Что вы скажете о фамилии Гандо́н? Да, именно так, с ударением на "о". Похабненькая хохмочка? Ан нет.

Ив Гандон – известный французский писатель. Не классик, не корифей, не академик, не кавалер Почетного Легиона, но вполне себе именитый мэтр, при жизни бывший хорошо читаемым и успешно распродаваемым. И однажды удостоенный литературной премии – не Нобелевской, но все же достаточно престижной.

Был у них и другой Гандон, також небезызвестный, – Пьер. Художник, график, дизайнер почтовых марок. Некоторые из его творений знатоки филателии относят к числу лучших в своем роде.

Да это еще что, а я вот в былые времена знавал уже тогда престарелого, но самого что ни на есть коренного одессита, ведшего свое происхождение ни много, ни мало, от кого-то из приближенных самого дюка деРишелье. И гордо носившего родовую фамилию – угадайте, какую? Пиндурон. И страшно возмущавшегося тем, что его сыновья, женившись, взяли себе фамилии по женам – Брундуляка и Цыцюр.

Жизнь полна сюрпризов, пред которыми меркнет самый изощренный вымысел. И чему быть, того не миновать. А брундуляки и цыцюры, кто бы и что бы они ни были, все ж не пиндуроны.

Наверное, где-то этак вот и рассуждали отпрыски Пиндурона-старшего, в ходе знакомства и развития отношений прознавши про фамилии своих избранниц.

И то верно.

Мы с Алексеем Профессором Лебединским отправились искать берберов. Арендовали джип с проводником. Проводник клялся, что берберы, к которым он нас везет, настоящие, в их в пещеру нога белого человека не ступала.

Четыре часа ехали по пустыне. Подъехали к пещере. Перед ней стоял туристический автобус. Женщина молола крупу ручной мельницей под объективами итальянцев с камерами. К нам тут же подошли аборигены и на сносном английском сказали:

— Вы не ходите к этим берберам, это ненастоящие берберы, они в доме живут, у них даже интернет есть, в пещере они только работают берберами, пойдемте к нам, мы — настоящие!

Лебединский сказал проводнику:

— Ты, Дерсу-узала, куда нас привез? Это че за кубанский народный хор?

Леха умеет быть убедительным. Проводник испугался, сказал, что у него еще одни берберы есть, типа для себя держал, те вообще дикие. Всего час езды. Поехали к диким.

Приезжаем — пещера, итальянцев нет, бегают вполне сопливые дети. Выходит хозяин с подносом для пожертвований — местный обычай. Кладем на поднос денежку. Бербер спрашивает:

— Вы откуда?

— Из России.

— Ох[рен]еть! — изумился бербер по-русски.

Про поэта Владимира Высоцкого рассказывают такую притчу. Поскольку он был женат на француженке Марине Влади, то имел свободный выезд из СССР. Однажды западные журналисты попросили его рассказать о притеснениях. На что он ответил примерно так: "У меня есть разногласия с моей страной, но с вами я их обсуждать не буду".

Владимир Этуш в юности обожал Ираклия Андронникова и старательно копировал его манеру и акцент. Позже этот навык очень пригодился ему для ролей "кавказских" персонажей. Однажды кто-то из коллег спросил:

— Владимир Абрамович, а вы сами откуда этот говор взяли?

Он улыбнулся:

— Из любви к искусству... и из пластинок Ираклия Андронникова.

Однажды, услышав сказанное себе вслед: "Великая старуха", актриса Фаина Раневская резво (насколько было возможно в её возрасте) обернулась и поправила говорившую:

— С первым согласна, а со вторым — нет!