А замечал ли кто, как странно выглядит ваш город ночью? Как меняются, казалось бы, знакомые до мелочей места?

Или, уволишься вот с работы, где провел годы, излазив всё, а через месяцок потом забежишь за справкой, и видишь все по-другому? И тут или вздохнешь ностальгически, или сплюнешь, увидев, на какую хрень потратил часть жизни.

Много, много удивительного вокруг. Вот, вроде трезвый, стоишь на балконе, и наслаждаешься единственной в день сигаретой. Заходишь обратно. И вдруг видишь жену новыми глазами. И вспоминаешь внезапно, что вы вместе уже больше сорока лет. И то, как она тебя лечила. И от пьянства спасла. И от самоубийства, когда все потерял и светила зона. И детей практически сама вырастила, пока ты все гнался за рублями. Или спасал производство неделями. Как была равнодушна к ювелирке. И что не истерила никогда о загубленной жизни. И как сейчас она целыми днями хлопочет, готовит, и уютничает. И как тебе вообще повезло с ней. И как ты, скотина, воспринимал это, как должное.

А сейчас сидит на кухне, щурясь в свой старый крохотный телефон, и сюсюкает с внуками по сети...

И вдруг подавишь непроизвольный всхлип. И тихо скользишь к себе за стол. Где никто не увидит слез. И, не раздумывая, покупаешь ей самый новый айфон. С самым большим экраном. И похрен, что в кредит, и что здоровье не то, и денег — от пенсии до пенсии...

Как-нибудь вывернусь.

Ее радость стоит дороже.

Смотрю по каналу Дискавери передачу "В ожидании конца света". Про придурков, кои готовятся к глобальному апокалипсису. По мне так — если полярный зверь, сиречь песец, полный - то готовиться бесполезно, а если песец не сильно упитанный - то и без подготовки переживем. Но фикус не в этом. Особенно мне понравились два эпизода

— Человек в бункере заготовил 2 тонны туалетной бумаги. Видимо грязная задница для него — гораздо более страшная вешь чем отсутствие жратвы.

— Мадам, рассказывая, как она тренируется пешком рвать когти из Далласа в Мексику, говорит что по ночам будет подсвечивать путь фонариком "чтобы не вступить в грязь"...

Рожденные в СССР, cдается, что такой конец света — без пипифакса и с лужами на дороге — для нас есть шанс просто не заметить...

Мама очень обижается, что я охотнее общаюсь с женой папы, чем с ней. Они развелись, когда мне было 7, через два года папа женился на другой. Новая жена не пыталась меня очаровать, собственно, этим и очаровала в итоге.

Как-то маме пришлось на полгода уехать, и я переехала к папе. Я была в шоке оттого, как, оказывается, может быть! Что в мою комнату сначала стучатся, а потом входят. Что ссоры с подружками — нормальный повод для грусти, и никто не орёт, что я по мелочам плачу. Когда мачеха узнала, что меня задирал одноклассник, сын учительницы, она не отмахнулась, как мама, а пошла на разборки к директору. Не знаю, что она там сказала, но и мать, и сын меня больше не трогали. И таких примеров миллион!

Спустя 10 лет я с большим удовольствием провожу время в доме отца, праздники, общение, чувствую себя в безопасности у них дома. У мамы же до сих пор придирки ко всему, обиды, манипуляции здоровьем. Устала ощущать себя неблагодарной дочерью за то, что мачеху люблю больше.

— Накрылась моя премия, похоже

— Чего опять?

— Пришел интернам лекцию читать. С бодуна, не в духе, очки забыл. Захожу — опять 25: доска в каракулях, сидят, болтают, половина опаздывает. Гаркнул на них, стер, написал задачу, говорю: "Чтоб через 15 минут решили". И ушел пить кофе и за очками в машину.

— Вернулся — сидят, двадцать стеклянных глаз смотрят в никуда. Спрашиваю, где решение. Мычат что-то невнятное, на мотив "я им задачи не давал", и в доску тычут — чистая.

— А куда ж я тогда пришел? Оказывается, в переговорку напротив, где заседание Совета директоров. Стер их стратегическую писанину, рыкнул: "Хватит херней заниматься, вот, задачу решайте", — и вышел, хлопнув дверью.

— Мда, молодец.

— Дальше — хуже. Генеральный у нас — тролль еще тот. Сказал, дескать, дело чести, коллеги, ведущий специалист просит — надо решать. Вот они там пыхтели все вместе над ограниченным поиском, родили десятистрочник на Питоне, и позвали проверять.

Стою на регистрации рейса во Франкфурте. Вокруг меня толчется групка "наших" человек в сорок. Самолет маленький — ЯК-42. Регистрироваться они не торопятся — багаж пакуют... Как это делают наши — думаю, это стало уже привычной картинкой. Пластиковые пакеты, рулоны скотча... Стоит скрежет разматываемой липкой ленты.

На весь вокзал.

В сорок пар рук.

Вокруг толкутся таможенники.

Наблюдают.

Местная публика оглядывает все это с плохо скрываемым недоумением.

Кто-то из толпы спрашивает:

— А чего это они там делают...

Ответ оттуда же, почти дословный перевод с немецкого:

— А это шоб собаки гер@ин не унюхали...

Лица таможенников каменеют и все МЕДЛЕННО поворачиваются к источнику шума. ..

Багаж паковали два раза...