Жил я как-то в общаге с индусом и китайцем (в Иерусалиме). Оба — люди серьезные, доктора, индус — вообще журналист международный, но по характерам — люди совершенно разные. Китаец — тихий, серьезный, весь такой предупредительный, индус же — полная противоположность: веселый, общительный, не дурак выпить, и за словом в карман не полезет.

В общем, как-то уехал я к девчонке своей на каникулы пасхальные (2 недели), в другой город, ниче оторвались, покупались, в походы походили, и вот настает последний день каникул — у меня раздается звонок, на том конце — индус, голосом типа — как вы меня все достали, сил моих больше нет и тому подобное... , заявляет: помнишь, у тебя авокадо в холодильнике лежало еще за неделю до каникул? Я — да, да! хочешь скушать?

— Какое нахрен скушать???!!! Оно сгнило в холодильнике через пару дней после твоего отбытия, и воняет по черному на всю кухню!!!

— Ну! пардон, так а че не выкинули?

— Да китаец не дает, блин! говорит, что полка в холодильнике твоя, и мы должны чтить твое право на личную жизнь, и право кушать, что ты хочешь, и как хочешь, и вообще призывает меня быть терпимее!!! а оно так воняет, что я уже соседей не могу на хату пригласить!!!

Короче, пришлось позвонить китайцу и сказать, что можно выкинуть, а также поблагодарить за заботу Улыбка Вот оно, конфуцианство во плоти!

Дело было на военке. Писали контрольную по топогеодезии — единственную за весь семестр. Т. е. , именно оценка по этой контрольной и будет определять общую оценку по всему курсу. Я думаю, не стоит объяснять любовь студенчества к военной кафедре. Дополню только, что военная кафедра помещалась за городом, на другом берегу реки, в лесу. Доехать до неё можно было лишь ОДНИМ маршрутом автобуса, который в зимнее время ходил крайне нерегулярно. Народу в него набивалось — как снега в тайгу. Да и пройти в неурочное время на эту самую кафедру было затруднительно — секретность ведь! Т. е. , если контрольную не напишешь на 3 балла — готовься к худшему. А теперь — сама история.

Написали мы треклятую контрольную и, замерев, ждём оценок. Материала никто, разумеется, не знал, поэтому тишина мёртвая. Наконец, майор, откашлявшись, начинает с начала списка. "Андреев — три! "О, блаженство! Андреев орлом глядит на нас, улыбаясь. Остальные завидуют. "Антонов — три! "Та же реакция. Двоек пока нет. Вдруг раздаётся "Асанов — два!". Мёртвая тишина. И тут с задней парты раздаётся крик отчаяния и боли, крик глухаря, подстреленного на взлёте, охотника, угодившего в собственный, но медвежий капкан. "[м]лядь!". Даже в те времена подобными словами на занятиях не бросались. Но майора, похоже, проняло и он, неожиданно подобревшим голосом (а может с ними только так и надо? !) роняет: "Ладно, три".

Жена работает медсестрой в клинике. Далее с ее слов.

На пост приходит звонок — вызывает пациент — старенький очень милый дедушка 96 лет от роду, бывший капитан океанского лайнера, а ныне пенсионер с легким Альцгеймом. Вхожу к нему в палату. Дедушка просит принести ему яблочко из шкафа, т. к. сам передвигается уже с трудом и поэтому в основном лежит в кровати. Я приношу ему яблоко, слежу чтобы он аккуратно его съел и ухожу из его палаты.

Минут через 10 снова звонок от дедушки, захожу к нему, вынимаю у него из рук кнопку вызова. Дедушка интересуется погодой на улице (видимо надумал погулять). Подробно описываю ему погоду, дедушка благодарит, выхожу из палаты.

Проходит около 15 минут и снова на пульте появляется вызов от дедушки. Вхожу в палату, принимаю кнопку вызова у него из рук и узнаю, что он о чем-то хотел спросить, но уже забыл и извиняется. Раскланиваемся, я выхожу.

Через короткий промежуток времени опять вызов от дедушки. Вхожу и интересуюсь что он желает на этот раз, а дедушка и спрашивает:

— Дочка, а вот эта кнопочка, которую я периодически нажимаю, для чего она?!

Р.S. медсестра — японка, клиника в Токио.

Дело было на самом деле, прошу не вспоминать подобное.

Поехала я с мамой, она у меня водитель, в командировку. Едем по трассе, впереди нас запорожец, да еще и дорога узкая... Ну и так как дорога между леса, то, как и следовало ожидать, из этого самого леса вышел лось. Причем не хилый. Мы тащимся за запорожцем, а лось в это время перешел

Товарищ недавно рассказал. В советские времена на последнем курсе института был он на практике на какой-то ГРЭС. Поставили их там клеить какую-то фигню вроде тонкой изоляционной плитки. Плитка была импортная, и к ней шёл клей в тюбиках специальный. А у буржуев всё точно рассчитано, что на энное количество кв. метров положено столько то тюбиков клея – не больше, не меньше. А тюбики красивые, да и клей в хозяйстве штука нужная. Вот один крендель тюбик и заныкал. А раз так, то клея, естественно, не хватило. Начальство же ни в какую не хочет давать ещё клея, более того грозится со всех снять кучу бабок и не выпускать за ворота пока клей не найдут. Кто-то видел краем глаза, что клей взят соучеником. Потихоньку залезли к нему в шкафчик, взяли клей, а ему подложили какашку в полиэтиленовом пакете, завёрнутую в ту же газету, в какую был тюбик завёрнут. Доклеили наконец. Пошли уже домой, но всех на эту крысу недовольство точит – подставил то он весь курс. Ну и потихоньку стуканули мастеру, что этот чёрт будет что-то выносить через проходную. Идут они все, несуна тормозят: — Покажь, что несёшь! Он, поняв что его раскололи, но ещё не развернув пакета, начинает канючить: — Ну вот знал же, что добром не кончится! И на фига я на это говно польстился?!!