|
Идет защита практики. У меня задание было набрать методичку по Delphi (жесть!), ну понятно, что две недели нечего не делал. А ночь перед защитой провел со сканером)))
Ну вот идет защита, каждый со своим заданием. Далее события развиваются следующим образом: Доходит моя очередь. Вставляю флешку. Препод открывает набранный якобы мною док файл. Смотрит. Листает страницы скролом. Тут такая картина: *нормальный читабельный текст смахивает на набранный* ПУАЕ№*ИАШУПА*№ЕАИЗЩАГ ШГАН"АНТВАРВА *нормальный читабельный текст смахивает на набранный* Он выделяет курсором эту ацкую строчку и задает вопрос: "Что это? " Я с умным видом лица нагибаюсь к монику и ловко нажимая кнопку Delete задаю встречный вопрос: "Где?". Группа в истерике, режим "ржунемагу". Препод с еще умнее видом нажимает Сtrl Z, ацкая строчка опять появляется на экране, и с невероятной гордостью говорит: "А вот тут! " |
| 20 Sep 2025 | ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() |
| - вверх - | << | Д А Л Е Е! | >> | 15 сразу |
Абсурд заявления о повышении сбора на утилизацию уже никого не удивляет?
Все негодуют от жадности, но не от абсурда.
Утилизация вообще это что? Распыление автомобиля в термоядерном коллайдере на составляющие атомы — экологично и безопасно? Какой процесс подразумевается?
Вот рядом металл принимают, люди сдают старые кузова
Эта история на самом деле приключилась со мной пару лет назад. Если вы ее уже где-то слышали, то значит, что нарушены мои авторские права.
Ну вот, поставил я как-то свою машину в гараж и иду домой пешком. Время — где-то час ночи. Темень — несусветная. Фонари не горят. Идти недалеко -минут этак десять. Иду, значит, никого не трогаю. Вдруг слышу: "Эй, стой"
Смотрю, выплывает откуда-то из темноты милицейский патруль. Два рядовых и сержант. При рациях, дубинках и всех таких делах. Причём, лица явно интеллектом не обезображены, видно сразу, что призывались из какого-то далекого колхоза "Красная Синька". Ну, остановили они меня и дaвай шмонать: документы, оружие, наркотики, не пьяный ли, а че так поздно и т. д. Ну, чтобы в темноте не рыться, дал я им все документы, какие у меня с собой были: права, техпаспорт на машину и т. д.
(А надо сказать, что техпаспорт у меня был старого образца — такая книжка размером с гражданский паспорт, да еще в твердой корочке — обложке, и еще надо добавить что фамилия у меня немецкая, скажем, Крюгер.)
Ну вот, посмотрел сержант права — вернул.
Потом берет техпаспорт, что-то пытается там в темноте вычитать. А потом так строго и на полном серьезе мне заявляет: "Что-то я не пойму, братан. По правам, ты — Крюгер, а по паспорту — Фольскваген!?"
На днях услышал из уст знакомой (З) замечательную историю касательно платной медицины. У неё случилась неприятность — воспалился глаз. Работает она вахтовым методом в областном центре, а проживает в области и соответственно приписана к районной поликлинике. Делать нечего, записалась на приём в платную поликлинику. Отдав в регистратуре полторы тысячи, отстояв небольшую очередь, заходит в кабинет окулиста (О).
О — А что это у Вас с глазом?
З — Вот видите глаз воспалился и болит
О — Так это Вам к врачу надо!
З — А Вы кто?
О — А я офтальмолог!
После возмущения, знакомой были выписаны какие-то глазные капли. Увидев в аптеке цену за них в 3800 рублей, знакомая решила, что глаз должен вскорости сам пройти, без капель, что и случилось через некоторое время. Теперь вот гадаем, чем окулист отличается от офтальмолога и за что знакомая подарила клинике полторы тысячи своих денег...
Как хорошо, когда первый учитель в начальных классах попадает ПЕДАГОГ. Настоящий мастер своего дела и учитель по призванию.
История не моя.
"Даже не знаю почему, вдруг вспомнила учительницу мл. классов из нашей школы. Она была, возможно уже на пенсии, но ещё работала.
Ходила всегда в каком-то сером или черном платье у которых были впереди огромные квадратные карманы. В них были носовые платочки. В первом классе детишки часто приходили на занятия с соплями, в те годы, (конец 60-х) родители, из-за такой мелочи, как сопли или кашель, на больничный не уходили. Работали.
Район был рабочий, и мы, дети, также после учёбы работали по дому. Так вот, эта учительница не брезговала вытереть сопливые носы своим ученикам, напоить их горячим молоком с маслом и ещё там с чем-то, если была необходимость, приносила из дома вещи своих уже выросших детей, чтобы одеть какого-то ребенка. Мне было 7-8 лет, а моя младшая сестрёнка училась у Тамары Ивановны. Эта была добрая бабушка, и на переменах и девочки и мальчики обступали её стол, и щебетали, как птенцы вокруг своей мамы-курочки. Уже давно нет в живых Тамары Ивановны, но помню её добрую, маму-учителя, которую так любили дети всей нашей школы. "


