Женские истории #женщина

потасканном виде. А именно: как выжить в суровом мужском мире Гальке, Светке, Элеоноре Михайловне и даже "девчонке, самой несимпатичной, которая уже и не надеется".

Говоря обывательским языком, все тётки на своих тёткинах посиделках в красках расскажут как тебе, дуре бестолковой, жить с этим козлом дальше, какие партизанские действия вести, что бы отвадить ту и привадить этого. Всё обмазгуют, разжуют и в трусы запихают, что бы впитывалось, если даже у самих в личной жизни полный швах. Тут даже всё обратно пропорционально - чем горше и крючинистей бабская судьба-судьбинушка, тем реактивней и уверенней вылетают советы, как этих мужиков завоевывать, удерживать, уводя в глубокий тыл и пресекать все диверсионные вылазки сучек крашенных.

В 9 классе моя учительница по географии, похоронив одного и с невосполнимыми боевыми потерями разведясь с 3 мужьями, поняла что уже готова передать свой выстраданный опыт прыщавым пятнадцатилетним дурочкам. Аккурат в это время ввели невиданный для советской школы предмет "Этика и психология семейной жизни". Сказали, что только для девочек.

Нас разбирало нестерпимое любопытство, и на всякий случай мы надели чистые трусы.

Географичка в самом начале урока до предела обострила межвидовую борьбу, сообщив, что мужиков на всех не хватит. /Дыщ-быщ гром-молния/. Под свой вывод она тут же подвела, беспощадную в своей безысходности, доказательную базу: "Посмотрите, сколько умных, чудесных женщин, - тут она поправила съехавший набок накладной пучок, - одиноки, в то время как даже самый плохонький мужик окучен, обстиран и накормлен".

"И похоронен", - шепотом добавила соседка Юлька.

А умная, чудесная географичка продолжала вбивать гвозди в крышку гроба и так невеликой нашей подростковой самооценки: "Не стоит морщить носик, отваживая женихов, пошлете первого, проигнорируете второго, а третьего может уже не быть, а тут и молодые да наглые на пятки наступают, а там уже тридцатник, а потом киста, миома и смерть от климакса. "

Оказалось, что в женихи годится любой умеренно пьющий мужчина, без признаков шизофрении в стадии обострения с доброй мамой, живущей за полярным кругом. С началом семейной жизни отрабатываем команды "вбей гвоздь" и "вынеси мусор", за освоение которых кормим борщем и треплем писю. Всё! Основы заложены, буйки расставлены. Осталось построить нас в низком старте и нажать курок.

В конце урока нам раздали листки и попросили а-но-ним-но поставить плюс, если уже довелось потр@хаться и минус, если еще не свезло. Ахааа! все буквально легли на парту, рисуя нужную закорючку где то под пупком. Потом смотрели как географичка поочерёдно разворачивает сложенные 72 раза листки с ответами: "Нус, мне отрадно видеть, что почти все из вас еще девственницы".

"Почти! Почти, [м]ля почти! Кто, деффки кто? Как жить, как спать с такой информацией, какая в [п]опу контрольная по физике, когда кто то уже, уже! и молчком, и ни слова, и кому? лучшим подругам", - 16 лучших подруг с ненавистью сверлили друг друга глазами:

- Оль, ты целовалась с тем лопоухим из 10а...

- Да Наташка вон ходит последнее время как то странно...

- Дура, от этого походка не меняется, х[рен] там не остается...

- Ленка, точно, - ты летом в трудовом лагере была...

- Ну и что, а Ирка вообще на дискотеку в ПТУ таскается".

Уж столько лет прошло, а так и не узнали. Как жить. Как спать.

особенно те, кому не столько рыбалка интересна, сколько времяпрепровождение в хорошей компании, да подальше от дома.

Вечером хозяева позвали нас (не ушедших на вечернюю зорьку) ужинать, по местному звучит «вечерять». За столом собрались соседи, сваты, и т. д., вместе с нами получилось почти полтора десятка человек.

Хозяйка – красивая, лет 45, женщина, пышные формы, которые не только не портили общего её облика, но придавали какого-то колорита. Её муж – полная противоположность: мелкий дрыщ, ростом до половины головы свой жены. Но, как оказалось, это не мешало ему быть «кобелём». И он регулярно отхватывал или от обманутых мужей, или от своей жены. За шесть дней я ни разу не услышал, чтобы жена назвала его по имени, обращение звучало: «кАбелина» (от «кобель»). Его кобелирующие свойства раскрывались во всей красе по выходным, когда жена уезжала в город торговать тем, что выращивали в своем хозяйстве - утром в субботу отъезд, в воскресенье вечером прибытие.

Этим пятничным вечером, во время неспешной беседы ни о чем, зашел разговор о том, что куры начали клевать и съедать яйца в гнездах, и как с этим бороться. Среди всевозможных советов прозвучал и такой гениальный, но живодерский – ловим курицу, один держит её крепко, чтобы не трепыхалась, второй человек при помощи спичек или зажигалки нагревает (читай: прижигает) клюв курицы. Как только она дёрнет башкой, можно отпускать. Всё! После такой процедуры курица не в состоянии расклёвывать скорлупу яйца, т. к. ей больно, и по прошествии какого-то времени, эта вредная куриная привычка отступает.

В голове хозяйки что-то щёлкнуло, по идее она должна была воскликнуть: «Эврика», но всё было гораздо прозаичнее. Поднявшись со стула, она ухватила мужа за шиворот, потащила за сарайчик, крикнув куме, чтобы та принесла спички, и громко приговаривая, что она избавит кобеля от его дурного пристрастия путём прижигания его шалавливого «клюва», но не сильно, писать сможет. Мужик бился и дёргался так, как только возможно проявиться инстинкту самосохранению в этой ситуации. Инстинкт (мужик) победил – у жены воротник от рубашки в руке, сам бедолага растворился в ночи. Домой он пришел на другой день, убедившись, что жена уехала. Помогло это для лечения «левохода» или нет – я не знаю. Но теперь знаю точно – сто раз подумай, прежде чем недооценивть женщину, ход её мыслей.

больше и больше . И вот на одной из остановок заползает старушка , мест , естественно , свободных нет.Рядом со мной сидела женщина лет 45-ти , она тоскливо оглядывается вокруг , видит что все места вокруг заняты одними старичками , она с надеждой в глазах поворачивается ко мне(хочу добавить,что была зима и я была в широкой шубе,так что живота видно не было)и говорит:"ДЕВОЧКА,уступи, пожалуйста , бабушке место , а то я с работы еду , устала очень." На что я вежливо так отвечаю : " Я бы , конечно , с удовольствием , но не могу , я беременная." У женщины глаза делаются по полтинику , и она , заикаясь , начинает извиняться и одновременно медленно подниматься , что бы место , значит , уступить , но тут бабулька , что сидела позади нас ( из контингента тех , что вечно недовольны жизнью , современной молодёжью и т. д .,короче бабушка-скандалистка)хватает женщину за рукав и орёт на весь автобус : "Сидите ,женщина ,пусть вон девочка место уступит,расселась,как королева,совсем молодёжь обнаглела !!"На что моя соседка тихонько так отвечает : " Она не может , она беременная ." Бабуся после 10-ти секундного шока орет на весь автобус :" Кто???!!! ДЕВОЧКА беременная!!?? " И тут всех добил поддатый мужик,до этого тихонько стоявший возле дверей : " Ты чё ,старая , какая же она тебе ДЕВОЧКА , если она БЕРЕМЕННАЯ !"

«Привет! Прочитал про энергию — звучит интересно. А как именно это чувствуется? Честно говоря, я, наверное, не очень чуткий, потому что никогда такого не ощущал». Он не отрицал их реальность — он просто констатировал свой личный сенсорный провал.

Девицы оживлялись, начинали рассказывать о тепле, потоках и гармонии. И тут Макс входил в свою фирменную роль — роль вдумчивого соисследователя. Он не требовал доказательств. Он предлагал помочь с верификацией. Его ключевой вопрос был шедевром дипломатии:

— Слушай, а давай проверим? Если это объективное явление, а не просто симпатия, то им должны делиться и другие люди. Спроси у своих знакомых мужчин — сталкивались ли они с таким же неceксуальным, дружеским теплом от незнакомых женщин? Просто чтобы отделить твой личный шарм от системного эффекта. Мне важно понять, где я недочувствовал, а где мы имеем дело с уникальным феноменом.

Он не отправлял их на анонимные форумы. Он предлагал честный полевой тест. И пояснял, почему это важно: «Потому что мужчина, который хочет тебя затащить в постель, конечно, скажет, что чувствует всё что угодно. А нам ведь нужны чистые данные, правда? »

Большинство на этом этапе вежливо заканчивало беседу. Макс не злорадствовал. Он с лёгкой грустью констатировал: «Нашли парадокс. Когда просишь перевести магию в систему, она часто исчезает». Его блокировали не за хамство, а за то, что он вежливо указывал на логические разрывы, которые они сами не могли закрыть.

И вот однажды он показывает мне переписку с девушкой по имени Вера. Никаких бус, никаких картинок «в потоках». Просто нормальная девушка. И главное — она не спорила и не уходила от его «калибровки». Спокойно объяснила, что да: рядом с ней люди иногда чувствуют тепло и странное спокойствие. Но говорить об этом вслух — глупо: народ сразу шарахается. «Это как фигура, — написала она. — Пока молчишь — всем нравится. Скажешь, как добилась — и уже нет».

Макс впервые даже не усмехнулся. Только сказал: «Странная. Но без дурнины».

Они переписывались пару недель. И вдруг Вера пишет: «Если хочешь понять — приезжай. Хуже не станет». Почему-то это «хуже не станет» мне сразу не понравилось.

Макс поехал. И пропал. Ну, не совсем пропал. На следующий день от него пришло короткое сообщение: «Парни, я в порядке. Не теряйте». И после этого — тишина. Две недели абсолютной тишины. Телефон выключен, в сети нет. Это было даже страшнее, чем если бы он просто исчез. Одно дело — пропасть без вести. Совсем другое — сообщить, что у тебя всё хорошо, и сознательно испариться.

Появился сам. Целый, спокойный, без сияний и замыленных глаз. Но другой. Тише. Как будто внутри него кто-то убавил фоновый шум.

— Где был? — спрашиваю.

— У неё, — отвечает. И всё.

Я уже готовился слушать про чакры, но он сказал совсем не то:

— Это не магия. Просто рядом с ней тепло. Не от неё — от меня. Как будто голова перестаёт жужжать, и на этом месте появляется нормальное человеческое ощущение, что ты живёшь. Я не знаю, что это. Но это… ладно. Это работает.

— Вы теперь вместе?

Он подумал.

— Похоже, да.

Он смотрел на меня с удивлением первооткрывателя, который наконец нашёл то, во что сам же до конца не верил. А я видел в этом чистую, безжалостную логику. Макс ведь был не просто тролль. Он был сапёр на минном поле эзотерики. И он так увлёкся поиском фальшивок, что не заметил самого простого: тот, кто годами ищет подделки, однажды обязательно находит подлинник. И именно в тот момент, когда он к нему дотрагивается, звучит щелчок.

Не взрыв.

Не озарение.

А сухой, равнодушный щелчок реальности, которая просто оказалась сильнее его скепсиса.

И вот это — уже ничем не опровергнуть.