непонятки с призывом и т. п.)

В итоге за "студентов" взялись сразу по двум направлениям -- официальному, т. е. офицеры, которые от безделья уже вешались, а тут сразу несколько сотен "курсантов" (у нас взводами майоры командовали) и неофициальному (дедовщина), когда небольшое, но сплоченное землячество представителей народов с орлиным профилем, сидящих на теплых должностях каптерщиков, кладовщзиков и т. п. , наехало на нас и попробовало взимать дань в денежном, продуктовом и натуральном (работы на их благо, а не то, что подумали) виде.

От офицеров, понятно, отбиться не удалось, так что полугодовой курс молодого бойца нам пришлось осилить за месяц. Причем со сдачей экзаменов как по ВУС, так и по общей подготовке. Слава богу шагистикой не мучали.

А вот с "дедами" пришлось вначале тяжело, правда те очень быстро сдулись -- сложно гнуть пальцы на "стрелке", когда твоих пришло человек десять, а "салабоны" почти в полном составе, так что все ограничилось воплями типа "Вы не мужчины, давайте один на один".

Попробовали зайти с другой стороны — стали ловить нас по одиночке.

Все прекратилось, когда однажды на помощь "курсанту" непонятно откуда вылез боец в форме старого образца, причем не первой свежести. Его слов: "Студентов не трогать. Мы с ними по вечерам в волейбол играем" хватило, чтобы деды с извинениями растворились в ближайших кустах.

Это оказался один из стройбатовцев, что жили в соседней с нами казарме и с которыми мы делили по вечерам ближайшие спортивные площадки, устраивая целые сражения в футбол и волейбол.

P. S. Стройбат к учебному полку отношения не имел, просто временно жили на территории, т. к. возводили очередные корпуса в военном городке.

приборах? использовали в большом количестве микросхемы и другие детали с позолоченными и посеребренными контактами. Это необходимо для более точной передачи электронных импульсов.

Когда паяют эти микросхемы или резисторы, у деталей остаются "усы", то есть контакты длиннее, чем нужно.

Их обрезают, концы эти, и складывали в специальные контейнеры, на них же золото в микронах и серебро.

А потом эти кучи обрезанных проволочек выбрасывали, потому что не было способа золото отделить от проволоки, вернее, был такой способ, но очень дорогой и долгий.

Вот этот молодой инженер наблюдал эту всю ситуацию и думал, думал, думал...

В общем, придумал он дешевый способ отделения этих микронов золота и серебра от проволочных отходов.

Молодой инженер внедрил этот способ самостоятельно. Он смог отделить от этих отходов несколько килограммов серебра высшей пробы и 3 килограмма золота.

Так как он был обычный русский человек, лишенный врожденной хитрости и изворотливости, он взял все это золото, 3 килограмма, завернул в газету, положил в авоську и пошел с ним на рынок, чтобы его там продать.

На рынке Лехиного отца сразу арестовали. После был суд и его посадили на несколько лет за незаконную продажу и хранение крупной партии драгоценных металлов.

Под давлением следователей он рассказал о своем способе извлечения золота из отходов производства.

Технологию этого отца моего знакомого внедрили на всех предприятиях военного комплекса по всей нашей стране, проволочки-отходы перестали выбрасывать, а стали считать, опечатывать и сдавать на переработку. Позднее этот способ распространился по всему миру.

Парень этот, отец Смирнова Лехи, отсидел 10 лет и вышел на свободу, но вследствие подорванного в застенках здоровья вскоре умер от онкологии.

Никаких денег ему за изобретение не заплатили, золото и серебро изъяли, так как он был расхититель социалистической собственности.

Вот и вся история. Получение золота и серебра с позолоченных и посеребренных контактов электродеталей до сих пор во всем мире проводится по технологии, изобретенной отцом Лехи Смирнова из Нижнего Новгорода.