Подпольная организация "культурного партизанского" движения Urban eXperiment возникла в Париже в 1981 году, когда основатели группы украли чертежи подземного Парижа. Группа анонимных историков, инженеров, художников и реставраторов насчитывает около 150 участников. "Унтергунтер" — ее реставрационная секция. Она чинит то, что государство забросило.
Большие механические часы установили в Пантеоне в середине XIX века. Около 1965 года они остановились и десятилетиями ржавели. По одной из версий часы намеренно сломал служащий, которому надоело их заводить. А в сентябре 2005 года группа Унтергунтер проникла в Пантеон и около года под руководством профессионального часовщика Жана-Батиста Вио тайно занималась ремонтом часов. У основания купола они оборудовали настоящую мастерскую. Механизм разобрали, очистили от ржавчины и изготовили недостающие детали. Циферблат не трогали: для этого понадобились бы устанавливать леса, заметные снаружи.
После завершения ремонта в группе разгорелись жаркие дебаты о том, следует ли сообщать об этом руководству Пантеона или нет. В конце концов подпольщики решили сообщить администрации, чтобы те знали, что нужно регулярно заводить часы. И торжественно передали чиновникам ключ от работающих часов.
Тогда Центр национальных памятников (CMN), управляющий Пантеоном, подал в суд. Он требовал около 48 тысяч евро. Пресса называла участников "культурными террористами". Aдминистрация разозлилась еще и потому, что история показала дыру в охране национальной святыни. Суд над "террористами" состоялся в 2007 году и оправдал Унтергунтер: такого правонарушения, как "тайная реставрация часов", в уголовном кодексе нет, ущерба тоже нет — скорее наоборот.
Спустя 12 лет Центр национальных памятников Франции признал свою неправоту и выделил бюджет на окончательное восстановление механизма. Тендер выиграл тот самый часовщик Жан-Батист Вио, который прекрасно знал эти часы, так как он же их и восстанавливал. Сегодня часы работают.
* * *
Вполне реальная история. Большой завод, который выпускает нужную людям продукцию. Планерка в кабинете у главного директора. Сидят начальники цехов, отделов, идут споры, обсуждения. И тут директор поднимает указательный палец вверх и властным голосом говорит: "Тишина!".
Гвалт в кабинете умолкает, и тут все слышат храп и посапывание начальника транспортного цеха. Он сидит, голову на грудь положил и спит. Начинается смех.
Директор: "Счастливый человек, у меня к его работе претензий нет. Давайте тихо перейдем в комнату для переговоров, не будем мешать спать Игорю Семеновичу". Все встают и переходят в другой кабинет, где споры и обсуждения начинаются снова.
* * *
Академическая смелость — это не "бросить вызов современной науке и гордо плюнуть в портрет Эйнштейна". Это не "пойти наперекор всей научной традиции и взломать понимание о мире". Академическая смелость — это готовность признать свои ошибки и критически рассмотреть свои прошлые труды.
Британский историк-японист Стивен
Тёрнбулл — пожалуй, один из тех, кто сильнее всего повлиял на современный взгляд на ниндзя. В 1991 году он выпустил книгу "Ниндзя: истинная история японского тайного воинского культа", и немедленно стал главным экспертом в этом вопросе. Но на лаврах не опочил, писал один посвящённый японской истории исторический труд за другим, и в 2003 закрепил свой авторитет, выпустив книгу "Ниндзя: 1460-1650 н. э.".
Чем дальше он изучал тему, тем лучше видел: его предыдущие книги были не просто неточными: они фиксировали выдумки, легенды, фантазии пересказчиков, а иногда и художественную литературу, которую он изначально принимал за исторические документы. И к 2015 году он написал критическую статью по своим собственным трудам — "Ниндзя: изобретённая традиция". В которой честно признался, что до этого глубоко заблуждался.
Образ ниндзя начал складываться только после 1581 года, причём исходное событие, повлиявшее на его формирование, случилось в 1541, и за это время успело изрядно обрасти легендами. Современный образ ниндзя сформировался ещё позже — в книгах, посвящённых японскому вторжению в Корею 1592-1598 годов. Фактически же никаких отдельных ниндзя не было — отдельные скрытные операции иногда поручали умелым воинам, но отдельного культа или особых кланов ниндзя, похоже, не существовало, либо же они удивительно профессионально избавлялись от свидетелей.
Вдогон критической статье Тёрнбулл выпустил и книгу "Ниндзя: снимая маску с мифа", она вышла в 2017. По сути, он честно признался, что труд, принесший ему наибольшую известность в непрофессиональных кругах, был ошибочным с начала и до конца. И кажется, он достоин за это уважения.
* * *
Простая классификация людей
Когда я был юношей 20-ти с небольшим (лет, а не то что вы подумали) я выбирал себе компанию постарше меня – с ними мне было интересней. Сейчас на склоне лет избегаю ровесников – они мне сигналят какой я старый. Но и молодые не спешат мне в друзья – волей-неволей приходится общаться с ровесниками-пенсионерами
и воспоминаниями. Не только в зеркале, но и мысленно всматриваться в себя не хочется, но смотря на других пытаюсь делать какие-то обобщения. И вот что я заметил: занятие определенной профессией накладывает неизгладимый отпечаток на человека. Возможно выбор специальности уже как-то отражает специфику человека, возможно наоборот – проработав годы в некоей ипостаси человека склеивается со спецификой это профессии. Конечно, профессий много, но по большому счету их всех можно свести к трем категориям: учитель, творец, инженер. Почему я так считаю? Да посмотрите глубже на любую должность, любую конкретную специальность людей, окружающих вас, и вы увидите, что в конечном счете все сводится к обобщению в виде этих трех категорий. Политик, директор, дизайнер, начальник цеха и так далее – разве все они не суть учителя? Артист, ученый, спортсмен, конструктор, писатель – в конечном счете творцы, они создают что-то новое. Строитель, продавец, водитель, менеджер, врач – по сути инженеры, они берут указания и воплощают их в некое дело, продукт, событие. Конечно, всматриваясь в детали конкретного случая можно усмотреть иногда определенную двойственность. Ну например, дизайнер СОЗДАЕТ новое платье и УЧИТ других так одеваться. Менеджер по продажам этого платья может придумать (сотворить) новый прием его втюхивания. Но если абстрагироваться от мелочей категорий только три.
Не претендуя понравиться каждому попробую кратко охарактеризовать эти три категории по главным признакам.
Учитель. Он изначально знает, что владеет истиной в конечной инстанции. Говорит громко и настойчиво, другие мнения отвергает. Лезет в чужие дела, его не касающиеся. У него нет сомнений в том, во что верит, разве что инструкция сверху может поменяться и тогда его уверенность тоже поменяется на 180 градусов.
Творец. Ему скучно без дела. Даже когда можно расслабиться (например на пенсии) ему нужно что-то создавать. Он может любить вспоминать прошлые творения своего ума и рук, но теперь он видит в них недостатки. Он чаще смотрит вперед, чем назад даже если ему под сто.
Инженер. Этому мешают и учителя и творцы. У него есть навык, проторенный путь и его раздражает необходимость переделывать сделанное, ему нравится повторить. Рутина его не раздражает, он хочет новое превратить в рутину.
Как вам такая классификация человеков?
* * *
К вопросу о радиостанциях.
В свое детство/юность жил на юге Башкирии, поэтому по радио ловились всякие индусы и всякие другие азиаты, про голоса знал, но не слышал Поэтому когда стал московским студентом, стал по возможности слушать всякое. И в 91 году на средних волнах открыл радиостанцию SNC, боже мой, какое музыкальное разнообразие.
С нетерпением ждал передачу "Здрасьтенафиг! Квачи прилетели! "с Акакием Назарычем Зирнбирнштейном и Торвлобнором Петровичем Пуздым. Жаль, что недолго. Как я понимаю, попытка переехать со средних волн на УКВ окончилась неудачно.
В конце 90-х с удовольствием слушал радио "101", была куча интерактива, я даже дозванивался до эфира и было несколько выигрышей — от бутылки вина до билетов на презентацию Джека Дениелся в казино, и на Тину Тёрнер в КДС. Жаль, тоже закрылись, перешли на интернет-вещание. После этого появившееся "Наше Радио" выглядело хоть и свежо, но немного однообразно. Зато "Чартова дюжина" поначалу была шикарной. Но потом как-то все съехало в попсу (ну, не попсу, но такое все "гладкое" и немного однообразное). Козырев же не останавливался и отжёг, запустив Радио Ultra с незабываемой Шабановой Раисой Ивановной на "Шоу-тайм". Нехило так — в 70 лет жечь глаголом на тяжёлой радиостанции. Жаль, что недолго. Я не сторонник тяжёлого рока, но разнообразие передач впечатляло. Жаль, что 7 ноября 2004 года все закончилось Мэрилином Мэнсоном — "Rock is dead".
Позже как-то явно не было лидеров для меня — больше нравились отдельные передачи. Например, я был очень удивлен, когда Силлавин и Бачинский переехали с радио "Максимум" на "Маяк". Как? Маяк, который я слушал в деревне начиная с 80-ых, стал преображаться. По пятницам стал обязательно к прослушиванию днём Матецкий с его разнообразными рассказами про музыкальный бизнес и прослушиванием Битлов, Чернавского, Мэнсона, или какой-нибудь американской эстрады. Да и МузДок хорош — ка исторической дате ведущий находит что-то этакое — от нового релиза до фестиваля.
В одну из поездок в Питер открыл радиостанцию "Эрмитаж" — такой контраст — классный разнообразный джаз, не чета московскому "Радио Джаз". Кстати, под "Эрмитаж" меня оперировали в Военной Медицинской Академии — после нескольких дней транспортировки с Донбасса оказаться на операционном столе с подогревом, да ещё успокаивающий эфир "Эрмитажа"... Благодать.
Нонеча, конечно, с одной стороны, большое разнообразие в эфире — от рОкового Максимума до классического Орфея и литературной Классики. Но все чаще слушаю Яндекс. Музыку — хоть и неполная коллекция, но разнообразная. Резюмируя, российские радиостанции прошли достаточно интересный путь развития, и мне кажется, сейчас можно найти почти любой подходящий стиль для себя. А если нет - то под рукой есть интернет.
Курьёзы ещё..
