Вспомнил историю, услышаную в одном из сел Киевской области. Там живет такой маленький, приземистый, мужичок. Не говорит, а булькает, ничего не разберешь. Прозвище у него – "Гимнаст". Заработал его еще молодым, когда как-то с друзьями решили получку отметить. Чтобы далеко не ходить, сели в кабине КрАза, который стоял перед колхозной конторой. Уже день клонился к вечеру, поэтому не побоялись, что их заметят. После второй "гимнасту", который тогда был еще просто Толей, захотелось "сходить по крупному". Однако же пока будешь бегать – "коллеги" ждать не станут. Поэтому просто залез тихонько на кабину, а оттуда – в кузов Краза. Только снял штаны и присел, как один из приятелей, как раз шофер машины, спрашивает второго:

— А где Толя?

А он и сказал – где и что там делает. Шофер рассердился:

— Это я за ним потом буду выгребать? — и дерг за рычаг, которым кузов поднимают.

А когда у краза кузов поднят, то его высота аж шесть м етров, выше второго этажа "хрущовки"! А Толя еще был не такой пьяный, чтобы не испугаться, да еще и груда щебенки под кузовом лежит... Сначала одной рукой схватился за штаны, а второй – за цепь, протянутую поперек кузова. Но ощущает – на одной руке не удержится. Бросил штаны и держится двумя руками.

А в это время в бухгалтерии конторы сидели женщины, смотрят – у Краза кузов поднялся, а в нем что-то висит, в сумерках уже не видно. Старшая звонит вниз к электрику:

— Петрович, включите свет во дворе.

Тот рубильник – клац, на крыше конторы загорелся прожектор. А Толя висит, как чемпион по гимнастике на перекладине, только без штанов. Тут и руки у него уже не выдержали, таки бахнулся на гравий. Все – хохочут, аж угорают.

Только одна не смеялась, как раз молодую девушку прислали после техникума. Зайокала: он же ушибся! Ухватила из аптечки вату, зеленку, побежала вниз. Толя уже штаны натянул, на руки свои разбитые смотрит, кровь из носа вытирает. А тут и " скорая помощь" прибежала, давай вату прикладывать.

Толю все стали "Гимнастом" называть, а ту девушку через несколько месяцев – "Гимнасткой", потому что они в скором времени вступили в брак.

Пить он и раньше был не мастак, а после свадьбы совсем бросил. Кое-кто из девушек еще тогда говорил: и чего я, глупая, смеялась. Потому что мужнин в наших краях как тогда, так и сегодня, выбор не большой, особенно непьющих…

Был у меня знакомый — лихач-мотоциклист. Обожал своего железного коня, вкладывал в него, гонял много где, объездил пол-России. Но лихачил страшно. Много раз падал с мотоцикла, ломал руки, рёбра, не раз было сотрясение мозга, куча шрамов на теле. Много раз царапал машины чужие. К счастью, никого не сбил, не покалечил, только финансовые потери приносил. Но поскольку он мог гонять с бешеной скоростью больше 200-250 км/ч точно, то рано или поздно это бы произошло. Он сам признавался, что не раз пугал людей, пока обгонял их, одна машина от испуга съехала в кювет даже. Никто не мог его образумить. Он страшно гордился собой, что такой экстремал, бесстрашный, крутой, может то, чего не могут другие.

И вот он попал в аварию, выехав на встречку на обгон и задев фуру. Чудом выжил, лежал в коме, вышел из неё, остался парализованным, мозговые функции не до конца восстановились. Его выписали домой, но вскоре он снова оказался в больнице, где и умер. На похоронах было полно народу, многие плакали. А я стоял и думал, что, наверное, слава богу, что так вышло, что одним долбое[ж]ом меньше на свете, потому что он представлял опасность для всех.

Я сам не очень давно за рулем, часто езжу по трассе по работе и периодически вижу таких любителей погонять, они подрезают, превышают скорость, выделываются. И я надеюсь, что на скорости 250 километров они отправятся прямо в ад, где им и место.

Попугаев Жако было запрещено ввозить в Советский Союз, однако из Анголы их везли практически все, минуя таможню хитрым образом. Для провоза живого груза необходимо, чтобы этот груз вел себя как мертвый, то есть не трепыхался и вообще прикидывался курой гриль, только маленькой. Потому попугаев просто напаивали аж целой столовой ложечкой медицинского спирта, после чего они минимум на сутки отрубались и представляли собой не более чем бессловесное анатомическое пособие по строению птичьей тушки в состоянии анабиоза. Обычно коматозное животное погружалось в контейнер навроде тубуса для чертежей, в котором просверливались аккуратные дырочки, и в таком состоянии везлось на новое место жительства.

Кто знает, может, в этот раз спирт оказался разбавленный или попугай бывалым, но на таможенном досмотре, когда офицер открыл сумку, тубус для чертежей вдруг затрепыхался и из него вылез взъерошенный попугай.

— Оп-па! – только и смог сказать таможенник, — Что же это вы, товарищ, незаконный груз перевозите?!

Хозяин груза уже собрался, было, оправдываться, но Жако встряхнулся, расправил перышки и заорал на весь аэропорт:

— Я русский! Я ру-у-у-сссский! Русский!!!

Ну и как было не впустить такого товарища на Родину???

Вот и понашлось время дорассказать, как посчастливилось встретить одного дедульку где-то в 1994 г. Словоохотливый, простецкий, маленького роста. Работал токарем всю жизнь и не так давно вышел на пенсию. Курил, оказывается, безбожно и всю сознательную жизнь, но в одночасье бросил.

В токарном цехе, когда ещё был развитой социализм

Случай в метро

Сегодня был свидетелем оригинального случая в метро:

Рядом со мной сидел молодой человек, который был не по "метрошному" хорошо одет: идеально сидящее кашемировое пальто, шикарный костюм, рубашка от кутюр, ботинки – ну просто мечта итальянская, а не обувь. В общем все в нем было идеально, кроме него самого