каменоломне грузили на баржу для отправки в Петербург огромную гранитную колонну, которая стоит теперь перед Зимним дворцом. Между берегом и баржей был устроен настил из бревен.
Когда колонну начали перекатывать по настилу, бревна не выдержали и надломились.
Колонна оказалась ниже уровня палубы баржи.
Архитектор Монферран, руководивший погрузкой, помчался в Петербург докладывать, что отправка колонны задержится. Велико же было удивление архитектора, когда на обратном пути он под самым Петербургом встретил баржу, на палубе которой преспокойно лежала колонна.
Подрядчик В. А. Яковлев догадался, как поднять ее на баржу. На концы бревен, поднявшиеся над берегом, были положены тяжести. Бревна, использованные как рычаги, приподняли колонну, и она перекатилась на палубу.