А пацаны-то не знают!

Помните? Когда мобильники ещё не были средством связи, а были атрибутом достатка и понтов, мечтой любого гопника был сюжет: в переполненном вагоне элетрички раздаётся громкая мелодия, все удивлённо оборачиваются на источник звука, а он помедлив небрежно достаёт из кармана какой-нибудь сименс в кожаном чехольчике, и сверкая апельсиновым экраном нарочито громко и недовольно говорит в трубку:

— Да!? Слушаю!

Потом такими атрибутами были коммуникатор со стилусом, ноутбук, или дивиди-плейер.

Сейчас смотришь — половина вагона носом или в планшетнике, или в нетбуке, или в электрической книжке. Всяк убивает время по своему.

Уровень благосостояния александровских гопников вырос до небывалых высот.

Никого ничем не удивишь.

Казалось бы...

И вот тут намедни едем с утра, народу не то что бы битком, но и не присядешь. И вдруг гляжу, а неподалёку, примостившись с краешку лавки, сидит вполне себе обычный, неприметного вида молодой человек, и с сосредоточенным лицом, —... вяжет.

Да-да! Разложил себе на коленочках пакетик, и в абсолютном окружении пользователей электронных девайсов сверкает спицами, быстро-быстро нанизывая петлю за петлёй из каких-то ярко-оранжевых ниток.

Ну, с другой стороны, вяжет и вяжет. Необычно, конечно, но чего только в наших электричках не бывает.

Однако дальше. Где-то на Перловке в вагон влетает толпа растрёпанных мытищинских матрёшек, и сверкая глазами в поисках свободного местечка растекается по проходу. Молодой человек поднимает глаза на стоящих рядом дам, сгребает в кучу своё рукоделие, и неловко прижимая его к животу отрывает задницу от лавки. С вполне естественной, но весьма нетипичной для наших электропоездов целью — уступить место.

И тут же (слушайте — тут же!) хор из пяти или шести женских голосов срывается в нестройный крик.

— Нет-нет! Ни в коем случае! Сидите-сидите!

А некая особо зоркая особа из почти другого конца вагона кричит.

— Осторожнее! Осторожнее, молодой человек! У вас сейчас петелька соскользнёт!

Нет, вы поняли, да? Петелька у него щас [м]лять соскользнёт видите ли.

Короче. В связи с вновь открывшимися обстоятельствами срочно возьму несколько уроков вязания. Спицами или крючком. А лучше и тем и другим.

Повторяю — срочно!

Надо торопиться.

Надо успеть удовлетворить свой низменный инстинкт гопника с мобилой.

Потому что чувствую, если так пойдёт, завтра и ниток будет не купить.

Прошу прощения за нецензурную лексику, но из песни слов не выкинешь.

Пошел, в час ночи, в магазин за куревом.

У соседнего подъезда лавочка. На лавочке расположились две личности. По внешнему виду и повадкам — хоныги\бухарики. Пьют, из горла, явно водку.

Весьма оживленно и достаточно громко беседуют.

Далее — расшифровка, части их разговора, с диктофона.

— Х"ли ты мне втираешь! Если есть вещество, есть антивещество, то бл"дь абсолютный, нах"й, ноль тоже, бл"дь, должен быть!

— Да ты за"бал! Приведи, бл"дь, пример!

— А х"ли — космос!

— А х"ли космос!?

— Там, бл"дь, вакуум! Них"я нет! Ноль! Космическую пыль, бл"дь, и х"евы скопления газов — все х"йня полная! В основном, бл"дь, ноль!

— Них"я ты загнул! А корпускулярно волновой дуализм по твоему — х"й собачий!?

Умом Россию не понять...

Была я тут недавно по рабочим делам в КГА (для тех, кто не знает: Комитет по градостроительству и архитектуре), надо было сдать документы в канцелярию. Отстояв огромную очередь, сажусь на стульчик перед столом приемщицы, и пока она регистрирует мою кипу документов, предаюсь размышлениям о жизни своей бренной, а именно, о плачевном материальном положении на данный момент. Как вдруг приемщица, закончив регистрировать и в упор посмотрев на меня, медленно чеканит: "двадцать три тысячи сто два", и отворачивается, продолжая что-то набивать в компьютере. У меня тут же за секунду в голове проносятся мысли о том, что почему меня не предупредили на работе, что придется платить, почему не дали денег, как я теперь буду выкручиваться и т. д. И в этом ключе, абсолютно обалдевше вопрошаю: "Наличными???" На что она перевела вытаращенные глаза с монитора на меня и изрекла: "Нет, Ваш регистрационный номер!" Вся очередь слегла.

В обеденный перерыв побежал в центр и занял очередь за пирожками, наивно рассчитывая ещё и по магазинам проскочить. Но тётка-продавщица больше трепалась с соседкой-мороженщицей, чем торговала. Мои минуты и надежды таяли. В довершение, когда я стоял вторым и уже ощущал ливерный аромат из кастрюли, прикрытой засаленным полотенцем, она завела беседу с дежурившей у лотка дворнягой, слащаво сюсюкая:

— Ну что ты на меня так смотришь?

(.. виляние в надежде хвостом )

— Пирожочек хочешь?

(.. то же, с удвоенной амплитудой)

— не дам я тебе пирожочек

(.. виляние всем телом, голова набок и одно ухо вверх)

— Пирожочек денежек стоит! (назидательно)

Тут я не выдержал и вмешался:

— Он не пирожок просит, он с братом попрощаться пришёл!

Остались мы с барбосом без обеда, но ржание очереди и перекрывающую её отборную тёткину ругань я ещё долго слышал.

Посмотрел на Ютюбе забавный ролик. Идет важное совещание. Докладывает солидный мужчина. Все внимательно слушают. Внезапно у докладчика зазвонил телефон. Он посмотрел кто звонит, включил связь. Мы понимаем, что звонит кто-то важный, пропустить звонок нельзя. "Да. Да. Да, я покушал. Шапку надел. Кальсоны тоже. Да. Я все понял. Буду осторожен.