В Алма-Ате в районе улицы Хаджи-Мукана я пацаном лет 7 лупанул со всего маха палкой по крыше проезжавший мимо милицейский газик. Он как раз газовал на только что зажегшийся ему зеленый, и я не видел ни малейшего риска — люди спешат по своим делам, а я отлично бегаю и знаю все подворотни. Включая дыры в заборах, где они могут и подзастрять, и хлипкие крыши, на которые вряд ли вскарабкаются без обрушения. Палка была хрупкий сухостой, обреченный разлететься без малейшей царапины на потрепанной брезентовой крыше, и уж тем более без всякого вреда для тех, кто под ней находился. Просто веселая проделка. Мы много фехтовали всем двором, в боевом пылу и зафигачил по машине, позаботившись не задеть стекол.

Но газик вдруг ударил по тормозам, из него выскочил довольно пузатый и сердитый дядька в фуражке. Натурально, я дал деру во всю прыть.

Это была самая захватывающая погоня в моей жизни! Даже от гопоты 90-х я не удирал в молодости столь долго и изобретательно. Там был тупой спринт на минуту максимум, а тут скорее марафон или даже, как выражались древние греки, анабасис. В какие бы скопления сараев, новостроек, зарослей садов я не совался, этот чувак обегал по периметру и ждал меня снаружи! Бросался на меня с новой точки!

Когда я выдохся напрочь и был изловлен, он крепко взял меня за руку, хотя проще было за шиворот, и вежливо попросил отвести его ко мне домой.

— Мой дом очень далеко отсюда! — отчаянно вскричал я.

— Ничего, я дойду — флегматично сказал милиционер.

— Я не скажу, где мой дом! — гордо сказал я.

— Тогда сдам в детприемник — меланхолично ответил он — родители пусть ищут сами.

Далекий мой дом находился в четверти часа ходьбы от места поимки, и в минуте езды на газике, который уже припарковался рядом. Милиционер обошелся без него, отправился на пешую прогулку со мной, как крокодил Гена с нашкодившим Чебурашкой.

Никаких воспитательных бесед он со мной не вел, шагал молча. Выставил на публичное позорище для окрестной детворы — попался! Советский милиционер доказал, что он умеет бегать и ловить, несмотря на пузо! А я вот был как поставлен в угол — вместо того, чтобы играть и носиться по двору вместе со всеми, чапал теперь за руку к родителям.

Отец мой, офицер-пограничник, не задал мне ремня и не отвесил оплеухи — в нашей семье это не было принято. Просто глянул на меня так, что у меня навеки отпало желание вытворять подобную мерзость.

Добродушен был и милиционер. Сказал, что никаких рапортов по службе подавать не будет, дело пустяковое. Убыл немедленно.

Сейчас полицейские за детьми вряд ли так бегают. Даже при ударе палкой о крышу своего автомобиля. Тут же сыщутся адвокаты, которые вчинят иск, перебирая между вариантами:

— Ребенку нанесена тяжелая моральная травма! Он был публично унижен и оскорблен! Он не причинил никому никакого вреда, а его преследовали и задержали без вызова адвоката!

— Ребенок был вынужден рисковать жизнью! Загнанный в угол, затравленный, он бросался через торчащие ржавые гвозди, взбирался на заборы и прыгал с них, готовый сломать себе кости!

— Вот доказательства: раны на теле! Несколько синяков и царапин при некоторой помощи фотошопа готовы превратиться в сцену избиения ребенка полицейским.

— И тут еще надо посмотреть, а не было ли педофильского влечения в столь настойчивой погоне за ребенком? Демонстрации своего либидо, что он взрослый легко обгонит малое беззащитное дите? Вот почему он шел с ним пешком, ceксуально взявшись за руку, а не подвез на автомобиле? Почему не сдал в приемник, а отправился к родителям, причинив им невыносимые моральные страдания?

Благодатнейшая тема для нескольких лет судебных разбирательств! Сейчас даже волк в сериале "Ну погоди! " выглядит подозрительно — чего он хотел от зайца, бегая за ним столько серий?

В моем случае, всё дело было разрешено за четверть часа прикольной погони и четверть часа назидательной прогулки. Мы оба отлично размялись, но и выросло более-менее правосознательное дитя.

Племя же адвокатов, запугав полицию, способствует выращиванию бледнолицых рахитов, лишенных дворового подвижного и озорного детства. Сейчас обычно под присмотром взрослых, как на тюремной прогулке. А оставшиеся на свободе дети имеют большой соблазн превратиться в полных отморозков, охренев от своей безнаказанности.

Не даю деньги попрошайкам и вот почему. Была студенткой. В кармане осталось 50 рублей. Квартира у нас была съёмная, на личные расходы в принципе всегда оставалось немного. Иду домой. И тут подбегает ко мне такая хиленькая бабушка, прихрамывая, прям божий одуванчик, и рассказывает чуть ли не со слезами: "Милая, я приехала в собес с документами и не рассчитала, мне не хватило денег на автобус, уехать надо домой в село. Пожалуйста, дай мне, если есть. Никогда не прошу, ситуация безвыходная". Я без задней мысли отдала ей эти 50 рублей и пошла дальше. Проходит ещё пара дней. Снова иду и в том же месте опять подходит ко мне та же бабка и снова рассказывает эту же историю, не узнав меня. Я дослушала её спокойно и говорю: "Бабушка, а Вам не стыдно? Вы меня обманули! "И она, понимая, что облажалась, очень резво убегает в закат.

В нашем доме заселилась молодая семья с двумя маленькими детьми. Отец семейства отремонтировал детскую площадку в одиночку и за свои деньги. Мать же ходила по квартирам, призывала соседей присоединиться. Но никто так и не пришёл им помочь. Из остатков того, что осталось ещё с советских времён, они, как смогли, сделали уютную детскую площадку.

Днём начали собираться малыши на этой площадке, а по вечерам старшеклассники и молодёжь. Наутро перед работой отец семейства регулярно собирал пивные банки, бутылки и окурки. Однажды выпившие старшеклассники начали громить площадку. Отец семейства выскочил и начал орать на них, но сразу же был избит. Причём это были дети из этого же дома. Естественно, никто ничего не предпринял, а родители тех отморозков вообще посчитали, что он сам виноват. Семейство почти сразу же съехало. Сейчас это место снова превратилось в убогое подобие детской площадки.

"Хватай мешки, вокзал уехал! " (пословица)

Билеты в приморский городок я всегда покупал заранее: утром туда, вечером обратно. Из автобуса выгружался на въезде в город, поближе к пляжу. Уезжал же с автовокзала в центре, погуляв и пообедав. Приходил по привычке минут за 10 до отправления, чтобы не ждать на жаре. Да...

А тут дожди зарядили, долго не выбирался, ну вот наконец! Искупавшись и погуляв, прихожу привычно на автовокзал... солнышко печёт, расслабон. Но вдруг доходит, что автовокзал подозрительно пуст. Ни одного пассажира, окно кассы забрано фанеркой.

7 минут до отправления! как перестать беспокоиться и начать паниковать.

Машу рукой проезжающему такси, эти ребята всегда всё знают, спрашиваю: "Что случилось?

— Автовокзал перенесли!

— Куда?

— В пригород. "

5 минут до отправления!

Название пригорода мне ни о чём не говорит: "А дотуда далеко?

— Километра два.

— Вези! "

К счастью, монеток в кармане хватило расплатиться с таксистом. Прыгнул в автобус, и дверь за мной закрыли.

Теперь прихожу на новый автовокзал получасом раньше. Есть предчувствие, что однажды его перенесут обратно.

Лет 55 назад мы жили в Алма-Ате, на самом её краю, а рядом с нами, через огромный овраг был военный аэродром. Зимы там — ого-го какие, снега и мороза вдоволь, потому мы с другом (то-же 10-летним мущщщщиной) воскресным зимним утром встали на лыжи и покатили по окрестностям. Друг был сильно слабее меня, потому я впереди прокладывал лыжню. Неспеша, мы шли по самому дну оврага, как вдруг вверху, слева от нас сильно потемнело и лавина (человек 50-60) совершенно чёрных людей, до того стоявшая на вверху, на краю оврага, с криками, гиканьем и залихватским свистом, как лавина, полетели сверху на нас. Поняв, что мне не уйти от... от чего-то ужасного, я остановился и стал ждать судьбу, а дружок, забыв, что почти не умеет ходить на лыжах, на второй космической скорости, поднимая на целине огромную тучу снега, исчез за горизонтом...

В самом деле чёрные люди (настоящие выходцы из Африки, обучавшиеся в сссре военно-лётному мастерству), в чёрных комбинезонах "технарей", начали на ломаном русском просить одолжить лыжи покататься, т. к. у них снега вообще не бывает. Это меня развеселило и я дал им свои лыжи.

О, аллах, как они радовались этому, катались больше часа, а потом с поклоном вернули их мне. Хорошие ребята, оказались!