Перед уходом в армию я прощался с дедом и он спросил:

— Ты Швейка читал?

— Нет, говорю.

— На, вот возьми почитай, и будь в армии Швейком, тогда служба твоя легче пойдет.

В поезде по дороге в часть, я проглотил эту книжицу и вправду стал ее главным героем. Не то что бы мне было легче, но веселее безусловно. Я устраивал спектакли из чего угодно, например: У нашего взвода комсомольское собрание. Командир взвода — старлей:

— Товарищи комсомольцы, у нас в стране перестройка и ускорение, поэтому предлагаю вызвать первый взвод на соцсоревнование, какие будут предложения?

Поднимаю руку, получаю слово:

— Товарищ старший лейтенант, я предлагаю не вызывать их на соревнование.

Так и им спокойнее и мы не проиграем...

— Что за ерунда, это странная позиция, а как же померяться силами и умениями в настоящем соревновании, отстоять честь нашего четвертого взвода?

Опять беру слово:

— Раз у нас гласность и открытость, то скажу за себя. Лично от меня не зависело, попасть в наш взвод или нет, без меня решили, даже в каком городе я буду служить и даже в какой республике. Так же никто не спрашивал, в каких я желаю служить войсках. Я, например, желал бы служить в разведке, лежал бы на своем домашнем диване и разведывал бы, что сегодня по телику. Так, что если честно, то я дорожу честью нашего взвода точно так же как и первого.

Старлей начал терять лицо:

— Ах так, тогда вы в субботу вместо кино, будете подметать спортгородок!

Беру слово:

— Поскольку мы тут люди подневольные, и будучи на свободе ни за что бы не пошли на черно-белое кино про красный Туркестан, то нам все равно — та неволя или эта.

Мои товарищи меня поддержали:

— Лучше на воздухе в цветном спортгородке, чем в душном черно-белом кино.

Я продолжаю:

— Да и потом, мне кажется, что член комсомольской организации, не должен грозить репрессиями всей комсомольской организации взвода.

Старлей позеленел и заорал: Вы не понимаете, уроды, если мы не проголосуем за мое предложение, то меня вздрючат в штабе, а я буду дрючить вас!!!

Поднимаю руку:

— Товарищи комсомольцы, предлагаю проголосовать за предложение командира взвода и вызвать этот несчастный первый взвод на соревнование, чтоб нашего командира не вздрючили в штабе. Кто за?

Старлей закрыл голову руками и тихо шептал под нос:

— Что, б%%%ь, я тут делаю....?

В результате вместо часовой борьбы со сном, мы весело провели время.

А самый первый раз, когда я "включил" Швейка, был в первые дни службы, когда командир роты спросил:

— Есть ли бытовые жалобы?

Я честно признался, что у меня какое-то куцее и короткое одеяло, ноги из под него торчат. Капитан "включил Петросяна"и выдал солдатскую шутку допетровской эпохи:

— Одеяло короткое? А ты отрежь от него полоску сверху и пришей внизу, там где ноги.

Все заржали, кроме меня. Назавтра, когда мои сержанты доложили командиру, что я так и поступил, командир, посмотрев на мое сшитое белыми нитками одеяло, спросил: — Ты что, идиот…? Я ответил: — совет и вправду странный, но я подумал, что Вы не посоветуете ничего плохого, что навредит Вашему подчиненному или имуществу роты. Капитан сразу приказал выдать мне новое и больше со мной не шутили ни офицеры, ни сержанты, а я спал под большим нулЕвым, теплым одеялом и про себя благодарил своего дедушку Васю.

23-летняя американская актриса Уэнди Доркас выскочила замуж за кинорежиссера-миллионера Роджера Доркаса. Он был старше Уэнди почти в три раза, и актриса рассчитывала, что со временем миллионы муженька перекочуют на ее счет. Через год семейной жизни Роджер скоропостижно скончался. Но когда адвокаты огласили его завещание, Уэнди не пришла в ярость: ей достался в наследство… 1 цент. Все остальное (а это 64 миллиона долларов) режиссер завещал… своему псу Максимилиану.

Суд принял сторону собаки, но актриса нашла способ оставить миллионы себе – она… вышла замуж за Максимилиана. Оказалось, что когда Доркас открывал счет на собаку, ему пришлось оформить кобеля как гражданина США, чтобы выплатить необходимые налоги. Брак актрисы с собакой даже зарегистрировали – бумаги-то у пса были в порядке. И когда Максимилиан околел, "вдова" унаследовала все его богатства.

В группе учился парень-заика. Заикался не очень сильно, но когда надо было для дела, подыгрывал.

Парнишка был с чувством юмора. Очередной экзамен по высшей математике.

Гадость еще та, кто знает. Экзамен принимает камикадзе математики женского пола — просто так не проскочишь. Заходит парень в аудиторию, отдает зачетку, берет билет и вынимает из сумки батон хлеба, какую-то консерву и нож.

Кладет это все перед удивленной женщиной.

— Это что? — удивленно спрашивает она.

Парень начинает говорить, очень сильно заикаясь:

— "Б-б-б-б-б-и-лллет с-с-с-с-с-слож-ж-ж-ж-ж-ж-нннный. П-п-п-п-п-по-к-к-к-к-а з-з-з-з-з-законч-ч-ч-ч-чу от-т-т-твеч-ч-ч-чать, Вы п-п-п-п-рог-г-г-г-г-г-г-голоддддаетттесь".

Отец говорит, что тетенька долго смеялась и поставила парню "хор".

Мне уже 61, а этот случай я помню так ясно, будто всё было вчера. Мне было лет 16–17, училась я в Бердянске, а на праздники ездила к родителям в Красноармейск (ныне Покровск). Приехала как-то поздно ночью. Ждать до утра на вокзале — тоска, а до дома пешком минут двадцать: через железную дорогу, депо и парк. Думаю — дойду.

Иду… и чувствую: за мной идёт особь мужского пола. Куда я — туда и он. Я ускоряюсь — и он ускоряется. Тут юмор заканчивается.

За депо стояли тогда пятиэтажки, подъезды были открыты. Я — шмыг в первый попавшийся подъезд и звоню в первую же дверь. И — о чудо! — открывает женщина. Я быстро объясняю ситуацию, а тот тип стоит неподалёку, как памятник тревоге.

Женщина спокойно говорит:

— Сейчас, доченька, мой сын тебя проводит.

Сыну было лет 25–27. Вышел, проводил меня до самого дома, а "особь" мгновенно растворилась в ночи, как плохая мысль.

И вот что поразительно: глубокой ночью люди открыли дверь. Просто так. Без вопросов.

Я до сих пор вспоминаю их с огромной благодарностью. Родителям тогда ничего не сказала — зачем волновать, когда всё обошлось.

С тех пор знаю точно: в этой жизни ничего не бывает просто так. Наверное, поэтому я сама никогда не откажу в помощи, если могу помочь. И муж у меня такой же — всегда вступится за человека в беде.

Как-то привезли на полигон курсантов. Одним поставили задачу почистить гаyбицy.

Вроде все пучком, бегали с банником тyда-сюда, обильно оpошали его особым моющим сpедством, в состав котоpого входят pазличные щелочи. Все по-совковомy — ни спецодежды, ни пеpчаток. Пpиспичило тyт одномy по-маленькомy. Отошел, опpавился и снова в стpой. Только вот почувствовал что-то не то, какой-то маленький дискомфоpт, постепенно пеpеходящий в большой. Частицы моющей жидкости, попав на руки, вызывают небольшое pаздpажение, нy а на нежной кpайней плоти пpоизошли пpосто удивительные изменения...

Пpопоpционально yвеличению чyвства дискомфоpта y бойца стал yвеличиваться в pазмеpах детоpодный оpган. Для начала, с помощью подручных сpедств, член обмыли и пеpевязали обычным бинтом.

Докторов сpеди pасчета не оказалось и вся повязка походила на "гоpдиев yзел". После произведенной процедуры бойца направили в санчасть. Врача в данный момент не было, прием вела молоденькая фельдшеp. Стpого посмотpев на бойца, она спpосила:

— Hy, что там y вас?

— Да вот — и постpадавший yныло пpодемонстpиpовал неyмело запакованное и выпиpающее из незастегивающейся шиpинки штанов свое достоинство.

— Ой, а что же вы с ним такое делали?!

— Пyшкy чистил...

. ..... закончить фpазy он не yспел, поскольку этого было вполне достаточно...