РОБОТ

Наш школьный военрук был роботом. Примитивный такой робот, с высоты сегодняшних технологий – каменный век. Рост — 155 см. Вес — (нет данных).

Звание — майор. Видимо, звание дали ему на фабрике при создании. Сам бы он, со своей бескомпромиссностью робота, никогда бы не дослужился даже до ефрейтора.

В толпе на улице, если не приглядываться, то вполне сходил за человека.

Кстати, имя ему дали дурацкое и нарочито человеческое – Адам Петрович.

Майор был не злой, не добрый, персонаж без эмоций, как плоскогубцы. Я думаю, что на ночь он закрывался в классе, подключался к розетке и ждал когда наступит завтра.

Мы, тридцать оболтусов, его раскусили очень быстро и с удовольствием пользовались его "сырой" и "глючной" программной начинкой. Например.

Строевые занятия в школьном дворе, тема урока – поворот кругом в движении. За нашими передвижениями наблюдала старушка из полуподвального окна. Шагали мы коряво, и наш робот приказал одному из нас подать команду для него. "Шагом марш" — робот зашагал, а вот команды "Кругом марш" давать мы не спешили...

Военрук, молча, промаршировал весь двор, перешел на траву, строевым шагом миновал цветочные клумбы и уперся в окно со старушкой. Их головы были на одной высоте, Адам Петрович, глядя ей в глаза, вышагивал на месте. Без нашей команды он завис. Перегрузился и вдруг как гаркнет (не поворачивая к нам головы), прямо бабке в лицо:

— Почему нет команды КРУГОМ МАРШ!!!?

Старушка от неожиданности ввалилась вглубь комнаты. Она потом ходила жаловаться директору школы.

Когда мы писали контрольные: "Из каких частей состоит автомат Калашникова", очень просто нейтрализовывали его вирусом:

— Товарищ майор, разрешите пользоваться наглядным пособием?

Майор "подвисал" и строго говорил:

— Наглядным пособием пользоваться разрешаю.

Военрук вешал перед нами большой плакат с "шепталами" и "затворными рамами".

Весь класс получал пятерки…

Адама Петровича выбивал из колеи любой не прописанный в его программе вопрос:

— Товарищ майор, а во сколько раз человек больше автомата?

Военрук начинал мерить себя автоматом, "зависая" до конца урока. В результате выдавал:

— Примерно в 1,5 раза, но скажите, зачем вам эта информация?..

Вот однажды робот объявил:

— Завтра всем принести по 30 копеек на автобус, после уроков поедем в лес, сдавать зачет по метанию гранаты.

Конечно же, половина класса сбежала, остальные, в том числе и я (мне было просто интересно легально прогуляться в весеннем лесу), погрузились в рейсовый автобус и через 40 минут прибыли за город.

Адам Петрович долго выбирал подходящую поляну, а мы тащились за ним по грязи, волоча сумку с гранатами и жерди с флажками.

Наконец все отмерено большой рулеткой, воткнуты оценочные флажки, можно приступать к метанию.

Построение, перекличка, выставление двоек всем отсутствующим и вперед по одному на огневую позицию шагом марш.

К нашему ужасу, после того как все бросили по разу алюминиевую гранатку, выяснилось, что среди мальчиков и девочек только один парень добросил до "тройки", гранаты остальных не покинули сектор "двоек". Вторая попытка, третья – результат тот же!

Военрук открыл классный журнал, тяжело вздохнул и аккуратным почерком выставил всем присутствующим "двойки" и одну "тройку".

Мы были в бешенстве:

— Товарищ майор, как же так?! Те, кто убежали и давно смотрят дома телевизор, получили такие же двойки, как и мы, которые до шести часов, все в грязи таскали за вами флажки и гранаты, да еще и потратили по 30 копеек. Разве это справедливо?

Робот, не понимая наших претензий, отвечал:

— Но ведь у меня же методичка, вот посмотрите сами. Тут метры и оценки для мальчиков, тут для девочек. Не могу же я, в конце концов, поставить вам "тройку", если вы не выбросили гранату из "двойки". Это исключено.

Глупо конечно было уговаривать робота, мы же не уговариваем банкомат:

— Банкоматик, миленький, послушай: ну забыл я сегодня карточку дома, но мне очень, очень нужны денежки...

Что за методичка, кто ее писал? У нас ведь была обычная школа, а не с гранатометательным уклоном...

Больше всех страдал наш кандидат на золотую медаль. Это была его единственная "двойка" за 10 лет.

И тут кто-то высказал общее мнение:

— Адам Петрович, вот вы прикрываетесь этой дурацкой методичкой, а сами-то попробуйте бросить гранату, тогда мы и посмотрим: добросите по вашей методичке хотя бы до "тройки"?

Робот подошел к делу серьезно: снял китель, часы с левой руки, хоть был правшой. Закатал рукава и минут 15 делал жутко смешные упражнения.

Разминался.

Наконец встал на позицию, помахал своими короткими ручками и метнул.

Граната сверкая алюминием удалялась вперед и вверх: "тройка", "четверка", "пятерка", "шестерка", а он с@ка еще и армейский гранатомет...

Нашему разочарованию не было предела, с кем мы соревнуемся... ну не может человек тягаться с паровозом.

Вот граната вернулась в плотные слои атмосферы, стала снижаться, снижаться и с глухим ударом врезалась, но не абы куда, а точнехонько в "командирские" часы, которые мирно дремали на пеньке. Часы вдребезги.

Ура! Мы были отмщены, уже не жалко ни потраченного времени, ни денег, да и хрен с ними с "двойками", когда тут такое зрелище.

Робот подошел, немного постоял на коленях перед пнем с разбитыми часами (опять видимо завис), и вдруг неожиданно для всех, начал громко хохотать. Раньше никто ни разу не видел у него даже полуулыбки, а тут дикий ржач на весь лес.

Может быть, он превращался в человека?..

Прокатился на электромобиле. Маркетологи здесь есть? Мне больше не предлагать.

Краткая версия, полная по ссылке на источник.

Итак, миссия: получить в Мюнхене самый массовый электромобиль мира Nissan Leaf и доехать на нём до Берлина, примерно 600 км.

8 утра, Мюнхен:

— Ээээ … Leaf не получится, бери e-NV200

Мой прадедушка был очень молод, когда началась война. Его направили служить на море, морской флот в Севастополе. В основном, почти всегда, задача была одна: разминировать мины.

Справлялись удачно, подрывных кораблей не было. Часто останавливались в портах. Во время одной из таких остановок мой прадед встретил свою будущую жену. За каких-то несколько дней влюбились, обменялись адресами и пытались доставить друг другу письма. Тяжело было, но после войны мой прадед ее все-таки нашел.

В одном из плаваний им сообщили, что по пути должен проходить пассажирский корабль с продовольствием для близлежащих городов.

Мин в море было так много, что моряки опасались, что не успеют и корабль подорвется, чего допустить никак было нельзя. Когда всех моряков собрали и среди них выбирали двоих на лодку, чтобы проверить воду, вызвали моего прадеда. Не успел он выйти, как в рядах нашелся доброволец, который сказал ему тогда, что его дома не ждет никто, и терять ему нечего. Лодка подорвалась. Корабль прошел целым и невредимым, а те моряки навсегда сгинули в море.

У прадеда каждый раз были слезы в глазах, когда он вспоминал того парня, что вызвался за него.

Выходной, лёжа на диване перебираю каналы кабельного. По одному из них идет очередная "резня бензопилой". Мрачный, еле освещённый подвал. Главный плохиш в кожаном фартуке под рёв бензопилы разделывает тушку второстепенного героя. Кровь литрами и фонтанами, фарш летит во все стороны. По стенам на крючьях развешен ливер его еще более невезучих друзей.

Плохиш заканчивает свою трудную работу, разгибается, вытирает пот со лба. Лезет куда-то под фартук, достает сигарету и прикуривает.

И вот именно эта сигарета с половиной лица аккуратно так размыта цензурой, что делает кровавого маньяка героем целомудренного японского п@рно.

И такое облегчение накатило, что среди океана насилия и чернухи появился островок доброты и заботы о психике зрителя. Не спит цензор, бдит на страже здоровья зрителя!

В девяностые, периодически жил и работал в Москве, как принято обзывать сейчас, был гастарбайтером.

Жили мы как-то вместе с такими же трудоголиками из Волгодонска и как-то один из них пропал на пару дней. Ну вот, потом нашёлся и рассказывает нам как за один день умудрился три раза попасть в милицию: Колька, да расскажи, а то не верится, что ты такой чемпион!

Да, говорит, задолбали, никакого спасения от них нет. Ну выпил — иду, а тут они, в общем завезли в участок, штраф, то сё и отпустили.

Дальше иду, снова они, но уже другие! Ну в общем завезли в участок, посадили в обезьянник, по почке постучали, штраф взяли, то да сё и отпустили.

— Колька, да расскажи за что — неужели просто так, без причины?!

— Да какая причина! Что вы, их — ментов не знаете?!

А мы сидим, нам интересно до правды докопаться, так как давно его знаем и в истории он попадает постоянно. Ну и пытаем дальше…

— Колька! Ну а третий раз-то за что!?

Ну тут он и выдал:

— А третий раз то для меня самый обидный! Иду, эт я значит опять, УЖЕ ДАЖЕ ИХ И НЕ ТРОГАЮ, а они — суки взяли и пристали…

По полу катались и плакали минут десять…