от холода страх[рен]ет, под дохой весь из себя новорусский по тогдашней моде — ярко-красная рубаха и массивная золотая цепь.

Тычет пальцем-колбаской в словарь:

— А он все слова знает?

— Проверьте, — предлагает ему продавец Саша.

Мужик берет Teacher в руки, и, естественно, набирает первое пришедшее ему на ум слово. А какое слово могло придти на ум первым, объяснять, наверное, не надо. С трудом найдя "Й", и не дождавшись результата, он сердито так:

— Ну и чё?

— А Вы enter не нажали, — поясняет Саша, вежливый такой весь..

— А это чего?

Саша ему показывает, что такое enter и нажимает за него.

На экране появляется весь набор английских аналогов этого слова, что повергает нашего покупателя в дикий восторг.

— Хо-хо! Пенис. Ну, это по-научному. Хо-хо! Цоцк.

Саша ему подсказывает, что вовсе это не "цоцк" и советует нажать на клавишу "say". Оцифрованный баритон словаря и вовсе обрадовал его.

— Хо-хо! Написано "цоцк", а говорит "кок". А я думал, что "кок" — это повар. Цоцк, хо-хо!

Саша решил познакомить клиента подробнее с возможностями словаря:

— Вообще-то он и глаголы знает.

На лице мужика тяжелая работа мысли. Он мучительно вспоминает, что называла глаголом его училка по русскому языку, и, судя по тому, что он ткнул своим пальцем в букву "е", советская школа его все же чему-то научила.

— Фуцк, хо-хо-хо! Фуцк! Ну, блин, фуцк! Фуцк твою мать, [м]ля! Дай восемь штук! Нет, девять! Десять возьму!

— Для чего Вам столько?

— А корешам подарю. Пусть учатся! Фуцк, хо-хо-хо!

что если нападает девочка, то принцип "девочек бить нельзя" не работает. Но родители....

Однажды видела, как одноклассница сына Агриппина попыталась ему с ноги дать в пах, когда сын сидел и что-то сосредоточенно чертил на земле. Агриппина, в принципе, так делала часто по отношению к многим детям, так что я не удивилась, да и сын тоже — привычно оттолкнул ее ногу, так что девочка шлепнулась на попу. Но вот удивила реакция ее папы. Тот практически в школе не появлялся, так что и поняла я, что это — папа только после того, как она к нему бросилась с ревом. Папа подошел к моему сыну и попытался заставить его извиниться. Я тоже подошла и встала рядом, но поначалу молчала, чтобы сын сам учился разруливать такие ситуации.

Папа: Извинись, девочек бить нельзя!

Сын: Она меня ударила, я защищался!

Папа: Но она — де-воч-ка. А ты — мужчина. А если девочка не права, то мужчина должен извиниться!

Я: О, значит, если я вам сейчас дам в пах, вы тоже должны извиниться?

И сделала замах ногой назад. ..

Папа что-то прошипел типа: "офигевшая" и ушел.

уже стояли у входа.

Фильм был "детям до 16", но мой одноклассник Серёжа ввинтился в толпу перед окошком кассы, как-то сбоку, чтобы не было видно лица, протянул деньги и взрослым, по его мнению, голосом заявил, что нужно два билета. Кассирша, не глядя, протянула билеты и сдачу.

Под подозрительным взглядом контролёрши на входе, мы стараясь быть незаметными и быстрыми, но не теряя при этом достоинства, просочились внутрь.

Фильм оглушил, потряс и открыл неведомые перспективы.

Экран уже погас, а мы сидели на своих местах и хотели стать такими же ловкими и хитрыми аферистами, прям как герой Челентано.

Серёжа решил начинать немедленно и сказал, что мы не должны уходить из зала. Мы подождём начала следующего сеанса и посмотрим фильм еще раз. Бесплатно.

Я стал сомневаться, я был уверен, что пока мы будем просто сидеть между сеансами, в зал обязательно зайдёт кто-то из работников кинотеатра, и тогда мы пропали. Серёжа развеял сомнения уверенным видом. Он сказал, что однажды его мама стояла в очереди, и к ней подошла какая-то женщина и стала говорить, что она занимала перед ней, и его мама сказала таким веским голосом: "Давайте не будем! " и эта тётка стушевалась и ушла. Так вот, если к нам кто-то подойдёт, и начнёт задавать вопросы, то он, Серёжа, тоже скажет веским голосом "Давайте не будем! " и все будет отлично.

И мы стали сидеть и ждать. Я полный сомнений, а Серёжа решимости.

В зал зашла работница кинотеатра. Крупная женщина неопределённого возраста, в сиреневом халате, издалека пахнущим мокрыми тряпками и буфетом.

Сережа заёрзал на кресле, видимо от излишней решимости, я стал смотреть в сторону, делая вид, что меня тут нет, а она подошла к нам и сказала: "Быстро пошли отсюда! "

И мы быстро пошли.

На улице Серёжа сказал, что всё это из-за меня.

Я не согласился и спросил его, что же это он не сказал про "давайте не будем? "

Он сказал, что не успел, но всё равно, если бы я не сидел с таким неправильным видом, то всё бы получилось.

Что такое "неправильный вид" он не стал объяснять.

Так — я не стал аферистом.