эта красотка — слёзы, сопли, драма:

— Всё, мы расстаёмся! Я вчера составила натальную карту. У него Скорпион с Асцендентом в Деве, а я Стрелец. Векторный брак, мы друг друга через год сожрём!

Батя аж поперхнулся чаем и собрался уже выдать трехэтажную лекцию о том, кого они с матерью вырастили. Я его в коридоре за рукав удержал:

— Батя, стоп. Ей двадцать три. Если сейчас начать орать, что астрология — мракобесие для скучающих, она бросит пацана чисто из упрямства, чтобы нам доказать свою принципиальность.

Засел я за поиск. И искал не нормальную науку, а нашёл дивный "мусорный" журнал — из тех низкопошибных вестников, где за пару тысяч рублей печатают любую дичь. Но свёрстано было шикарно: в две колонки, с цветными графиками, интегралами. Статья была про влияние зодиакальных циклов на устойчивость брака, и авторы, высосав из пальца "сенсацию", натянули-таки корреляцию аж в 4, 8 процента.

Утром приношу сестре эту распечатку:

— Слушай, ты права. Серьёзные люди на математических моделях всё провели. Астрология действительно работает!

Сестра аж расцвела, победно посмотрела на батю.

— Ты хотя бы аннотацию прочитай внимательно, — аккуратно добавляю я.

— Вклад этого фактора — примерно пять процентов. Это ниже погоды за окном, ниже характера кота и уж тем более ниже того, что он тебе ужины готовит. Это не я придумал, это в твоей же научной статье написано.

И вот тут её заклинило. Потому что когда "невежественный брат" кричит "чушь! " — это можно списать на черствость. А когда источник с графиками и латынью заявляет: "Эффект есть, но он мизерный, жизнь на нём не строят" — с этим уже не поспоришь.

Три дня она ходила задумчивая. На четвёртый заходит на кухню:

— То есть... это как дождь, да? Влияет, конечно, но свадьбу из-за него никто не отменяет?

— Именно.

Летом сыграли замечательную свадьбу, живут душа в душу. И тут на днях батя подзывает меня в угол, сам темнее тучи:

— Ты чего сотворил, умник?! Она теперь всем подругам рассказывает, что её брат-программист научным документом подтвердил астрологию! Ты зачем мракобесие в массы запустил?!

— Батя, — говорю, — а ты иди к двери и послушай, ЧТО именно она им рассказывает.

Подходим к кухне. Там сидит её зарёванная подружка, а сестра ей на пальцах втирает:

"Да ты что, дура, что ли, из-за карты с ним расставаться?! Научно же доказано: там влияние всего пять процентов! Если парень нормальный — списывай эти пять процентов на погрешность и бери, пока другие не утянули! "

Батя молча послушал, почесал затылок, ухмыльнулся и шепотом выдает:

— Ну, хитрая ж ты сволочь... Выходит, ты мракобесие не плодил, ты его вакцинировал!

Так что троянская няшка-коняшка сработала на ура. Наука, может, мир и не спасла, но от женской дурости пару отличных мужиков точно уберегла.

о том, что в промышленной части города взорвалась огромная ёмкость с рыбьим жиром. Говорили, что хранили его в подогретом виде, да не уследили за его температурой.

И, как и положено, устранять это (как и любое другое) безобразие направили курсантов. Первая смена работала более-менее днём. Нашу же роту отправили туда на всю ночь. Пока мы готовились, рядом с нами появился какой-то мужик и, глядя на нас с нескрываемой жалостью, несколько раз повторил: "Ну и достанется же вам сегодня ночью, ребята".

И вот мы на месте. Что мы наблюдаем.

Рыбий жир, оказывается, вовсе не маслянистая жидкость.

Рыбий жир похож на икру заморскую, баклажанную.

И улица покрыта этой вонючей икрой на сотни метров, слоем высотой достающей до верхней части рабочих ботинок.

Нам дают лопаты и приказывают разгребать его до восьми утра.

Всю ночь мы трудимся, загружая эту вонючую кашу в бочки, которые потом увозятся куда-то на грузовиках.

И вот подходит время перерыва и приёма пищи.

Нам привозят в неограниченных количествах хлеб и... кабачковую икру — ту самую. В результате трудно было сказать, что у тебя намазано на хлеб — икра или рыбий жир. И это среди курсантов-то. Вы думаете они упустили этот момент? Нет, они намазали кусок хлеба рыбьим жиром и предложили кому-то из друзей.

Но время идёт, и наступает долгожданный рассвет, а за ним и окончание работ.

Нас везут назад, и здесь начинается самый незабываемый этап.

Весь спальный корпус начинает вонять рыбой.

Мы начинаем стирать свои робы по несколько раз в день, но запах не уходит.

А как раз в это время от нас потребовали оборудовать бытовку.

То есть взять один из кубриков, установить в нём утюги, гладильные доски, и покрасить всё это великолепие какой-нибудь привлекательной краской.

Предполагалось, что и сушить свои робы курсанты будут в этой бытовке.

Так оно и произошло.

Ребята, которые занимались ремонтом, оставили в ней книгу отзывов.

И отзывы не заставили себя долго ждать.

"Сильно воняет рыбой".

"Сильно воняет рыбой".

"Сильно воняет рыбой".

"Бытовка хорошая, но ну её на х... "

Воняло не менее двух лет.

Впоследствии нам, разумеется, доводилось бывать в той бесславной части города, где произошла эта катастрофа. Улица воняла до не менее 1994 года.

Если окажетесь в районе того длинного пешеходного железнодорожного перехода, принюхайтесь. Возможно оно воняет и до сих пор.

зря же Владимир Даль собирал по стране эти словесные жемчужины.

1. Забубенить

В моём восприятии "забубенить" – это сотворить что-то залихватское, удивительное для окружающих. Забубенить себе джакузи в однокомнатной квартире, например.

Но в словаре "забубенить" – это разглашать или распускать вести, трезвонить по городу. Забубенный человек – разгульный, распутный, беззаботный. А "забубенистый" – синоним "забористого" в отношении вина или табака, что значит "крепкий, острый".

2. Чехонаститься

Это слово ни с какими Настями не связано.

Чехонаститься (или чихонаститься) – мыться, умываться, чиститься.

3. Укрякаться

Дама очень интенсивно отдыхала в выходные дни. Стирала, убирала, готовила на неделю вперёд, мыла окна и варила 200 литров варенья. А вечером субботы – всё. Укрякалась.

Но, как и следовало ожидать, необычное слово относится к утке, а не к слишком хозяйственной женщине.

Укрякалась утка – покрякав, замолкла, успокоилась.

4. Елбан

Постарайтесь прочитать это слово правильно с первой попытки. Многим, кстати, "елбан" знаком: так называли высокий, округлый мыс, холм.

5. Хряпать

Все знают забавное народное "хряпнуть" – выпить исподтишка немного алкоголя. Но "хряпать" скорее имеет звуковую ассоциацию. "Хряпать" или "хрепать" означало "кашлять".

6. Фуфыриться

"Нафуфырилась и пошла" – не про это слово. Раньше "фуфырей" называли капризного человека, поэтому "фуфыриться" – сердиться, дуться, привередничать.

7. Забобоны

Забобоны – из той же оперы, что и "забубенить". На первый взгляд, слово должно символизировать умственные особенности, но нет.

Забобоны – это вздор, пустяки, враки, вздорные слухи и вести.

8. Ссякуша

Смешное словечко легко могло относиться к человеку, которому не свойственна храбрость.

Однако ссякуша (или ссакуша) в псковском и тверском диалектах – это маленький муравей.

9. Улякнуться

Продолжает тему боязливости глагол "улякнуться". Вот у него такое значение и есть: испугаться, ужаснуться.

10. Телелякать

Казалось бы, отличное слово для описания деятельности многих телевизионных шоу. Только в XIX веке в Пензе никто о телевизорах не думал.

Телелякать по-пензенски – болтать, беседовать.

11. Ококоветь

"У меня ококовели пальцы", – как думаете, что с ними случилось? Ни с коконами, ни с птицами оно не связано.

Ококоветь – заледенеть от стужи, окоченеть.

12. Жирандоль

Этим словом хочется на французский манер называть кошку. Слово и правда французское, однако в словарь Даля оно каким-то образом попало.

Жирандоль – это канделябр, большой, украшенный подсвечник на несколько свеч.

А вы слышали о таких словах?

Лиса А.

я звонки с незнакомых номеров по ночам.

— Але.

— Прости… Это Лена… что так поздно… ыыы… Влад не пришел… не зна-а-аю, что де-е-елать, — женский голос прерывался всхлипываниями и рыданиями. Я тупо пытался понять, какая в [п]опу Лена, почему Влад не пришел, и какова вообще моя роль в этой драме.

Дождавшись паузы, я наконец вставил:

— Все ясно. Теперь давай снова. С самого начала. По порядку.

Потихоньку в моей голове прояснялось. Влад, ведущий инженер телекомпании – мой давний приятель — не пришел домой после корпоратива. Ленка, его жена, волнуется, обзванивает друзей. Ну, поехал продолжать, с кем не бывает. Оказывается, нет. Тот, с кем Влад поехал продолжать, давно дома. И высадил он Влада из такси за 150м до его подъезда.

Так вот. До подъезда Влад так и не дошел. Исчез. Интересно… Особенно, если учесть, что Влад не пьет. У него маленькая дочь, и на подходе второй ребенок. Да. Ленка была глубоко беременной.

Я взял сигарету и вышел на балкон:

— Владу звонила?

— Дааа… Номер не отвечаает, ыыы…

— Дай телефон собутыльника.

Я набрал номер. Долгие гудки. Оппа! Странно, что этот крендель вообще взял трубку – он был пьян в муку. Я терпеливо выслушал душераздирающий сюжет, как две бутылки джина полирнули пивом, потом вызвали такси и потом высадили пассажира. Причем момент высадки Влада он помнил вполне отчетливо.

Я никому не доверяю и привык все перепроверять. Поэтому набрал номер Влада. Снова долгие гудки. Вдруг трубку сняли и раздался резкий отчетливый командный голос:

— Старший сержант полиции Черпаков. Слушаю вас!

Я подавился окурком.

Прокашлявшись, я спросил:

— Могу я услышать Влада?

— Кто его спрашивает? – отчеканил сержант.

Я представился, объяснил ситуацию и спросил, а где, собственно, Влад?

— В вытрезвителе.

— Могу ли я приехать для выяснения обстоятельств?

— Безусловно.

Выяснив адрес, (я не знал, что у нас в городе до сих пор есть вытрезвитель), я положил трубку.

Прикоольно.

Уже через 10 минут я ехал в машине забирать Ленку. Зареванная беременная женщина широко и счастливо улыбалась – муж жив, здоров и в надежном убежище. Действительно. Все страхи позади, осталось только поехать и забрать его. Ага.

Показав паспорта на входе, мы пошли по гулкому, тускло освещенному коридору, выкрашенному в унылый зеленый цвет. Справа и слева находились комнаты с открытыми дверями. Посередине этих комнат стояли кровати с панцирной сеткой, без матрасов. На каждой койке лежал пациент. Кто-то пел, кто-то храпел, кто-то ругался, кто-то тихо спал, кто-то блевал. Особо буйные были зафиксированы ремнями. В воздухе стоял густой запах перебродившего самогона. Издалека была слышна ругань на повышенных тонах. Я признаться уже стал жалеть, что повез сюда Ленку, но она была непреклонна. Дойдя до дежурного, я коротко представился и пояснил, что приехал забрать "потерпевшего".

— Ага. Щазз, — улыбнулся дежурный. И вот тут он ярко, в красках, размахивая руками и документами рассказал всю историю. Он был взбешен, задет за живое, обижен, его лицо пошло пятнами, и он намеревался довести все до конца, поставив в известность руководство фирмы Влада.

Так вот. Пятничным вечером машина ППС привычно патрулировала улицы, когда экипаж заметил странного типа, бредущего по тротуару вдоль дороги. Невысокого роста, полноватый, в дорогом костюме, в руке кожаный портфель. Его сильно штормило, он шел большими зигзагами, смеялся, пел, падал и вновь поднимался. Патруль пристроился за ним и вкрадчиво катился, наблюдая сей театр одного актера. "Надо брать. Наш клиент" — задумчиво молвил напарник. И тут Влад обернулся. И вдруг побежал в сторону своего подъезда, до которого оставалось уже совсем чуть-чуть. Но споткнувшись о собственный портфель, кубарем скатился прямо в руки патрульных. Те профессионально скрутили его и затолкали в машину.

Владу нельзя пить. Неспроста. Он становился омерзительным. Образованный и эрудированный человек, он начинал использовать свой интеллект для виртуозных оскорблений. Всю дорогу до вытрезвителя он издевался над патрульными, над их зарплатами, внешностью, семьями, никчемной и беспросветной работой, убогими кабинетами и вообще над всей безысходностью их жизней. Вопил песню про "нашу службу и опасну и трудну, и на первый взгляд, как будто невидну". И на второй, и на третий… Их уши горели от молчаливой ярости и от попадания в больное.

Я молча слушал дежурного. Мне было стыдно. И я сказал:

— Завтра он выспится и ничего не вспомнит. Вообще ничего. К сожалению. Сержант, давайте я заберу это чмо отсюда. Я лично начищу ему рыло, когда он проспится. Обещаю.

Я молча отвез их домой. Влад больше не пьет. У них с Ленкой родился сын. Тот вытрезвитель закрыли.

А я иногда вспоминаю те самые камеры с панцирными койками…