Вчера, когда я дал в ленте одной девушке рекомендацию — проехать через блок-пост задом, все наверно это восприняли за шутку. Однако, однако...

В ту ночь, наш перегруженный японскими запчастями заиндевевший на морозе камаз, поскрипывая и покряхтывая, подкатил к складской базе треста. Но проезд перегораживала цепочка от будки охранника.

— Давай, открывай! — забежав в теплую прокуренную будку, радостно возвестил я охраннику.

— Не положено! — слез со своей кушетки он, — не положено!

— Что значит не положено?! — охренел я, — кто не положил?!

— У меня приказ, по ночам никого не впускать и не выпускать! — он был тверд как скала. И я понял, что прения здесь бесполезны, поэтому по молодости и горячности, рассуждал здраво, прикидывая, с левой засадить или с правой, но он с@ка, был еще и экстрасенсом или ясновидящим, — вызову ментов, там ночь и проведешь!

Я пожаловался на этот беспредел водителю. Ведь там, за цепочкой, был рай. Гостевой домик типа ведомственная гостиница, с такими же водителями и снабженцами, карты, водка, душ и вполне возможно даже какие нибудь залетные девчата, но все ломалось, все ломалось. Машину, где товару на сотни тысяч советских рублей, даже в то тихое время на дороге не бросишь.

— Ну ты иди, а я в машине переночую, — водитель вел себя героически.

— Нет, выход должен быть всегда, если его нет спереди, то он обязательно должен быть...

— Сзади, — поддакнул водитель.

— Точно сзади, — осенило меня, — разворачивайся, разворачивайся и минут десять покурим. — быстро изложив водителю план, оговорив подробности, я покинул машину и аккуратно заглянул в окошко будки, махнув рукой. Камаз, рыкнув и окутавшись сизым дымом, резво понесся задом на цепочку. Она была тонкой только на вид. Будка с охранником дернулась и мне показалось, что даже наклонилась, но цепь щелкнув, сдалась. Передние колеса камаза затормозили именно на ней, как и было предписано.

— Что за хрень, что за хрень!? — слетевший с кушетки охранник выбежал на мороз, долго и тупо смотрел на камаз, потом видимо сообразив, отреагировал на крик моего водителя: "Извини, братан, не заметил я эту цепочку".

— Ты куда собрался, куда ты прешь! Кто разрешил?!

— Домой поеду, дорога дальняя!

— Никаких домой! У меня приказ, никого не впускать и никого до утра не выпускать! Езжай на место. Придет утром начальство, вот с ними и разбирайся! И за цепочку мне ответишь! Я твой номер сейчас запишу!

Попосылав взаимообразно еще минут пять друг друга нахрен и дальше, водитель сдался. Прикрывая меня массой машины, аккуратно припарковался в ряд к остальным. С чувствами хлопнув дверкой. А потом был рай — карты, водка, душ, чай. И девчата, они тоже были, они всегда там были. Они ж не груженный камаз, чтобы по ночам за забором стоять.

В тот день, когда она поняла, что умирает, она позвала меня в свой швейцарский дом и приняла в своей спальне, где ее держали на постельном режиме вот уже долгие месяцы.

— У меня для тебя подарок. Открой эту коробку.

Под шелковой бумагой лежало пальто, которое она подарила мне со словами:

"Если когда-нибудь тебе станет грустно,

Попытаюсь написать со слов знакомого Араба из Палестины, работающего в США доктором и у нас — учителем в свободное время. Один его пациент на проверке ему сказал: "Доктор, вы знаете, те пластыри, которые мне медсестра велела наклеивать каждые 6 часов, я не могу больше для них место найти". Доктор сказал, чтобы пациент сразу разделся, и он увидел, как пациент обклеил все свое тело пластырями. Теперь на упаковке для медпластырей включили пункт-"при наклеивании новых пластырей снимайте старые".

Опять про Доктора из Палестины. Один день, когда он работал на Скорой, в двери забежал мужчина и кричал "Моя жена рожает! он — в такси напротив входа!". Доктор, схватив все нужное, побежал, открыл дверь такси, начал снимать женские трусы, ну, все по процедуре... И внезапно понял, что рядом стоят пара одинаковых такси.

В моем районе Яндекс активно использует роботов-доставщиков. Они иногда едут группой по 3-4 штуки, и кажется, что они на стрелку и хотят организовать восстание машин в отдельно взятом районе. Мы, местные, к ним уже привыкли (магазины в округе активно их используют), люди, которые видят в первый раз, замирают на какое-то время, а потом фотографируют.

Когда доставщик проезжает рядом с человеком, а расстояние небольшое, он всегда останавливается (хочется верить, что в знак уважения))) На светофоре они всегда, как порядочные, стоят и ждут зеленого человечка. Даже если машин нет, и кто-то перебегает на красный, они все-равно послушно ждут. Зима нынче снежная, роботы часто буксуют (у них маленькие колеса и они застревают), люди пытаются им помочь, роботам это не нравится) И еще люди очень часто с ними разговаривают) Да, честно говоря, и я тоже, когда они мимо проезжают и останавливаются, тоже говорю им что-нибудь, если рядом никого нет.

Вчера подхожу к светофору и наблюдаю картину: стоит женщина, рядом с ней робот-доставщик, загорается зеленый. Робот не двигается (она слишком близко) и женщина говорит: "Пойдем, маленький, не бойся, я тебя переведу...) Было очень забавно. Круто было бы, если бы яндекс научил их отвечать: "Спасибо тебе, добрый человек, ступай с миром, я сам.. " или "Я тебя запомнил. Когда мы захватим мир, мы оставим тебя в живых".

Всем добра!

Лето. Жара. К "Мсdоnаlds", что на вьезде в Москву по Ленинградке, одновременно подьехали ВМW-кабриолет и восьмерка. Из кабриолета вышла расфуфыренная деваха: шляпка с широкими полями, шарф типа шифонового, солнцезащитные очки, перчатки белые по локоть и т. д. и т. п. , ну в общем вся из себя.

Из восьмерки — мужик: обычный спортивный костюм, кроссовки (замечу: достаточно новые). Эти оба одновременно подходят ко входу и вместе хватаются за рукоятку двери, соприкасаясь руками. Следует секундное замешательство... После чего деваха демонстративно снимает перчатку, бросает ее в урну и открывает дверь. Прикинь это уже не слабая история.

Но самый писк в реакции мужика. Вот ты бы что сделал? А? Мужик сначала оторопел, у него на мгновение буквально отвисла челюсть. Но только на мгновение! Далее с молниеносной реакцией, последовал прелестнейший по красоте, сил и точности исполнения пинок вдогонку удаляющемуся заду девахи. Пролетев тамбур, она благополучно размазалась по стеклу следующей двери.

А мужик как ни в чем не бывало, снимает со своей ударной ноги кроссовок, не глядя запуливает его в ту же урну, где лежит перчатка, садится в свою восьмерку и уезжает. Состояние немногочисленных свидетелей, не поддается описанию. Разве что только кипятком не писали, провожая восторженным взглядом мужика.