Так как я в нашей фирме занимаюсь написанием руководств по эксплуатации, начальство доверило мне обязанность написать об этом случае. Наша скромная контора специализируется на корпоративных базах данных и системах удалённого управления. Так как у нас иногда бывают довольно крупные заказы (в основном от нефтянников), то нас очень часто проверяют различные ведомства – налоговые, пожарные, какие то финансовые инспекции. 30 апреля нас в очередной раз проверяла налоговая полиция. Шефа в конторе не было, в холодильнике стояла скромная 30-литровая кега с нефильтрованным пивом (завтра первое мая). В контору ввалилсь два молодца с автоматами, два мужика в гражданском и какой то тип с лицом боксёра, но в очках. Строго по инструкции мы отдали им ключи от сейфа и бухгалтерский компьютер. Девушке Наташе было поручено ответить на все вопросы. Пусть копаются – всё чисто, как у беременной после аборта. Гвардейцы пошли курить на площадку, налоговики углубились в 1С, а боксёр подошёл ко мне и спросил где начальство. Я ответил, что начальство празднует 30 апреля, но есть заместитель, что он пишет прогресс репорт в шефовском кабинете, и что в принципе все вопросы можно решить без него. Он достал ксиву (чёрную с золотым орлом), сказал, что он из BSA, и что уполномочен проверить "легальность используемых нами операционных систем и прикладных программ". Надо сказать, что в этом отношении у нас тоже всё честно. Все коробки покупаются, все регистрации заполняются и отсылаются. А лицензионные диски мы бережём – ставимся с обычных ;-). Достаю я ему папочку, куда аккуратно сложены бумажки от пятиюзерской винды2000, одного офиса2000, корпоративного борландовского бандла (там много перечислять), и ImagelibCS (пережиток молодости – теперь мы пишем всё сами). Окинув взором офис он пересчитал компьютеры и заметил явное несоответствие. Компьютеров было в два раза больше. На долгие причитания о том, что сейчас нас всех будут вязать, чиф-программист объяснил ему, что на остальных машинах и сервере стоит UNIX, а на UNIXе – Kylix. Боксёр ответил, что он ясно видит винду, и что сейчас он нас оштрафует на сто тыщ баксов. Его подвели к компу и показали IceWM (он был отшлифован так, что кроме надписи на кнопке "Пуск" и логотипа от винды не отличался). Убедившись, что его не дурят он сказал замечательную фразу, от которой пол-фирмы ушло курить, так как сдерживаться больше не могли. Он сказал: "Хорошо, покажите лицензионное соглашение". Некурящий чиф-проггер начал ему объяснять, что такое Public GNU, но тщетно. Тогда мы напечатали ему этот замечательный документ на русском языке. Он сказал, что это подделка, и что нашей фирме придётся закрыться. Через 15 минут препирательств мы выяснили, что на настоящей лицензии должна быть печать, каковую ему и поставили. Он сказал, что она всё равно ненастоящая, но с печатью нашей фирмы это официальный документ, и что он приложит его к делу, и что зайдет после праздников. Засим мы и расстались. Полное сарказма и издевательств анонимное письмо ушло в BSA через 20 минут. Вечером, за пивом с копчёным муксуном, шеф, после выслушивания отчёта о происшедшем и проржавшись после рассказа зама о том, как к нему в кабинет ввалилась толпа программистов с требованием немедленно поставить печать на GNUшную лицензию, напечатанную на лазерном принтере, отдал приказ немедленно сменить IceWM на любую другую оболочку. Теперь ждём с ужасом конца майских праздников.

Но это была ещё не самая замечательная проверка. Верхнюю строку в нашем рейтинге стойко держат два санитарных инспектора, проверявших излучения жидкокристалических мониторов чем то похожим на детектор нечистой силы из фильма "Охотники за привидениями", и заявившими, что излучения в два раза выше нормы, но они готовы "всё покрыть". После того, как их заставили расписаться в "Журнале проверок" — злобном изобретении секретарши Наташи, в котором она фиксирует всевозможные проверки различных ведомств, и в котором есть такие замечательные графы как "Выявленные нарушения" и "Уплачено в качестве компенсации", они быстро ушли не взяв денег.

Пожарные к нам не ходят: у шефа есть пунктик – огромные огнетушители по углам офиса. Пожарные просто в осадок выпадают от одного их вида.

Была y мyжика автомобильная сиpена с независимым питанием. Где-то он с пpиятелями напился в дpыск. Сам ехать yже не мог, машинy пpиятели повели в гаpаж ставить, а хозяинана заднее сидение положили.

(Эти пpиятели мне истоpию и pассказали в тот день, веpнее ночь)

Hy вот. Пpиехали к гаpажам. Тачкy заглyшили и стали гаpаж откpывать.

Откpыли гаpаж, а тачкy заново не завести — секpет там какой-то. Тыpкались-тыpкались, пока не сpаботала сигнализация и завыла сиpена. Хозяин пpоснyлся на заднем сидении, двеpь откpыл и yбежал с пеpепyгy.Hочь. Коопеpативные гаpажи. Сиpена оpет, один гаpаж откpыт, машиначyжая. Хозяина нет. Пpиятели испyгались, что пpиедyт менты — заломают, пока им об"яснишь, что к чемy. И стали они сиpенy выключать. Капот откpыли, и пpовода от нее отоpвали — так она все pавно оpет, подлая!

— И чем дело кончилось? — я их спpашиваю. А они так смyщенно:

— Мы ее отломили от машины и закопали. Она и из-под земли оpала, но yжетихонько. А потом и хозяин веpнyлся. Обошлось.

Вчерашней байкой о креплении зеркала для лазера на пластилин навеяло:

В одном НИИ то ли на закате советской социалистической власти, то ли на восходе российской капиталистической решили закупить очень сложный, высокоточный и дорогой импортный микроскоп. Как водится оформили техническое задание, провели тендер, а может просто отдали на

Немного о белках

В прошлые выходные ходили с семьёй в наш местный лесопарк. Западный Урал, начало июля... Погода стоит отличная: солнечно, но с переменной облачностью, двадцать четыре градуса. Самое то для прогулки.

Парк этот — на окраине города, но облагороженный: асфальтированные дорожки, скамейки, фонари. Всё как в настоящем парке, только

13 сентября 1965 года легендарные The Beatles выпустили сингл своей знаменитой песни "Yesterday", которая вошла в альбом "Help!". Лирическая композиция о вчерашнем дне стала классикой, а каверы на нее записываются чаще, чем на любую другую песню.

Мелодия, которой было суждено стать легендой, пришла в голову Полу Маккартни однажды с утра: он проснулся, сел за фортепиано и начал играть. Музыкант опасался, что песня может оказаться плагиатом и в течение месяца обращался к разным экспертам, чтобы удостовериться, что ниоткуда ее не позаимствовал.

Пол говорил: "Помню, я считал, что людям нравятся грустные мелодии, что в одиночестве им становится немного печально, они ставят пластинку и вздыхают. С этими мыслями я и написал первый куплет, все слова встали на свои места, и песня получилась"