Из записок этнографов. Если кто не знает, кто такие этнографы — вспомните Шурика из "Кавказской пленницы", как он там собирал всякие сказания, описывал традиции, фиксировал обряды... Но это всё кино... А как оно в жизни, на самом деле — читайте сами!)))

В одной из экспедиций исследовательница, занимающаяся гендерными проблемами, пытает бабушку подробностями традиций постельной жизни – что они с мужем делали, когда делали и каким образом делали. Старушка отнекивается: "Да мене-то чо? Лежу себе да лежу". Беседа записывается на диктофон. Диктофон отдается на расшифровку студентке, заметим – совсем юной, но добросовестной и записывающей все буквально. В расшифровке бабушкина фраза и была зафиксирована буквально: "Да мин@т-то чо? Лижу себе да лижу". Типа все по-простому, традиционно.

Студенты-практиканты делают описание жилища. Дом из саманных кирпичей. Студенты из города, и что такое саман не знают, но приносят в качестве экспоната саманный кирпич. Объясняю, что саман делают из глины и навоза, использование навоза в деревенском хозяйстве – дело обыкновенное. Студенты делают описание, демонстративно зажимая нос, а карточку описания экспоната озаглавливают "Кирпич говняный обыкновенный".

Во всех экспедициях делаются копии похозяйственных книг сельских администраций. В этих книгах указываются сведения о всех жителях села – ФИО, отношение к главе семьи, пол, возраст, образование, место работы и т. д. Однажды студенты-первокурсники, делавшие выписки из похозяйственных книг вернулись с "круглыми глазами" и заявили, что "в этой деревне живет полно [мав]ров". Еще и спрашивают всех: "А вы [мав]ров здесь видели?". Господи, какие могут быть [мав]ры в сибирской глуши, откуда? Выяснилось, что в похозяйственных книгах напротив многих фамилий стояла запись "[мав]р". Сокращенное от "неграмотный".

Полевиков вряд ли можно удивить какими-то условиями жизни. И в коровниках жили, и в "красных уголках" (один из них был прозван за обилие крыс "крысным уголком"), и в спортзалах (кто на брусьях, кто на канатах), и в заброшенных домах с привидениями, и в общагах со строителями (с привидениями – безопаснее).

Особым колоритом всегда отличаются туалеты. Можно конкурс по туалетному экстриму устраивать. Одним из номинантов, безусловно, можно считать туалет в селе Маргенау Омской области. Там было все в норме. Кроме дверей. Их просто не было. В конце концов, мы нашли лист картона, который нужно было держать перед собой в руках, иначе никак не получалось. В высоту он закрывал сидящего человека примерно до шеи. Казалось бы, ничего особенного. Мало ли туалетов без дверей. Кроме одного обстоятельства. Этот туалет выходил на самую оживленную дорогу региона. В течение экспедиции ее участники приветствовали автомобилистов, проносящихся по трассе Москва–Владивосток.

Экспедиция немецкого отряда. Заезжаем в деревню на автобусе. Деревня грязная, что не отвечает стереотипным представлениям о немецком орднунге. Руководитель, озираясь вокруг, высказывает сомнения: похоже, что здесь и немцев не осталось, все выехали, не знаю, стоит ли устраивать здесь базу, и, обращаясь к студентам – вы поспрашивайте, есть ли здесь еще немцы.

Студент-первокурсник, решив, видимо, не откладывать дело в долгий ящик, высовывается по пояс в окно автобуса и громко орет проходящей мимо старушке: "Бабка! Немцы в деревне есть?!". Старушка в шоке, а за студентом закрепилось прозвище "партизанен".

Это было жарким летом с десяток лет назад.

Идём мы с дитём в поликлинику. Если спешим, то по короткому пути топаем. На нем есть неширокий такой, не сильно удобный поворотик. А на углу этого поворота стоит девушка в лёгком сарафане на тонких бретельках, повернувшись в нашу сторону открытой спиной. Я аж тормознулась. И не потому, что кто-то из нас сильно толстый, чтоб не разминуться...

У девушки плечо и вся лопатка были покрыты какой-то довольно крупной сыпью, или точнее, множеством очень подозрительных болячек размером в некрупную вишню, смазанных, похоже, фукорцином.

Признаю, испугалась — кто знает, может это по воздуху передаётся?!

Потом мы всё же продолжили движение, только осторожно (может, уйдёт, а нам к врачу по записи, на время) — чтобы ветер не поднимать.

И только в метрах трёх от девушки я поняла, что на спине у неё просто стрррашно красивая татуировка — цветущая розовая сакура.

А отойти чуть подальше, ну хоть тресни — зараза заразой, честное слово...

К истории про то, как Лукашенко надбавки на вредном производстве убрал. Навеяло.)

Наш друг и кум, много лет прожил в Воркуте. Места и люди там суровые. Большинство бывшие сидельцы, и нынешние шахтеры. Кто хочет яйца на крепость проверить, пусть поробует в шахту спуститься. Хотя бы на экскурсию.

Был он там достаточно немаленькой величиной

Зацепил мэм про литературу от Рыси (насчёт 12-летних, вынужденных врубаться в несчастную жизнь 30-летних алкоголиков и дегенератов, описанных в классической русской литературе). Вспомнился ряд историй, связанных со школьной литературой и моим её изучением в советской школе.

Должен сказать, что за всю свою жизнь я встретил только пару

Еще пару Бауманских, потом за ОХОТУ травить буду.

Добрый майор Слон:

Не все преподы у нас на военной кафедре были злые, были и добрые, про одного такого я расскажу. Звали его между собой "Слон" — шайба под два метра, косая сажень в плечах, не толстый, но очень крепкий мужик – одним словом СЛОН. После пятого курса, поехали мы на военные сборы. Сборы месяц, но тем, кто командирами в ССО или в интерССО ехать надо было, сборы были две недели. Таких набралось, включая меня, несколько штук. СЛОН должен был нас сопроводить от части и посадить на поезд, он за нас отвечал и лично контролировал. Приехали мы в Рыбинск, до поезда оставалось несколько часов и СЛОН говорит: А давайте ребята, я вам экскурсию по городу проведу, время до поезда есть. Мы только за. Идем. СЛОН – Вот набережная Волги, а вот пивняк, давайте зайдем. Предложение для студента в духе Дона Карлеоне – от таких не отказываются. Мы по кружечке, СЛОН – две. Дальше, Вот центральная площадь и памятник Ленину, а вот кстати, и пивняк – давайте зайдем. Опять, мы по кружечке, он две. Время к поезду, подходим к вокзалу, СЛОН: вот вокзал, а вот, кстати, пивной ларек. Тут уже по две, а он четыре. И платил за всё это СЛОН. Ну, сообразили, сбегали в магазин рядом, и когда он нас в вагон сажал, вручили ему две бутылки коньяку. Он растрогался.