Свежие истории от 10 сентября 2026

у Лешека – Ковальски. Все ведь знают, что польские Лешеки поголовно носят фамилию Ковальски? Ну вот, собственно, история…

В бригаде, где служил Лешек, сменился командир. На место пузатого вальяжного генерала прислали другого, поджарого, молодого (слегка за 40), амбициозного. С чего начинает любой командир любой армии мира знакомство с вверенными ему войсками? Любой солдат любой армии мира об этом знает. Толковый генерал начинает с проверки боеготовности, чтобы знать, какие задачи вверенное ему подразделение может выполнить, а в выполнении каких задач еще стоит потренироваться. А этот генерал, очевидно, был вояка толковый, что его подчиненные сразу отметили и оценили по достоинству.

Вывел он бригаду на полигон, поселил в палатки, поставил всем учебно-боевые задачи и стал наблюдать за результатами.

В армии, я хочу заметить, как в большой деревне. Любая молва разлетается со скоростью пожара, а потому вскорости всем офицерам и солдатам стал известен случай, после которого генерала зауважали не только за то, что он на перекладине лихо подтягивался, давая фору и молодым и уже послужившим воякам, и бегал со своей бригадой кроссы.

Прибыл пан генерал в расположение своего лагеря. А вокруг красота – снежок чистый, свежий, только что всю землю польскую укрыл. Морозец бодрящий. Бойцы его делом заняты – учебные задачи отрабатывают.

Встречает генерала его заместитель-полковник бодрым рапортом: происшествий нет, задачи отрабатываются, тяжелая жизнь солдатская идет по намеченному вами плану. Панове старшие офицеры все собрались в специально оборудованной палатке за накрытыми столами и ожидают прибытия своего горячо любимого начальника, дабы приступить к совместной трапезе и возлияниям. Водка, шампанское и икра поставлены на лед. На столах присутствует разнообразная дичь, дары польских полей и иных европейских сельхозтоваропроизводителей. Прикажете приступить?

— Прикажу убрать, — коротко ответил генерал.

— Что убрать, пан генерал? Кого убрать? – не понял полковник.

— Палатку офицерскую, дичь, шампанское – все убрать! Панове старшие офицеры должны немедленно вернуться в свои подразделения и заняться делом!

— А как же обед? – не унимался заместитель.

— Обед пусть разделят со своими солдатами. Заодно проверят качество приготовления пищи.

Младшие офицеры и солдаты этот генеральский жест оценили, несмотря на то, что новый командир начал их гонять по всему полигону без какой-либо жалости.

Выполнение учебных задач генерал контролировал лично.

— Вашему подразделению, пан поручник, ставлю такую задачу, — говорил он молодому офицеру: — устроить засаду на дороге, движущуюся легковую автомашину остановить, всех, кто в ней находится – задержать. Выполняйте!

После чего пан генерал садился в ту самую машину, свой персональный джип, ехал по той самой дороге и попадал под беспорядочную стрельбу из засады.

— Вы что, поручик, полагаете, что после такой канонады в этой машине кто-то остался бы в живых! – строго выговаривал он офицеру. – Задача не выполнена!

Генеральский взгляд метал молнии.

— А это что за группа человекообразных там на пригорке? Пялятся на нас и ржут так, что и здесь слышно, – генерал выбрал себе уже новую жертву.

— Пан генерал, позвольте доложить: группа специального назначения. Согласно плана учений, им предписано удерживать данную высоту, — доклад заместителя-полковника как всегда был точен и скор.

— Отставить! Поставьте им ту же задачу: дорога – машина – задержать! На подготовку даю час. Проверю лично. Я в штаб.

Генерал сердито хлопнул дверью и отбыл, а полковник поспешил передать Лешеку, который был старшим в группе спецназа, генеральский приказ: дорога – засада – машина – всех взять живыми.

"Дело нехитрое", — пожал плечами Лешек и кивнул своим бойцам: пошли!

Примерно через час генерал ехал назад по заснеженной дороге и тщетно пытался отыскать своих подчиненных. Только белое поле и пустая дорога. Ни одной живой души.

"Вот разгильдяи! Неужели в лагерь вернулись? Всех мехом внутрь сейчас выверну! " — подумал про себя генерал и сказал водителю:

— Прибавь ходу, Бартек. Едем в расположение.

— Так есть, пан гене… — начал было говорить водитель, но мощный взрыв и взметнувшееся в небо прямо перед капотом генеральского джипа белое облако заставили солдата резко ударить по тормозам.

"Курвамать! " — хотел было подумать самое страшное польское ругательство пан генерал, но успел подумать только "Кур…", потому что дверь джипа с его стороны уже была распахнута, и неведомая сила вырывала его тело из машины, укладывала лицом вниз на обочину, в снег и липкий чернозем, перемешанный с остатками жизнедеятельности местного крота. Сильные руки генерала были больно скручены за спиной, в шею упирался холодный ствол автомата. Громоподобный голос откуда-то сверху отдавал ему, генералу (!), простые приказы:

— Лежать, бл…! Носом в землю, бл…! Замри, бл…!

Вообще-то в первую долю секунды, когда после взрыва Лешек рванулся из засады к машине, распахнул пассажирскую дверь и увидел свое высокое начальство, он испытал замешательство. Ему бы следовало сказать:

"Пан генерал, прошу прощения – пшепрашам – позвольте помочь вам выйти из автомобиля, пан генерал! Обопритесь на мою руку, дабы не испачкать форменные брюки о подножку джипа".

Но проклятые рефлексы, отрабатываемые годами и четко поставленная задача: пассажиров автомобиля взять живыми! — сделали свое подлое дело. Опомнился он уже когда обнаружил себя верхом на генерале, который смирно лежал в грязи и пережевывал приправленный белым снежком чернозем. С противоположной стороны то же самое делал генеральский водитель.

— Пан генерал, докладываю! – Лешек помог начальству подняться на ноги. – Поставленная вами задача выполнена! Автомашина и передвигавшиеся в ней люди задержаны! Потерь среди личного состава не имеем! Старший группы специального назначения Ковальски, пан генерал!

Генерал задумчиво сплюнул черной жижей, принял поданную кем-то перепачканную грязью шапку, машинально надел ее и сказал:

— Ковальски, знал бы я, что ты у них старший группы… Я бы сам в этой машине не поехал. А вообще, молодцы!

Стараясь не замечать ехидных ухмылок солдат, генерал сел в джип, взглянул в перепачканное лицо свое водителя, в глазах которого все еще читались страх и непонимание происходящего, и сказал:

— Поехали в казарму, Бартек. Надо отмыться и переодеться…

ружья для короля. Очевидно, он сделал что-то неправильно, готовя одно из ружей и когда король взял у своего друга ружьё и выстрелил из него, у него оторвало большой палец руки. Исследуя ситуацию, друг как обычно изрёк: "Это хорошо! "На это король ответил: "Нет, это не хорошо! " — и приказал отправить своего друга в тюрьму.

Прошло около года, король охотился в районе, в котором он мог, как он думал, находиться совершенно безбоязненно. Но каннибалы взяли его в плен и привели в свою деревню вместе со всеми остальными. Они связали ему руки, натаскали кучу дров, установили столб и привязали короля к столбу. Когда они подошли ближе, чтобы развести огонь, они заметили, что у короля не хватает большого пальца на руке. Из-за своего суеверия они никогда не ели того, кто имел ущербность в теле. Развязав короля, они его отпустили.

Возвратившись домой, он вспомнил тот случай, когда он лишился пальца, и почувствовал угрызения совести за своё обращение с другом. Он сразу же пошёл в тюрьму, чтобы поговорить с ним.

— Ты был прав, — сказал он, — это было хорошо, что я остался без пальца.

И он рассказал всё, что только что с ним произошло.

— Я очень жалею, что посадил тебя в тюрьму, это было с моей стороны плохо.

— Нет, — сказал его друг, — это хорошо!

— Что ты говоришь? Разве это хорошо, что я посадил своего друга на целый год в тюрьму?

— Если бы я не был в тюрьме, то был бы там вместе с тобой, и меня бы точно съели.

остальных — немного фактов. Московский КСП был достаточно велик и разбивался на кусты ("Если ты поёшь как Градский или пишешь ты как Бродский, то бросай свой куст дурацкий и иди в Новослободский" — речёвка того времени). Кусты устраивали свои слёты на природе, и ещё был общий слёт. Желающих попасть на общий слёт было сильно больше, чем места, так что проблему решали секретность и нашивки. На каждый слёт изготавливали свои нашивки и раздавали каждому кусту. Внутри куста решали, кому дать нашивки. Их надо было нашить на одёжку (я нашивала на штормовку). В день слёта нашивки служили пропуском на спец автобус или спец электричку, которые везли людей на слёт. Конечно, все равно были люди, которые попадали на слёт без нашивок — их называли хвостами. Без мобильных телефонов отсекать хвосты было легче, но всё равно это была нетривиальная задачка.

В 1980 году я уезжала во время слёта, а по возвращении мне рассказали замечательную байку. Чтобы подготовить слёт, нужны квартильеры, которые едут на место слёта заранее. Каждый куст прислал своих людей, но квартильеров куста Феня отсекли, поскольку Феня славилась своей любовью к хвостам. Тогда квартильеры Фени решили сами найти место слёта. Поскольку был известен день и ехать должны были электричкой, они обошли все вокзалы и нашли тот, откуда эта электричка отправлялась. Заодно выяснили станцию, до которой она была заказана. А дальше им невероятно повезло. Когда они поехали на нужную станцию, по дороге они познакомились с лётчиком сельской авиации. Узнав об их проблеме, он предложил свою помощь. Они дружно сели в его самолёт и полетели. Заметив большое скопление людей, лётчик посадил машину, как оказалось, у ног главного начальника Игоря Каримова. Он спросил начальника: "Здесь проходит слёт КСП? " — и обалдевший Игорь подтведил этот факт. После чего из самолёта вылезли все отсеченные квартильеры Фени.

Мне байка понравилась, но, к сожалению, я быстро осознала, что из трёх героев этой истории два — мои хорошие приятели. И тогда мне захотелось узнать, как всё было на самом деле.

При встрече оказалось, что на самом деле история была попроще. Начало совпадало, вплоть до поиска электрички и встречи с пилотом, а вот дальше я была разочарована. Не лётчик предложил свою помощь, а его попросили. Никого он в свой самолёт не сажал, а нашёл место скопления людей и рассказал ребятам, куда идти.

Тут я, наконец, осознала, что имел ввиду мой красноречивый друг. И обратилась к своим приятелям: "Забудьте этот вариант. Давайте я расскажу вам, как всё было на самом деле... "