В детстве Олег Табаков жил с бабушкой на окраине Саратова. Недалеко был лагерь немецких военнопленных. В 1944 году в нескольких городах прошли прогоны немецких военнопленных по улицам. Шла репетиция такого прогона и в Саратове. Немцев построили, прогнали к замёрзшей Волге. Там они помёрзли с часик, и потом их погнали обратно в бараки. "И моя бабушка, — говорит Табаков, — почему-то сжалилась над ними. Это странно, потому что у неё к этому времени один сын пропал без вести на войне с немцами, другой сын вернулся с нее калекой. А она, увидев, как они мёрзнут, отрезала им от своего пайково-карточного хлебушка половину и говорит: "Олежек, отнеси! "…

Мне было так страшно – я боялся наших конвоиров, я боялся овчарок, я боялся этих немцев… Но я пошёл и отнёс им этот хлеб и – бегом назад. И я убеждён, что Господь за этот хлеб меня отблагодарил: в 1992 году, когда гайдаровские реформы довели до голода, было впору закрывать театр. И вдруг, в самую трудную минуту, звонок из Ленинградского морского порта: "Вам пришёл контейнер с гуманитарной помощью из Германии". Оказывается, какие-то театры в Германии решили собрать помощь театру Олега Табакова. Несколько раз в году они присылали эти контейнеры, и это помогло выжить артистам, не закрыть театр… Я убеждён, что так вот та горбушка мне вернулась от Бога... "

Из воспоминаний Иннокентия Смоктуновского

БЕЗ ГОРЯЧЕГО

Питер уже несколько дней расставлял большие и маленькие корабли вдоль своих набережных. Город готовился к военно-морскому параду.

На последнее свободное местечко впихнулся красивый и страшный корвет, совсем без окон и почти без дверей.

Швартовая команда в оранжевых жилетах уже сделала свое дело, выставила

Жили с мужем в частном доме. Животных не было никогда. А тут прибился к нам как-то пёс. Огромный, вонючий. Была осень, холода начинались, а он сидит у ворот и дрожит. Я ему воды выносила, еду, он худой был. Жалко его было. Но брать к себе мы его и не собирались. Так он и торчал у нас под воротами. До одного случая.

Возвращалась я домой, муж был на корпоративе, я была одна, время позднее. Замешкалась у ворот, машина стояла в это время открытая и заведённая. Вдруг какой-то мужик подходит к машине, открывает дверь и хватает мою сумку с сиденья. Я орать начала, он бежит с сумкой. И откуда ни возьмись пёс за ним бежит. Схватил за ногу, за куртку, повалил его, рычит, убежать не даёт, соседи выглянули, поймали мужика. Оказалось, он в частном секторе промышлял воровством, его искали как раз. Как-то раз он женщину по голове ударил за сопротивление, она даже в больнице лежала. А пёс его поймал!

Я не удержалась, завела пса во двор, накормила. Потом мы с мужем отвезли его к ветеринару, оказался взрослым кобелём, лет 5-6. Кастрированный, умный вполне, команды знает, видимо, бывший домашний, то ли сам сбежал, то ли выгнали. На нашем массиве его не признал никто. Оставили у себя. Муж вольер сделал тёплый. Иногда в дом берём собаку, в коридоре тусит. Уже почти три года живёт с нами.

Мне было 17 лет, ей 15. Мы познакомились случайно, я встретил ее в торговых центров, когда она пряталась от дождя. Ее русые волосы промокли, а на лице была широкая и прекрасная улыбка. Я влюбился в неё с первого взгляда. Спустя месяц мы начали общаться, она всегда помогала мне советами и могла выслушать. Я признался ей в чувствах, она ответила взаимностью. Каждое мгновение она улыбалась, говорила, что обожает запах сигарет, который идет от моей шеи, а я был счастлив от этого. Но друзья не понимали мой выбор и давили на меня. Я не мог этого терпеть и решил, что они важнее. Мы расстались. Больше я не говорил с ней. Я лишь видел, что улыбка пропала с ее лица, которое стало белее снега. Сейчас мне 24, все мои друзья уже давно в прошлом, и лишь она никак не может исчезнуть из моей памяти. Я нашёл ее в социальных сетях, она счастлива со своим молодым человеком, на лице снова улыбка. А я понимаю, что я идиот, который потерял своё счастье из-за чужого мнения.

Сестра училась на парикмахера, ну и практиковалась, естественно, на моей башке. Я тогда приехал с вахты, оброс, как леший, ну и, конечно же, был усажен стричься. Как раз сестре подарили машинку для стрижки. Мне выдалась успокоительная чекушка, замотали меня оранжевой такой специальной накидкой, и процесс пошел, полголовы было пострижено в разных режимах и направлениях с расчетом что все равно потом все это выровнять под один минимальный размер. Я уже подустал ну и взял тайм-аут выпил-закусил, закурил сигаретку и тут звонок в дверь я пошел открывать, а там свидетели Иеговы, ну или кто-то из таких же, я только книжки в руках увидел с изображением божества какого-то, и само как-то вырвылось глазки закатил, затрусился весь и затянул — ХАРИКРИШНАХАРИРАМА, эти два так и стояли с ртами открытыми. Сестра часто вспоминает и жалеет, что сотовых тогда с камерами еще не было — представьте: мужик 1,9 метра под 100кг весом, наполовину головы — патлы ниже уха, другая полголовы клоками выстрижена, с перегаром, с сигаретой, в оранжевой попонке, с 3-х недельной небритостью и ХАРИКРИШНАХАРИРАМА. Вот я бы убежал.