ФЕЙС-КОНТРОЛЬ

Как-то в Туле местное аристократическое общество решило поставить своими силами в городском театре пьесу графа Льва Николаевича Толстого "Плоды просвещения".

Льву Николаевичу послали в Ясную Поляну особое почётное приглашение.

Приблизительно за час до начала спектакля к подъезду театра подошёл среднего роста, коренастый старик, одетый в тёмно-серую суконную блузу, такие же брюки и грубые, наверное, домашней работы сапоги.

Грудь старика наполовину закрывала длинная седая борода, на голове красовался простой картуз с кожаным козырьком.

Опираясь на толстую суковатую палку, старик открыл дверь и медленными шагами направился ко входу в партер театра.

Здесь его остановили:

— Эй, старик, куда лезешь?! — крикнул один из привратников.

— Сегодня тут всё господа играют, тебе делать нечего... Проходи, брат, проходи...

Старик начал было протестовать, но его взяли под руки и вывели из театра.

Однако старик оказался строптивого характера: сел около самого входа в

"храм Мельпомены" на камень и оставался там до тех пор, пока к театру не подъехал один из высших представителей местной губернской администрации.

— Граф! — воскликнул приехавший администратор.

— Что вы здесь делаете?

— Сижу, — улыбаясь ответил Лев Николаевич.

— Хотел было посмотреть свою пьесу, да вот не пускают.

— Так сказали бы, кто вы.

— Вот именно... Графа пустили бы... А мне хотелось, чтобы пустили мужика.

Мои друзья — студенты одного из московских политехов — уроженцы теплой африканской страны Мозамбик. Как и положено [мав]рам, они очень любят музыку; в их домах постоянно работает радио или магнитофон. Однажды, когда я была в гостях у одного из друзей, по радио передавали песенку из известного советского мультика про Чунга-Чангу. Реакция моих вполне приличных друзей на эту вполне милую детскую песенку была совершенно неадекватной: те, кто хорошо понимал русский язык — гомерически хохотали; те, кто понимал его не очень хорошо -краснели и смущались; те, кто русский язык не знали вообще — обалдевали и изумлялись. Разумеется, я попросила объяснений. И вот что оказалось. На их родном диалекте словосочетание*ЧОНГ ЧАНГА* означает, как бы это помягче выразиться, *иметь половую связь с обезьяной*. Вот вам и детская песенка! Жаль, ее автор — Юрий Энтин — не в курсе!

А я-то еще подпевала:

"Наше счастье постоянно — жуй кокосы, ешь бабаны, ЧУНГА ЧАНГА"...

7 января. Рождество. Звонок. "Приходи к нам — тут гусь в яблоках, водочка..." Еду. 7 этаж. Лифт не работает. Дополз. Выпили. Закусили. Пошли покурить. Лифт едет. Первая мысль — "Вот гады — мы шли, а они едут". И тут лифт, громко брякнув, застревает где то в районе нашей площадки. Через пару минут оттуда летят странные звуки и грохот. Один из нашей компании подходит к лифту и, заглянув в щель, имеет следующий диалог:

"О! Я тебя вижу!"

"Ну, барабан тебе в попутный ветер..."

"Да ты лифт не ломай — нажми кнопку вызова — вон там снизу".

Небольшая пауза.

"Да ты кого учишь! Я монтер по лифтам — а со мной лифтерша. Я лифт починил, и мы его решили проверить.

— А инструменты я все наверху оставил! !!"

Хохотали мы долго — потом помогли таки им выбраться...

Сидят на работе в линию две девушки Юли, а между ними пустое рабочее место, на которое предлагают посадить ещё одну Юлю.

Ю: Вы не против, если мы сюда ещё одну Юлю посадим?

Я: В принципе нет, главное, чтобы вы не схлопнулись, как в тетрисе...

Вышла второй раз замуж. Когда у нас с ним начались отношения, дочке от первого брака было три года. Она на дух не принимала моего мужчину, а он был абсолютно равнодушен к ней. Он не был женат и детей никогда не было. Два близких мне человека просто друг друга не любили. И я пошла на хитрость: дочке покупала всякие гостинчики, небольшие игрушки и передавала ей якобы от него. Говорила, что он передаёт привет и спрашивает, как поживает самая красивая девочка. Ему рисовала "детские рисуночки", изображая его смешным и добрым, передавала якобы от неё, также приветы и поцелуйчики. На тот момент, когда мы поженились, эти двое уже очень хорошо ладили. Сейчас дочери 25 лет, у нас также есть ещё двое детей, совместных. Но старшая — его любимица. Он удочерил ее, она с пяти лет зовёт его только папа, и в наших ссорах всегда на его стороне. Он ее балует, но и спрашивает с неё как ни с кого. Она рассказывает ему все свои секреты, знакомит с молодыми людьми своими. А ведь могли так и остаться равнодушными к друг друга. Иногда небольшая хитрость помогает!