— Мама, а ты о чем мечтала в детстве? — спросил сын.

— Чтобы коммунизм на всей земле победил.

— Это как?

— Это когда денег в мире не будет, а мороженое и конфеты можно будет брать бесплатно, и сколько захочешь! (Ну вот, правда, нам тогда так объясняли, когда нам было по 6-7 лет.)

И мы все хотели, чтобы коммунизм побыстрее наступил. Я, конечно, понимала, что с неба сладости сыпаться точно не будут, ибо манна небесная была отменена вместе с самодержавием. Так что работать на фабриках и заводах будет нужно, как и на полях и фермах. Впрочем, была большая надежда на помощь научно-технического прогресса, который тогда планово ширился и развивался. Однако же, мы призывались не забывать о том, что если мы возьмем себе пять мороженок, то кому-то мороженого может и совсем не достаться, а у нас почти наверняка заболит горло (к заботе о ближнем нас приучали уже в таком нежном возрасте).

Я хотела, конечно, и новую куклу, и поехать летом к бабушке, и велосипед, и чтобы лето скорее пришло. И лето наступало, мы летели всей семьей на самолете к бабушке, на очередной день рождения я получала свою очередную немецкую куклу с шикарными волосами и закрывающимися глазами, а в третьем классе — настоящий двухколесный велосипед "Салют". Это были даже не мечты, а обычные желания, они были сбываемы – так у всех соседских ребят моего возраста были велосипеды.

Сейчас принято ругать совок, дескать колбасы не было. Но мечты моих ровесников не включали в себя желание наесться досыта.

Почти все наши детские мечты были связаны с будущим.

Многие мои одноклассники тогда хотели стать космонавтами, летчиками, учеными, капитанами дальнего плавания, инженерами, детскими врачами, известными артистами, циркачами и учителями, а некоторые – даже лесниками.

Как-то в школе, наверное, в классе пятом, писали мы сочинение: "Каким я вижу будущее". К слову, фильм "Гостья из будущего" тогда еще не вышел, значит, это было в первом полугодии, или в третьей четверти.

Помню, что я писала о том, что в ХХI веке в мире не будет границ между странами, и на каникулы мы будем летать в Австралию и Новую Зеландию. Тогда, в середине восьмидесятых, двухтысячный год казался далеким рубежом, который наступит очень не скоро.

Еще я писала о том, что можно будет общаться с людьми со всего мира, и при разговоре по телефону можно даже будет видеть друг друга так, будто вы за одним столом.

Конечно, мы все тогда мечтали и об устройствах, которые смогут переводить любые языки, даже языки зверей и птиц.

Еще у меня была мечта – система дорожек, по которым можно доехать до школы на велосипеде, а потом велосипед бы сам вернулся домой. Почему я не додумалась парковать велосипед у школы – не знаю.

И конечно, во всех наших мечтах был мир!

visombre: у знакомого в фирме было. сидит секретарша, дёргает мышкой, по сети гуляет, тут смотрит на мышь, на экран и говорит: "что-то не работает" знакомый:"устала наверное, переверни"

visombre: она долго не думая переворачивает и сидит, смотрит в потолок, потом отошла от компа, знакомый увидел, что на "глазе" мыши волос какой-то, убрал,

visombre: приходит секретарша, он говорит: "ну ты попробуй, уже вроде должна была отдохнуть"

visombre: она переворачивает и действительно работает.

visombre: Теперь мышь у неё раз в полчаса отдыхает...

Лежал в госпитале, удаляли кисту. А госпиталь странный — операционная на одной стороне улицы, а стационар — на другой. После операции меня, с отключенными от наркоза ногами, несли на носилках четыре срочника. Под двумя одеялами, зимой, через два КПП, останавливая машины... А я лежал, думал, как страшно, наверное, на войне. Жизнь идет, никому до тебя дела нет, а ты словно выпал. Дай Бог, чтоб войны не было никогда. Понимаешь, насколько это страшно, когда примеришь на себя роль тяжелораненого...

Всегда считала, что настоящая любовь приходит нестандартно, поэтому не заводила серьёзных отношений. В 20 лет папа предложил мне в женихи сына его друга. Я согласилась. Мальчик был симпатичный и при деньгах. И вот я вся красивая иду к нему на свидание, снег стеной и на зебре меня слегка сбивает УАЗ. Встала, все болит. Пока приходила в себя, поняла что 2-метровый бородатый, в жуткой красной шапке, мужик взял меня на руки и тащит в машину. Спустя год у алтаря обещал меня больше не сбивать. Нестандартно.

Дружку-соседу родители купили новый велосипед "Урал". Только вот, почему-то ему казалось, что наша мелочь гоняет быстрее. И предложил он мне поменяться великами и сгонять с ним до конца улицы – мол чей велосипед первый приедет тот и лучше. А улица у нас всего метров 300-400 и заканчивалась проходной небольшого завода.

Со старта он, естественно, на более легком велике попёр, но к середине дистанции большой велосипед, на котором гнал я, набрал крейсерскую скорость и вырвался на полтора-два корпуса вперед. Но дружок сцука не сдавался и все время пытался догнать. У крайнего дома на лавочке собралось почти вся местная шпаны. Улица заканчивается, скоро проходная, а сбавлять скорость, чтобы на глазах кучи свидетелей меня обогнал какой-то нубас в мои планы не входило. Ну вот всё – отстал. Нажимаю на тормоз – фигвам. Всем телом давлю на заднюю педаль – фигвам. Отворачивать поздно, въехал в короткую узкую аллею ведущую к проходной. ТОРМОЗААААА! БАЦ!

Удар был смачный и громкий. Из деревянной проходной выскочил ошарашенный сторож.

Каким-то чудом я влетел в стену не лицом а грудью и тут же получил удар в спину седушкой велика. Наверное, это был мой первый нокдаун. Крики, вопли, гонщик серебряной мечты! Дикий ржач на всю улицу.

Хозяин велика хохотал и ревел одновременно. Велику пипец. А на проходной красовалась киноафиша нашего клуба "ЗЛОЙ ДУХ ЯМБУЯ"