|
Как выбрать псевдоним
Допустим, вы решили стать писателем. Для начала неплохо бы выбрать псевдоним. Можно взять пример с тех, кто собирался сеять разумное, доброе, вечное. Но что делать, если эта стезя не приносит желаемых плодов? Можно попробовать сеять противоположное. Правда, здесь ниша уже занята Лимоновым. Да и второй апельсин, как известно, продать труднее первого. Тогда стоит поискать что-нибудь из благородного. Например, имя человека, который хотел поднять уровень отсталой негуманной цивилизации до своей родной. Только следует взять его идеалы и вывернуть наизнанку: вместо просвещения — злоба и ненависть, вместо развития — деградация. Разумеется, потребуется добавить побольше хамства. Ведь когда не удаётся сохранить хотя бы видимость смысла, приходится компенсировать это выразительностью (в буквальном смысле) изложения. Попробуйте сами, если вам потребуется доказать, что 2? 2 = 8. |
| Новые истории от читателей |  |
| - вверх - | << | Д А Л Е Е! | >> | 15 сразу |
414 лет назад завершились самые тяжелые 15 лет в истории России. Позднее их назовут Смутным временем. Полтора десятка лет без власти, с клубком продажных бояр, с унижением традиций и веры, с реками крови и оккупацией. Казалось, будто Россия уже в прошлом, а впереди — новое беспросветное Иго.
Но лихие времена рождают не одних лишь чудовищ. Огнем побед и поражений закаляется народ. Когда шкурные интересы выше интересов страны, когда любовь к власти сильнее любви к Родине, только народ, да и Господь Бог, способны изменить ход истории. Больше надеяться не на кого.
Сегодня, спустя четыре века, народ наш снова очищает землю от оккупантов и примкнувших к ним предателей. Сегодня, как и во времена Минина и Пожарского, невозможно победить врага "одной левой", когда меньшая часть в ополчении, а большая — что-то бесконечно празднует. Сейчас, как и тогда, единство — не ловкий политтехнологический прием, а единственная формула выживания.
Каждый год, прожитый в мире, щедро оплачен русской кровью. Никто и никогда не приносил нам мир на блюдечке. Его вырывали в боях, не обращая внимания на цену. Именно поэтому каждому воину, этой всегда живой части русского народа, глядящей на нас из вечности, мало сказать "спасибо". Они свое сделали. Пришел наш час побеждать. А победим — вот тогда и отпразднуем.
Пётр Толстой (с)
Открестилась от меня родная советская армия. Всего 52 года. А всё из-за такси, где лет пять уже изображаю бурную деятельность. В военкомате что-то отмечали, ответственная, в жизни очень степенная женщина, наклюкалась. И хотелось ей может на Мальдивы к мускулистым латиносам в надёжные объятья, но никого кроме таксиста под рукой не оказалалось. И деньгами заманивала, и кущи райского сада пыталась показать. Срам господень. И в качестве устрашения сказала, что тут же на СВО загремлю. Напугала колючая проволока ежа, который трижды пытался влиться в ряды. Но на войне нужны молодые и здоровые, хотя тащат то её все. Отказали. Даже по знакомству не вышло. Предложили максимум — волонтёрство. Чем могу помогаю, не в этом дело. Может протрезвела, может личное дело прочитала. А там нечего читать, там пусто. В отдельной папке в сейфе у военкома с пометками, которые не озвучу. Пришло извещение, не нужен. То ли это женское раскаяние, то ли это женская месть? Хуже нет подумать, что через неудовлетворенный женский половой орган от меня Родина отвернулась. Отменила моё личное право на массовый героизм. Максовский приапизм бы помог, или Марковича, получить путёвку на раскрутить рулетку. Ну нет в этом юмора.
Когда я поступил в Пермский университет им. Горького ("старейший на Урале"), нас первым делом отправили в деревню Киселево на Сылве.
Там мы месяц и десять дней занимались уборкой картофеля. Весь сентябрь и десять дней октября. Хоть дождь шел, хоть снег, мы убирали картофель.
Трактор с копалкой выкапывал из земли. Девушки собирали его в мешки. Парни парами хватали мешки и забрасывали в машину.
Хорошо, если в машину. Еще были огромные тракторные телеги, борт которых на высоте примерно 2 метра. Вот туда забрасывали.
Кормили хорошо, особо запомнился очень вкусный творог.
Жили в каких-то старых избах, готовили сами дрова.
Вечером, кто умел, играли в преферанс, шахматы и просто развлекались, чем могли. Кто-то жарил пойманных голубей, кто-то спал на сеновале (было очень холодно спать там).
С нами же был какой-то доцент и несколько третьекурсников. Третьекурсники делали все тоже, что и мы плюс делились с нами знаниями и опытом. Доцент был экспертом по преферансу.
Обратно шли сначала пешком до Пермь-Серги (красивейшее место), оттуда на автобусе, потом из Кунгура в Пермь на электричке.
Такой вот был мехмат.
А вы: тимбилдинг, тимбилдинг. Херня этот тимбилдинг по сравнению с нашей картошкой
Вячеслав Добрынин вспоминал, что однажды они возвращались из загородной поездки вместе с семьёй поэта-песенника Михаила Пляцковского и остановились у обочины купить малину. Всю дорогу Михаил Спартакович смотрел на ягоды и что-то бормотал себе под нос. Оказалось, он прямо так, на ходу, складывал строчки. Так и появился будущий хит "Ягода-малина" — будто бы из случайной покупки на обочине.