Не зря говорят: журналист -- профессия героическая. Лазая по помойкам, общаясь со отребьем, возвращась домой глубоко за полночь, мы вынуждены мириться с тем, что перманентно становимся объектами преступных посягательств малолетних гопников, рыскающих по "контролируемой территории" в надежде найти денег на бутылку водки. В отличие от настоящих бандитов, уже научившихся уважать силу печатного слова, уличная шпана газет не читает, и случаи, последний из которых я сейчас попробую здесь воспроизвести, происходят со мной достаточнорегулярно -- не реже раза в "квартал".

Так вот...

... Поздняя осень. Дальняя рязанская окраина. Ночь, хотя автобусы пока вроде ходят. Знаю, что тропа, ведущая к остановке, преодолима лишь на тракторе К-701, поэтому ещё в подъезде вынимаю из кармана два пластиковых пакета и надеваю их на ботинки, обмотав вокруг голеней заботливоприпасённым "скотчем".

Бреду, выдерживая азимут на одинокий фонарь. Глаза уже привыкли к темноте, но слух всё ещё обострён до вполне собачьего уровня.

Тут откуда-то справа раздаётся сочное чавканье сапог и наивная подростковая матерщина."Примерно пятеро... Фигня!.. Начали!!!" -- делаю резкий рывок, вваливаюсь в освещённое пространство."Вон он, [м]ля!" -- судя по звуку, братва поменяла аллюр, перейдя с шага на рысь.

Стою под фонарём. Никуда не рыпаюсь. Жду. Хотя асфальт уже рядом и не будь на ногах этих чёртовых пакетов, оторваться б не составило никакого труда.

Шпана притормаживает, рассыпается в цепь. Амбал с 7-ю классами образования на морде заводит стандартно-гнилой базар:i

— - Мужик, деньги есть?

— - Есть.

— -... И много?

— - На жизнь хватает.

— - Тогда делись!

— - Ну-ну.../i — - отвечаю я, лезу в карман, достаю оттуда маленькую чёрную штучку, прикладываю её к уху и проникновенно так говорю: i"Сергеев! Угол Берёзовой и Гоголя. Бандитское нападение на сотрудника Федеральной службы безопасности"./i

Жму кнопочку. Из "штучки" явственно доносится голос, сопровождаемый шипением радиопомех: i"Понял! Будем!"/i

Гопота, понятное дело, в ступоре.

"Лежать, с-с-суки!!!"

Вся кодла плюхается в грязь, не забыв прикрыть руками бритые затылки. Пока они ворочаются и гундят: i"Дяденька, а может, не надо?"/i — - даю каждому под рёбра, снимаю "галоши", отменяю вызов.

Думаю: "Надо бы заставить кого-нибудь из этих клоунов донести до остановки мою сумку". Но поздно. Кодла, поджав хвосты, уже разбегается по домам...

PS. Только не подумайте, ради бога, что я действительно какой-нибудь крутойкомитетчик! Просто... микрокассетный диктофон "Олимпус" здорово смахивает в полумраке на ихнюю портативную радиостанцию "Алинко", и единственное, что требуется от его обладателя -- это поймать телевизором пустой канал, включить "штучку" на запись и под шум "радиопомех" проорать в неё нечто типа i"Понял! Будем!"/i

Въехали? -- Поздравляю!

А наши бандюки -- пока ещё нет.

Одна беда! Рязань -- город сравнительно небольшой. Этакая лежащая на грунте подводная лодка, покинуть которую можно только через торпедный аппарат.

Поэтому где-то к лету придётся придумывать что-то новенькое.

В начале 80-х парк иномарок нашего тихого города состоял из облезлого американца форда, похожего на расплющенный могучим ударом сверху танк, и нескольких подержанных японских машинок видом попроще. Но всё равно они казались мне невероятно красивыми на фоне того, что ездило и стояло тогда в наших дворах с торчащими из-под капота матерящимися ногами

Я из тех странных, кто обожает гулять ночью по кладбищу. Мне просто нравится эта тишина, нравится смотреть на памятники, даты рождения и смерти и думать, от чего же умер человек, какой была его жизнь, и что принесла ему смерть: облегчение или грусть расставания? Однажды ночью я увидел мужчину, который тихо сидел на лавке и потягивал свою сигарету. Я не хотел нарушать его покой, но он подозвал меня и предложил закурить. Мы проболтали с ним всю ночь, рассуждая о жизнях тех, кого уже нет, и от кого остались лишь имена и цифры на могильных плитах. Там мы виделись еще несколько раз, постоянно садясь в разных точках кладбища, чтобы была возможность обсудить разных людей. В тот, последний раз, когда я его видел – мы сидели у его могилы. Нет, он не был призраком, хотя стреманулся я знатно, увидев его фото. Нет, мне не показалось, я абсолютно нормально пожимал его теплую руку той ночью. Просто этот мужик был местным предпринимателем, который устал от жадности своих партнеров по бизнесу, устал от наигранной любви жены и ее алчности, он просто устал от мира и инсценировал свою смерть. А так как при жизни он был сиротой, а все окружение было с ним только ради его денег – он устроился работать на то самое кладбище, где его якобы похоронили. Знал, что все равно проведывать его некому, а значит обман никогда не раскроют. Ему его смерть принесла только облегчение.

Мы с сестрой одногодки. Когда родители развелись, обеих суд оставил с матерью. В десять лет у меня случилось первое озарение: развелись они из-за маминого склочного характера. Так вышло, что основные надежды матушка возлагала на сестру, всё ей, а я росла как бы сама по себе и ужасно ей завидовала — её мама любит. Поэтому я начала общаться

Поломался мой китайский автомобиль, а именно тросик коробки передач.

Приезжаю в сервис, машинка-то гарантийная. В сервисе меня радуют известием, что тросиков, мол, на складе нет, надо ждать 3 месяца. Что же это, 3 месяца без машинки, так не пойдет!

Напрягаю интернет и через 3 дня нахожу нужную детальку, как мне сказали, что в Москве на тот момент она присутствовала в единственном экземпляре. Договорился с продавцами, зарезервировал, приехал на следующий день за час до открытия, дабы не перехватили конкуренты. Магазин открывается, я вламываюсь: — Мне.. вы.. тут… должны… были оставить, зарезервировать….

– Не волнуйтесь, оставили. Вот ваш тросик.

Полторы тысячи рублев. Стою как завороженный, верчу тросик в руках и глупо улыбаюсь. Даже продавцы от умиления чуть не расплакались. И вдруг вспоминаю, что мастер в сервисе очень строго так сказал:

— Предупреждаю, машина гарантийная и если сами будете покупать запчасть, смотрите, чтобы был оригинал, иначе ставить не будем!

— А это оригинал? – требовательно спрашиваю я. И вдруг продавцы в отделе начинают просто ржать, по-другому не скажешь. Я опешил, не знаю что делать. Первый, который пришел в себя, сквозь слезы бормочет:

— Интересно, а кто на китайские машины неоригинальные запчасти клепает – немцы что ли?...