номер школы вокала, я озвучил задачу и стал ждать своей очереди.

Сидя перед классом, я вдруг ощутил некий мандраж, как перед медосмотром. "Проходите!". Я вошел в кабинет бирюзового цвета, сбоку стоял велюровый розовый диванчик, пара кожаных барных стульев, синтезатор, две колонки, столик с ноутбуком, на стенах — акустический поролон и большой монитор. Прямо передо мной сидела милая барышня лет 35-ти, задорно улыбаясь. И понеслось… "Представьте себе крысу с яблоком". Изобразив несчастного грызуна, затолкавшего себе в рот яблоко, где оно и застряло, я окал и гикал, бросал мяч об стену, приседал с палкой, уперев кулаки в нижнюю челюсть, мычал и рычал. Прикусив язык и стиснув зубы, пытался повторить скороговорки. Слюна предательски капала из постоянно раззявленного рта, я вытирался рукавом, извинялся и снова мекал и бекал, пытаясь попасть в ноты. Согнувшись буквой зю над спинкой стула, я буквально выкашливал из себя нужные звуки. Мне на живот положили железный блин, чтобы прессом поднимать и опускать его, так учат понимать опору звука. На некоторых дыхательных упражнениях у меня реально темнело в глазах. Я взмок, как суслик. Пардон, крыса с яблоком.

— Что желаете спеть? — нежно спросила меня вокальная фея.

— Queen "Love of my life".

Чуть заметная улыбка тронула ее губы, и она пошла искать минусовку.

Вы когда-нибудь пели с профессионалом? Это отдельное наслаждение. Ее голос словно жил отдельно, он висел посередине комнаты, как огромная шаровая молния, яркий искрящийся шар, переливающийся обертонами. Мой же звук шел словно из ж-пы, тут же падая на пол, тусклый и бесцветный. "Так дело не пойдет" — и я остался.

За год я перезанимался у девятерых педагогов, пытаясь принять решение, с кем я останусь на постоянной основе. Я выбрал двоих:

1. Ядвига – педагог эстрадно-джазового направления — большааая женщина в черном балахоне, с меня ростом и вдвое шире, Элла Фицджеральд в белом исполнении, с раздутой грудной клеткой, бычьей шеей и садистскими наклонностями. Она любила повторять: "Тебе плохо? Это хорошо!". Когда она в полсилы брала ноту, у меня закладывало уши. Я проникся.

2. Вячеслав – академическое направление – мегатерпеливый плюшевый дядька, к нему направляли самых сложных учеников, от которых отказались другие преподы. "Мой случай" — подумал я.

И я попал в совершенно новый мир, познакомился с массой интересных людей. Я специально периодически менял время занятий, чтоб увидеть новых учеников. Оказывается, вокалом занимаются риэлторы, управленцы, гинекологи, телеведущие, программисты, абитуриенты театральных училищ, телеведущие, инженеры, организаторы свадеб. Беременные и заикающиеся. Возрастной диапазон — от 5 до 65 лет.

Я пел на английском, французском, итальянском, испанском, японском — если не знал языка, тупо заучивал транскрипцию. Я пел песни Queen, Scorpions, Bryan Adams, Secret Service, Luis Fonsi, F. R. David, Elton John, Ozzy Ousborne и Paul McCartney. Пел в квартетах, дуэтах, соло. Под минус и живое клавишное и гитарное исполнение.

Хорошо помню свой первый отчетный концерт. Я, здоровый дядька с опытом публичных выступлений, вдруг почувствовал, как ладони стали ледяными и влажными. Сердце колотилось в висках, ноги ватные, микрофон предательски дрожал, пришлось держать двумя руками, чтоб скрыть тремор. Сцена, софиты, полный зал – адреналин зашкаливает...

Спасибо, друг, за твой подарок. Моя дочь теперь тоже занимается в школе вокала, и неделю назад мы записали с ней дуэт.

Пойте, друзья. Это одна из разновидностей счастья!

чуть ли не самым эффектным был Небесный сад.

В принципе, Небесный сад — это всего лишь обзорная площадка. Её "небо" — 55 метров, что весьма скромно по сравнению, скажем, с Эйфелевой башней (300 метров) или Статуей свободы (93 метра). А сад – десяток довольно чахлых деревьев в кадках. Что же, спросите вы, делает Небесный сад особенным? Попробую объяснить. Обзорная площадка в привычном значении слова – высоко расположенная платформа, куда народ поднимается на лифте, а потом обходит ее по периметру, любуясь окружающими видами. Но в 21 веке, веке борьбы за права меньшинств, такая концепция уже не прокатывает. Ну, не может войти в лифт больной клаустрофобией. В то же время правом подняться и полюбоваться хочет воспользоваться в полной море. Ущемлять его чревато. А индивиду с боязнью высоты подавай закрытую платформу. А еще одному индивиду нужен свежий воздух – в закрытом помещении с ним может случиться приступ астмы. Наверное, устроителям выставки было бы проще всего отказаться от обзорной площадки, но в Дубае принято добиваться невозможного.

Решением стала круглая площадка диаметром 15 метров на двух уровнях (нижний — закрытый, верхний – открытый), которая, приняв на земле 48 желающих, сама взмывает в небо и при этом вращается, чтобы облегчить участь людям с ограниченной способностью двигаться. Достигнув, высшей точки, Небесный сад останавливается и совершает еще два полных оборота по минуте каждый. После этого плавно опускается вниз. Дополнительная выгода от такой организации процесса – гарантированное отсутствие толпы наверху.

Высота 55 метров тоже не является случайной. Дело в том, что территория EXPO 2020 вынесена далеко за город. От центра ее отделяют 34 километра. Добираться туда — не проблема (для этого построена новая ветка метро), но смотреть за границами выставки нечего – там голая пустыня. С высоты же 55 метров как раз видна вся EXPO 2020 и еще немножко.

Всемирная выставка обошлась Дубаю в более чем 7 миллиардов долларов. Я не сомневаюсь, что на эти деньги можно было накупить кучу самого современного оружия, как это принято в странах третьего мира. Но Его Высочество Шейх Аль Мактум, правитель эмирата Дубай и вице-президент ОАЭ, истратил эти деньги на EXPO 2020, решив, что установить и укрепить добрые отношения со всем миром для его страны и его народа важнее опасных игрушек, которые, как чеховское ружье, рано или поздно стреляют. Со своими воинственными ближневосточными соседями он, похоже, научился договариваться миром, взяв, видимо, за образец Швейцарию, которой это удается сотни лет. И вообще, находясь в Дубае, то и дело задумываешься, не лучше ли иная монархия иной демократии.

все нюансы предстоящего похода.

Настал день Х. До туристического приюта идти 10 часов по горной тропке. Дорога непростая. И то, что я увидела, повергло меня в шок. Брат моего парня, "дрищ", как мой парень его называет за глаза, шел с невероятной лёгкостью. Он нес тяжелые вещи своей жены, она шла почти налегке. Всю дорогу он шутил, рассказывал анекдоты. С лёгкостью перебирался через ручьи по камням. И совсем не ныл, как ему тяжело! Мой парень упал раза 4. Пока дошли до приюта, был уже весь в грязи и с разбитой ладонью. Всю дорогу он кряхтел, ныл, выпил всю свою воду, а затем и мою. Пот по нему бежал в три ручья. В итоге он чуть не отстал, что нас сильно напугало. Стали делать большие привалы, чтобы он отдохнул. В итоге пришли в приют почти ночью. Поели. Помылись в бане. Легли спать в домике, утром решили пойти к водопадам. Просыпаемся, "дрища" нет. Он, пока мы спали, малины насобирал и на всех сделал завтрак. Когда пошли обратно, мой парень выпил нам всю кровь, материл брата, который нас сюда потащил.

В итоге, когда мы вернулись, он накатал огромный пост на страничке о том, как культуризм делает человека выносливым и сильным духом даже в самых тяжелых условиях на грани выживания.