Свежие истории от 12 июня 2026

власть в свои руки. Подстригли элитного пуделя. Покрасили элитных мэйкунов. В аквариумах кроссовки и айпады. Телевизоры в помаде. По элитным коврам на велосипедах. В саду кто то насрал, но пудель молчит. После такой стрижки ему можно всё. Так считает он. Мэйкуны ползут отмываться в элитный бассейн. В нём уже откисают микроволновка и газонокосилка.

Дом держит оборону из последних сил. Мать в шоке. Ей надо после операции лежать, чтобы новая грудь не сползла под тяжестью своего нового третьего размера. На происходящее она смотрит охуйевшими глазами со свежим татуажем бровей в размах крыльев чайки, и шлёпает утиными губками …. Какой писдец, какой писдец…, спасаясь MOЁТом и электронной сигаретой.

Приезжает на сеате ибица рекомендованная мной уборщица. Молодая. Ответственная. Очень порядочная. Честная и трудолюбивая. Дети дома с бабушкой учат испанский и помогают по хозяйству. Две собаки из приюта. Три кошки уличные. Все живут в любви и уважении друг к другу.

Девушки знакомятся.

Уборщица вооружена набором для мытья унитазов, окон, полов, перчатками, швабрами, в маске.

Хозяйка дома вооружена двумя айфонами, розовым и золотым, кольцами с брюлами к карат на каждом пальце, часами от РОЛЕХ на розовом золоте и чупа чупсом, чтобы не забывать навыки. Хотя два порша уже есть.

Уборщица вставляет наушники и, не глядя на часы идёт в бой.

Потягивая чупа чупс, барыня засекает секундомер.

Периодически указом пальца в кольце от ШАПАРД, с наконечником острого розового со стразами маникюра, уборщице показывают где получше отмыть и поглубже залезть для качественной отмывки. Молча, ибо рот занят чупа чупсом. Девушка работает на совесть, периодически поглядывая на заставку с треснутым экраном своего ХУАЙВЭЯ. На заставке сын, дочка и собака. Это её мотивация. Она работает ради них. Пишет им… Люблю вас, мои солнышки, и продолжает работать.

В обед хозяйка разрешает сделать ей перерыв. Ей привозят из ресторана еду. Ой, простите, из элитного ресторана. Уборщица достаёт из рюкзака пластиковый контейнер с гречкой и двумя котлетами. Кушают. Барыня угощает кофе, или кофем ( не знаю точно как правильно). Жалуется на трудности жизни! А их, к сожалению, реально дохуйищща….. хочется поменять плитку в бассейне на розовую с рисунками, а для этого надо отсосать всю воду и пригласить из Италии мастеров, а потом снова заполнить морской водой…. Такие расходыыы, миу…. Надо поменять старый, двухлетний порш на новую теслу… тоже муж для этого поехал поработать на Рублёвку…. Надо сделать новые зубы, но не в Испании, и это такой гемор выбрать в какой стране и какой цвет…. Надо в конце следующей недели встретиться с подружками в Клубе Марбелья и для этого у меня нет платья, и я в депрессии от того что не могу определиться какое купить, от ХЕРМЕС или ГУССИ. Не могу ж я пойти в тех, которые уже Одевала.

Уборщица слушает и доедает гречу.

Ещё пять часов и дом восстановлен.

В общем зачёте десять часов с половиной.

Со своими моющими средствами!

Договаривались на 15 евро в час.

Начинаются торг и слёзы.

Чупачупс убеждает что видит паутину в углу пятиметрового потолка, унитаз не под цвет зубов вымыт, волос на полу, тарелки в посудомойке не так сложены как надо, цветы не политы из фильтра, за диваном вроде пыль, коты не отмыты……. не могу дороже 12 евро в час, последние отдаю, прости и пойми.

Девушка берёт за свою работу молча.

Звонит мне, не плачет, но устала и обидно.

Я доплачиваю полтос, восстанавливая справедливость. Она сдачу. Я ни в какую.

Поздно вечером звонит чупачупс и благодарит за прекрасную уборку и такой дешёвый и качественный подгон. Я обычно в таких случаях просто говорю ХРАНИ ВАС БОГ, но тут не удержался, послал нахуй.

По звуку понял, что чупачупс застрял в горле.

Но тут я уже ничем помочь не могу!

Уборщице отвёз пакет корма для кошек и цветы. Мужу вискарь.

Хорошие люди.

И дети будут хорошие.

Я уверен.

Он, когда с женой разводился, квартиру ей оставил, а сам перебрался жить к себе в гараж. Ну как гараж – в Америке это вполне могло бы получить название "таунхауз". Двухэтажное строение, первый этаж- гараж и небольшая мастерская, а второй- жилой блок с санузлом и миникухней. Там таких блоков десятка два в ряд было построено.

Я как-то был у него в гостях – и видел развешенные и расставленные по стене медали и кубки- за участия в соревнованиях. Были там и иностранные- причём в немалом количестве. Впечатляет.

— Ден, говорю, а ты в ралли Париж-Дакар не участвовал?

— По отбору не прошёл. Там строго очень. Мы с напарником тогда подзалетели с пьянкой — нас в комиссии даже не рассматривали. А жаль. Такое раз в жизни бывает.

Я так понимаю, что именно после того случая он ушёл из команды и из клуба – вообще, завязал с большим спортом. Но ухитрился забрать с собой свой персональный, гм, автомобиль.

Внешне это выглядело как Жигули-восьмёрка. Но если присмотреться, колёса большего диаметра и широкопрофильные. Стёкла тонированные, и никому не видно, что машина двухместная, потому, что весь объём за креслами, включая багажник, занимает собственно двигатель. Усиливающая стальная рама внутри, антикрыло на багажной дверце, кресла спортивные – голову не повернёшь, и ремней не один, а четыре – застёгиваются на пузе – как у парашюта. А передний объём, где раньше был движок — там только бак с бензином и утяжелитель, чтоб к асфальту лучше прижимало.

— Это для тренировок тачка, на соревнованиях там другие аппараты — Петрович говорил.

Любил он свою машину, возился с ней постоянно. Сильно не гонял – соблюдал правила.

Я, когда первый раз с ним проехал, не мог понять, зачем у кресел так сделаны — не знаю как назвать – подзатыльники?

Действительно, голову не повернуть. Позже узнал. О чём, собственно, и история.

Получилось так, что мне надо было съездить в Сосновый Бор – это город так называется, где Ленинградская атомная. От Питера километров восемьдесят. Сейчас уже не вспомню, что там было у меня со своей машиной – отдал на техобслуживание. Ну ладно, думаю, доеду на электричке.

Мне ещё с Денисом надо было договориться – дела у нас были, по мелочи. Позвонил ему, пообщались, и в разговоре я упомянул, что надо ехать, а машина на лечении.

— Так тебе в Соснобыль? (Питерский ехидный вариант названия города) Поехали вместе – мне тоже туда надо.

Вот как удачно. Договорились, где встретиться, я добрался на метро, подождал. Во, гляжу, машина его приближается.

— Привет, садись.

Втискиваю задницу в это суперэргономичное кресло.

— Как ты вообще на таком ездишь? Жопа, как в тисках, голову не повернуть?

— На маршруте, на скорости, башкой вертеть смысла нет — всё равно ничего не разглядишь. А болтает так, что есть шанс этой башкой о раму треснуться – тут сотрясением не отделаешься.

— Весело у вас в большом спорте…

На выезд из Питера двигаем по проспекту Стачек. Ден едет быстро, но вежливо, чисто и грамотно обгоняя нерадивых водителей, предпочитающих дремать за рулём.

— О, погоди, заправиться надо. У меня бензин кончается.

Надобно отметить, что для тренировок использовался не бензин, а жуткая высокооктановая смесь, увеличивавшая и так запредельную мощность двигателя вообще до космических параметров – черт его знает, не помню из чего – мне Денис рассказывал. Но на бензине этот пепелац тоже ездил.

Заезжаем на заправку. Я сижу в кабине, Петрович стоит у колонки. На заправку заваливает классический бандитский автомобиль – тонированная БМВ пятой серии, из машины вылезает стриженый бугай с золотой якорной цепью на бычьей шее, и неспешно направляется к нам.

Я не слышал всего разговора, слышал только окончание. Бандюган кладёт нам на капот банкноту в сотню долларов и веско так заканчивает.

— И вот что, братело, если я тебя сделаю, а я ведь тебя сделаю, ты мне две таких отдашь.

— Договорились — это Ден отвечает.

Садится в машину, скептически смотрит на меня-

— А ну, пристегнись-ка. Давай, давай, ремни затягивай, они регулируются.

Оказалось, он обогнал этого братка, и тот маленько огорчился. Как это, его БМВ какая-то Жигуляка кинула?! Они договорились устроить гонки по трассе: если до Ломоносова БМВ восьмёрку не обгонит, деньги остаются у Дениса. Бандюга думал, что у него позиция беспроигрышная, но он же не знал, с кем имеет дело?

До выезда из города скорость держали около ста. Потом БМВ дал сигнал, и мы стартанули.

Надобно отдать должное бандюку, он был, действительно, неплохим водителем, продержался у нас на хвосте почти полторы минуты. Потом на шоссе стало посвободнее, и Петрович втопил газ на полную.

Вот тогда я понял, что значит "спортивная езда". Ничего общего с обычным лихачеством – но при скорости за двести встречные и обгоняемые автомобили шарахались от нас, как от чумы – моргали фарами, сигналили.

Этот, блин, вдребезги перезаслуженный спортсмен, мать его, шёл на обгоны с математической точностью – не дёргаясь, не делая лишних движений, уверенно и аккуратно. Но швыряло при этом так, что не будь ремней на кресле, я бы точно вылетел из кабины. Понятна стала необходимость дополнительных опор для головы. Просто усидеть на месте, даже будучи пристёгнутым, требовало серьёзных физических усилий.

Я изо всех сил упёрся ногами в пол, ухватился рукой за раму – а Дениска, сволочь такая, только улыбается добродушно:

— Не ссы, — говорит, — это я ещё тихонько веду, водил-соседей жалею, мы ж на шоссе. А на настоящей трассе я бы тебе показал…

В Стрельне и Петродворце притормаживали – всё-таки населённые пункты. Но, в общем, мы пролетели эти двадцать пять километров минут за десять-пятнадцать. Как на ракете прокатиться. БМВ, разумеется, безнадёжно отстала.

Приехали. Ден довольный, отвёл душу, что называется. Я вылезаю весь мокрый, как после хорошей тренировки в спортзале, а он смеётся:

— Ну что, понял, что такое Париж-Дакар? Пошли кофейку выпьем, может, того братка дождёмся? Да потом до Соснобыля ещё ехать…

БМВ мы не дождались, свернул, должно быть. Обиделся, что проиграл. А сто долларов по тем временам были очень большие деньги.

Ностальгия. Сейчас так уже не прокатишься – машин на дорогах в разы больше, порядка тоже, да и видеокамеры везде – и за такое превышение скорости права отберут однозначно.

Денис потом продал свой гараж и уехал — родня у него была где-то за Уралом. С тех пор не виделись. Хороший был мужик, жаль. Сейчас ему уже за семьдесят- время быстро идёт. Ден, если прочтёшь это – привет тебе!

в дальнем крыле основного корпуса. Бауманка к вечеру пустела и во многих длинных коридорах в целях экономии выключали свет. Высокие потолки, мрачные стены — прямо "Хогвардс".

Однажды, заходя в алма матер, прочитали вывешенный некролог с фотографией Виляевской. Ну да, жалко "бабушку", но всё же возраст. А кто же теперь будет у нас термех преподавать?

Вечером того же дня вся группа ожидала в дальней аудитории нового преподавателя.

Света в примыкающем коридоре не было, а за окном ветер качал огромные деревья, которые отбрасывали корявые тени. Дверь в аудиторию была открыта. Вдруг в коридоре послышались шаркающие старческие шаги. Студенты оживились, побежали шутки о среднем возрасте предподавательского состава кафедры термеха, сравнения с генсеками и даже шутки о привидении Виляевской. Шаги неумолимо приближались и всё более походили на те, что мы привыкли слышать. Воцарилась натянутая тишина.

... из тёмного проёма в открытую дверь аудитории, кутаясь в шаль, вошла... Виляевская!

Некоторые в предобморочном — большинство в шоке. Ведь некролог с фотографией все читали. Виляевская обвела взглядом нащи растерянные лица:

— Моя сестра-близнец умерла, тоже у нас на кафедре работала.