Рассказали мне эту историю от имени бывшего наркомана. Они сами говорят, что не бывает бывших ни наркоманов, ни алкоголиков, но этот, похоже, есть исключение – завязал полностью. Так вот он рассказывал, что самое страшное было, когда на теле не оставалось целых или более-менее здоровых вен. Не было куда уколоться. Приходилось колоть в очень опасные места, где малейшая погрешность могла быть смертельной. Здесь он стал просто великим мастером и знатоком человеческой анатомии.

И вот, много лет спустя, уже будучи чистым, он попал в больницу, где ему надо было сделать анестезию. Молодой врач долго не находил вену под небольшим свежим подкожным жировым слоем и злобно ворчал.

— Так дайте, я сам – пошутил наш товарищ. Врач не принял предложение серьезно и вскоре на секунду отлучился. Когда вернулся назад и увидел процесс, говорят ему самому стало не хорошо. И потом, наверное, обидно за свою не такую качественную профессиональную подготовку.

Захожу я как-то в (пардон!) магазин "Интим". Под броской вывеской и перечнем ассортимента на входной двери висит бумажка, от руки написанная, которая гласит, что, мол, "Лицам, не достигшим совершеннолетия (18 лет) вход воспрещён!!!" Ну, мне-то — больше, поэтому смело захожу. Стою около прилавка, осматриваюсь. Следом за мной заходит какой-то молодой человек, которого продавщицы всего этого кошмара (2 здоровенные такие тётки под 30-40, чувствуется, что с закалкой времён совковой торговли) сразу заподозрили в недопустимом возрасте. И стали настойчиво до паренька докапываться — мол, сколько вам лет да сколько вам лет. Тот обиделся и ответил, что, вообще-то, лет ему много и паспорт есть. Но продавщица не унимается, интересуясь, которого он года рождения. Парень не выдерживает и чуть ли не кричит:

— 1979-го! И вообще, чего вы прицепились?

Продавщица оправдывается:

— Вы извините, но это всё-таки не колбасный магазин!

Паренёк, нервно оглядывая полки, язвительно так:

— Да? А АССОРТИМЕНТИК-ТО ПОХОЖ!

Сейчас, в нашем веке, очень редко встретишь детей, которые играют в такие игры, в какие мы играли раньше с вами. В догонялки, казаки-разбойники, прятки. Чаще они встречаются, сидящие в телефонах, слушают музыку и показывают друг другу "весёлые" видосики. И тут я просто вспомнила, как воспитывали нас в наши детские девяностые. Нашими игрушками были не телефоны за 100 косарей, а палка и крапива. Нам не покупали мелки за бешеную цену с огромным количеством цветов. Мы просто искали камушек, который хоть как-то бы, но рисовал. Мы не гоняли на сигвеях и прочей ерунде, у нас был велик, да притом — один на троих. Когда ты сидишь на руле, кто-то ведёт, а кто-то — на багажнике трясётся, так ещё и четвёртый на роликах прицепитьэся мог. Когда мы зарабатывали раны, мы не бежали к маме, чтобы вызвать врача и ещё в больницу пусть положат, а то мало ли. Подорожник был самым лучшим лекарством. Если у нас появлялись вши, то нам не покупали шампунь за огромную тучу денег, а просто керосином голову полил, пакет одел, и все, любая тварь вымрет, ну главное, чтобы не ты. Да, очень мне жаль, прям очень. Хоть сама выходи во двор и показывай, как надо детство проживать.

Сергей Васильевич Рахманинов – крупнейший мировой композитор – покинул Россию в 1917 году и осел в США.

Практически 10 лет после отъезда из России он не писал музыку, много гастролируя по Европе и Америке, где его признали крупнейшим дирижером и величайшим пианистом эпохи.

При этом Рахманинов на протяжении всей своей жизни оставался человеком, стремящимся к уединению, неуверенным в себе и ранимым.

У Рахманинова была уникальная особенность – самый большой из всех известных пианистов охват клавиш.

Он охватывал сразу 12 белых клавиш, а левой рукой брал совершенно свободно аккорд "до ми-бемоль соль до соль".

Как-то Рахманинов заслонился от папарацци, не желая сниматься, а вечером в газете появилось фото композитора: лица видно не было, только руки.

Подпись под фото была такой: "Руки, которые стоят миллион!".